Москва. Кремль. Охрана

Он был не только упрям, но и до крайности самолюбив. Эту его черту подметили другие члены Политбюро и боялись его. Проявлялось это в том, что он с позором выгнал из партии и снял с занимаемых постов таких испытанных руководителей, как Молотов, Каганович, Маленков и другие. За ними убрал Булганина и, наконец, Жукова.
Народу тогда было непонятно, за что освободили от должностей двух последних. Оказалось, что когда в 1956 году проходило совещание по сельскому хозяйству во Дворце спорта, то Булганин опоздал на него. Появление его в зале было встречено бурей аплодисментов. Это страшно заело Хрущева, и вскоре Булганин был снят с поста Председателя Совета Министров СССР. Жуков же поплатился за бонапартистские замашки, выразившиеся в том, что якобы хотел занять пост Председателя Совета Министров СССР. Хрущев усмотрел в его лице тогда соперника, и, когда Жуков был в Югославии, он сместил его с поста министра обороны СССР и вскоре сам стал главой советского правительства.
Хрущев выступил также инициатором значительного, почти на два миллиона человек, сокращения Вооруженных Сил СССР. Это был первый акт беспрецедентной расправы с военнослужащими, который отравил сознание многих офицеров. Уволенные военнослужащие вынуждены были начинать свою жизнь заново, нести лишения и чрезмерные материальные трудности. К сожалению, на них по примеру Хрущева отыгрываются и до сих пор, принимая решения о сокращении, чтобы затем вновь готовить офицерские кадры.
Хрущев вольно решал территориальные вопросы, что выразилось в передаче ряда военно-стратегических баз другим странам. Порт-Артур, Дальний, Порккала-Удд и другие военные объекты, которые имели весьма важное политическое и военное значение, были безвозмездно отданы Китаю и Финляндии. Хрущев хотел доказать этим свои мирные стремления, полагая, что США последуют его примеру в ликвидации своих военных баз в Европе и Азии.
Используя свое положение в стране и партии, он втихомолку присоединил Крым к Украине, что является камнем преткновения и раздоров между Россией и Украиной и по сей день.
Как глава правительства и партии, Хрущев был тверд в проведении внешней политики СССР, о чем наглядно свидетельствует Карибский кризис. Он явился самым серьезным испытанием для Хрущева, достиг своего апогея в напряженности отношений между США и СССР. В этой войне нервов, в которой, нужно сказать, верх одержали американцы, а Хрущев, хотя и проявил до конца свою настойчивость, все же потерпел поражение. Однако ради мира на земле это поражение было равноценно победе.
Хрущев был настоящим отцом космических побед. Он воспитал плеяду советских космонавтов, пестовал их и лелеял. Достижения СССР в освоении космического пространства были настоящим триумфом советской науки и техники, они поставили американцев и весь мир в положение отставших и догоняющих. Запуск в космос спутников, ракет в исследовательских целях, вывод космического корабля с человеком на борту, выход в открытый космос, групповые полеты на ракетах-носителях и т.п. — это были достижения всемирно-исторического значения. СССР был пионером, а советская наука Колумбом и новатором в этом деле. Эти достижения имели и огромный политический резонанс. На СССР смотрели как на страну передовой науки и технического прогресса. Все это придавало вес и самому Н.С.Хрущеву.
Впервые на своем уровне Хрущев осуществил визит в Соединенные Штаты Америки. Это был нелегкий шаг. Хотя он и носил больше протокольный характер, все же он сыграл роль в улучшении советско-американских отношений. Хрущев выступил тогда в ООН. Его выступление там было встречено бурно и неодобрительно со стороны представителей этой всемирной организации, на что Хрущев ответил не менее резко, проявив свою несдержанность. Он снял тогда с ноги ботинок и стал им стучать по трибуне, чтобы утихомирить разбушевавшихся слушателей. Впоследствии этот партизанский поступок Хрущева расценивался как героический подвиг советского лидера.
