Москва. Кремль. Охрана

Все это он знал, но в мемуарах пытается обратить это на пользу себе, выгораживая себя всюду, где можно, и сваливая всю вину на Сталина и Берию. После смерти Сталина, освободив из-под следствия врачей и объявив амнистию в основном уголовникам, Хрущев предстал перед всеми героем, которого с благодарностью вспоминают, возносят и поднимают на щит как великого демократа. А заслуживает ли он этого? Здесь есть вопрос!
Конечно, прямых улик, обвиняющих Хрущева в том, что он способствовал физической смерти Сталина, нет. Но то, что он являлся в последующем инициатором жестокой борьбы против мертвого Сталина, могильщиком его политической и гражданской личности, человеческого достоинства, дискредитатором его как выдающегося руководителя партии и советского народа, лидера международного коммунистического и рабочего движения и даже осквернителем его могилы, не делает чести Хрущеву и ставит его в один рад с теми, кто пожелал бы убрать Сталина задолго до его смерти.
Все это весьма ярко характеризует Хрущева и показывает его намерения в отношении Сталина. Нужно сказать, что свое слово о том, что он и после смерти Сталина Покажет ему, где живет "кузькина мать", Хрущев сдержал. Однако жизнь коварна, и Хрущев не избежал своего позорного конца. По меткому выражению У.Черчилля: "Хрущев начал борьбу с мертвым и вышел из нее побежденным".
В наши дни, когда идет разнузданная кампания против Сталина, против всего, что связано с ним, против тех, кто под его руководством строил в тяжелейших условиях социализм, победил фашизм и восстановил разрушенное войной огромное народное хозяйство, когда под сомнение ставится история великого советского государства, имя и учение бессмертного Ленина, не следовало бы забывать, что на мертвых историю не делают и политический багаж не наживают. Политика любого государства, партии, большого деятеля должна строиться на решении насущных проблем с перспективой на будущее. Прошлое в таких случаях остается для истории, которую надо уважать, а не извращать и не перечеркивать все ее ценности задним числом. В прошлом тоже были неплохие и умные люди, которые по-своему решали стоящие перед ними задачи и проблемы, и подчас не хуже, а даже умнее и практичнее, чем новые поколения руководителей. При этом они не забывали о своей гордости, патриотизме и классовой борьбе, которая приобрела в настоящих условиях самые острые формы. Поэтому Иосиф Виссарионович Сталин был на сто процентов прав, утверждая, что с развитием социализма будет обостряться и классовая борьба. В этом заключается сила и гениальность его предвидения и мышления, все его величие. Таким он и останется в памяти народной, несмотря на то, что разные силы экстремизма и неофашизма стремятся очернить его имя, устранить с политической арены истории.
"…Сам Сталин… сказал во время войны: "Я знаю, что после моей смерти на мою могилу нанесут кучу мусора. Но ветер истории безжалостно развеет ее"[20].
То же самое Сталин высказал и Маршалу Советского Союза К.К.Рокоссовскому, когда провожал его в Польшу на должность министра обороны Войска Польского. Он сказал тогда: "Я знаю хорошо, что после моей смерти меня безжалостно дискредитируют. Но я и знаю отлично, что после меня реабилитируют и восстановят в правах истории".
Такой расправы, какую устроили над Лениным и Сталиным, не было и нет ни в одном другом государстве мира. Даже Гитлер, ввергнувший народы мира в мясорубку второй мировой войны, принесшей им более 50 миллионов жертв, в глазах своих соотечественников выглядит куда лучше, чем изображают Ленина и Сталина в нашей стране.
О президенте Соединенных Штатов Америки Г.Трумэне, отдавшем приказ сбросить атомные бомбы и уничтожить население двух мирных японских городов Хиросимы и Нагасаки и тем самым совершить чудовищный акт вандализма в глазах человечества, предпочитают молчать, не считают нужным не только привлекать его к политической и юридической ответственности, но и подвергать открытому осуждению.
 
Только у нас в стране высокие руководители и бездарные политиканы, а в упряжке с ними диссиденты и потомки репрессированных хлещут направо и налево всех выдающихся предшественников, стремясь строить на этом свое благополучие и политическую карьеру, одновременно отвлекая народные массы от насущных проблем их жизни, к которым они сами их привели.