Таким был Хрущев. У него много было полезных инициатив и противоречивых действий. Он зарекомендовал себя как поборник мира и большой новатор, но из-за своей волюнтаристской демагогии предстал перед советским народом как великий болтун и стяжатель. Он нахватал руководящих должностей, против чего сам же вел борьбу, наград и золотых звезд и, по существу, развивал в себе такие же качества "культа личности", какие он приписывал Сталину.
 
После смерти Сталина Хрущев инициировал дело, связанное с Лаврентием Берия. Судя по его мемуарам, он начал готовить почву среди членов президиума по ликвидации и устранению Берии еще до смерти Сталина. Он боялся его и считал опасным для партии и Советского государства человеком, занимавшим ключевое положение в системе органов госбезопасности.
Хрущев не сомневался, что Берия ждал смерти Сталина, был заинтересован в ней и что после Сталина начнет убирать их всех поодиночке в целях захвата власти в партии и стране. По полученным Хрущевым от И.А.Серова, заместителя министра госбезопасности, и С.Круглова, министра внутренних дел, данным, Берия направил органам госбезопасности на местах директиву о переходе на режим боевой готовности. Они доложили Хрущеву оперативный план вооруженного путча, назвали имена заговорщиков. По их мнению, Берия готовил почву для смены высшего руководства, рассчитывая на помощь Маленкова.
Из разговоров в окружении Хрущева сотрудникам охраны тогда стало известно, что Берия намеревался арестовать всех членов президиума на торжественном собрании в Большом театре. За пять дней до этого он был сам арестован.
Тайно Хрущев провел беседы со всеми членами президиума и заручился их поддержкой. Все подготовительные мероприятия велись в отсутствии Берии, когда он находился в Берлине и наводил там порядок в связи с волнениями, послужившими причиной ввода туда советских войск. Берия тогда успешно справился со своей миссией и вернулся из Берлина на коне.
По намеченному плану арест Берии был приурочен к расширенному заседанию Президиума Совета Министров СССР, назначенному на 26 июня 1953 года. В это время предусматривалось поднять по тревоге военные академии и. подтянуть к Москве особо надежные воинские соединения. Намечалось также блокировать дивизию МВД под Москвой и отдельный полк внутренних войск в Хамовниках.
Была подготовлена группа военных во главе с Маршалом Советского Союза Г.К.Жуковым, в которую входили ряд маршалов, генерал К.С.Москаленко, первый заместитель командующего войсками ПВО генерал П.Ф.Батицкий, начальник штаба МВО генерал А.И.Баксов, начальник политуправления войск МВО полковник И.Г.Зуб и другие.
Все они прибыли в Кремль в ходе заседания президиума и разместились в соседней комнате с приемной зала заседаний Совмина СССР. По условному сигналу Хрущева военные должны были войти в зал заседаний и арестовать Берию. Все они были вооружены, причем генерал Батицкий — трофейным немецким парабеллумом, а Москаленко — вальтером. Не забыл взять на всякий случай свой пистолет и сам Хрущев. Все члены президиума и военные были готовы и пребывали в ожидании сверхъестественного развития событий.
Единственным человеком, который был беспечен и крайне спокоен, был Берия. Он пришел на заседание последним, тихо занял свое место и спросил о том, какие вопросы предстоит на нем решать. Он был просто одет, без галстука, имел при себе портфель. Никакого оружия у него не было, и по всему было видно, что он и не предполагав, что над ним нависла угроза ареста.
На вопрос Берии о повестке дня Хрущев ответил: "Вопрос стоит о Лаврентии Берии". По этому поводу Маленков сделал краткое сообщение, после чего Хрущев дал условный сигнал военным. Они вошли, встали сзади Берии, обыскали его, вывели из зала заседаний и доставили в военную комендатуру г. Москвы.
Во время объявления Берии обвинения в качестве английского агента и врага советского народа он, опустив голову, внимательно слушал и что-то писал на листке бумаги. Позднее этот факт толковали по-разному. Одни уверяли, что он более десятка раз написал слово "тревога". По другим источникам, Берия в это время рисовал чертиков, и ничего больше.