Можно только наполнить всем этим злопыхателям, что история все хранит в своей памяти и не прощает тех, кто ее извращает и очерняет своих мертвых предков. Их ждет та же участь, какая постигла многих, в том числе и Хрущева. За десять с лишним лет своей деятельности Хрущев надоел не только всему народу, но и своим близким соратникам, которых он приближал, выдвигал на руководящие должности и на которых возлагал надежды. Они же его и убрали 14 октября 1964 года. Это был по существу "дворцовый переворот", самый бескровный, бесшумный и воспринятый всеми с удовлетворением.
 ГЛАВА VII 
 Л.И.БРЕЖНЕВ 
Леонид Ильич Брежнев начал свою деятельность активно, бурно и плодотворно. Он сразу же выступил с широкой программой подъема сельского хозяйства, которую выдвинул на мартовском 1965 года пленуме ЦК КПСС. Все надеялись на быстрый скачок в этой сфере экономики.
В области внешней политики все было направлено на улучшение отношений с Западной Европой и Соединенными Штатами Америки. Шагом вперед в этом направлении было заключение договора об ограничении гонки стратегических ядерных вооружений. Медленно, но шло продвижение к созыву конференции по европейской безопасности. Брежнев сделал возможной разрядку, и первоначальный период его деятельности был обнадеживающим, если взглянуть на исторический промежуток после второй мировой войны. И этот период нельзя назвать застойным, как его окрестили некоторые неблагодарные потомки.
Леонид Ильич с ранних лет был трудягой и прожил нелегкую жизнь. Куда только не бросала она его! Он был на самых горячих участках деятельности советских людей. Уже в предвоенный период руководил одной из крупных партийных организаций промышленного Днепропетровска. Затем война, фронт, ранения. После войны он вновь на руководящей работе в Днепропетровске, а впоследствии в Молдавии, Казахстане и 'Москве. Повсюду он активно работал, успешно справлялся с возложенными на него задачами и пользовался большим авторитетом и уважением.
Значительную часть его жизни с ним рядом прошел начальник его охраны Александр Яковлевич Рябенко. Более 35 лет отдал он службе обеспечения безопасности Л.И.Брежнева. Вместе со своими помощниками: В.Т.Медведевым, Г.Федотовым, В.Собаченковым, В.Н.Филоненко, В.П.Кирилловым, В.В.Богомоловым, В.М.Лукиным и другими, он делал все, чтобы охрана Леонида Ильича повсюду была надежной, обеспечивающей нормальные условия его деятельности. Он пользовался в семье Брежневых непререкаемым авторитетом, был как родной, ему доверяли все сокровенные семейные тайны. Леонид Ильич и Виктория Петровна называли его Шурой, дети — дядей Сашей, внуки — Александром Яковлевичем.
С уважением и доверием Леонид Ильич относился и к другим сотрудникам охраны, видел в них своих верных помощников и защиту в сложных обстоятельствах, и они никогда не подводили его.
Леонид Ильич по характеру был весьма добрым человеком, никому не делал, да и не умел делать, зла. Он всегда привык опираться в работе и в жизни на людей, которые окружали его. Он не заменил никого из работников, когда его избрали секретарем Днепропетровского обкома партии. Никаких перестановок не было ни в Кишиневе, ни в Алма-Ате, ни в Москве. Наоборот, он всех заставлял работать на своих местах. В должности Первого секретаря, потом Генсека он не производил никаких чисток, перемещений министров, секретарей партийных организаций всех уровней.
Л.И.Брежнев отличался хорошими организаторскими способностями, до определенной поры был энергичен, активен, но в то же время ценил и берег кадры. После заседания Политбюро, на котором его избрали Генеральным секретарем ЦК КПСС, он ехал в машине вместе с А.Н.Косыгиным, и прикрепленный А.Я.Рябенко слышал их разговор. Леонид Ильич тогда говорил Косыгину, что главная задача На данном этапе деятельности ЦК партии и советского правительства — обеспечить спокойную жизнь для советских людей. Он сказал, что "при Сталине люди боялись репрессий, при Хрущеве — реорганизаций и перестановок. Народ не был уверен в завтрашнем дне. Поэтому, заключил Леонид Ильич, "советский народ должен получить в дальнейшем спокойную жизнь для плодотворной работы".