Когда плачут драконы (СИ)

— Сестренка? — знакомый голос прервал невеселые размышления, и Ана радостно обернулась к названому брату. Вот с кем ее всегда связывали теплые отношения, так это с Дарре. Вот кому она могла открыться, зная, что в ответ не услышит ни насмешки, ни осуждения, ни неуместного совета, так это ему. У Дарре давно был новый дом и своя семья, и к родителям он заглядывал не так чтобы очень часто, но это не мешало им с Аной оставаться лучшими друзьями. — Ты чего это в таком виде по морозу бегаешь? Румянец, конечно, очаровательный нагуляла, да только расплата вряд ли тебе по вкусу придется. — И заботиться друг о друге тоже.
Ана, пряча улыбку, осмотрела свою нехитрую одежку: домашнее платье и кое-как застегнутую накидку. Даже платок на голову не повязала — так к Кайе за сведениями торопилась.
— Да я недалеко, — покладисто ответила она и тут же сменила тему разговора. Дарре только дай волю: такую нотацию о здоровье прочтет, мало не покажется. Не случайно его дядя Эйнард в помощники к себе когда-то подрядил. Теперь Дарре и сам людей не хуже наставника целить выучился. И считал своим долгом оградить родных от всяких неприятностей. — А ты что здесь делаешь? У тебя же ночная смена была. Сбежал от неблагодарных пациентов?
— Почти угадала, — весело согласился Дарре. Он теперь почти все время был в каком-то мечтательно-приподнятом настроении. Впрочем, возможно, будущие отцы так и должны себя вести, но Ану такое его состояние весьма радовало. Скажи ей кто, что Дарре после стольких лет мучений сумеет полностью оправиться и ухватить за хвост птицу счастья, она бы не поверила: слишком хорошо помнила его первые месяцы в их семье. А нынче была безмерно благодарна Айлин, сумевшей исцелить душу любимого Аной человека. Милосердные богини избавили ее от ревности к жене брата, позволив им с Айлин оценить друг друга по достоинству и сделаться если не близкими подругами, то примерными родственницами уж точно. — Это неблагодарный пациент сбежал из нашего пристанища милосердия. А мы, сами знаешь, не имеем права бросать нуждающихся на произвол судьбы. Вот и приходится лично навещать. А то отдаст концы ненароком, а нам потом Создатели этот грех припомнят.
— Если сам передвигаться может, не отдаст, — резонно возразила Ана. — А то любят некоторые на вашей с дядей Эйнардом доброте играть, а вы и отказать не можете. Спорю, что это шишка какая-нибудь важная, мнящая себя божьим посланником на земле?
Дарре рассмеялся, но, как оказалось, вовсе не из-за ее остроумия.
— И снова угадала, — проговорил он. — Все в точности: сын градоначальника и спаситель драконьих детенышей. Не мог же я…
— Ты к Хедину, что ли, идешь? — изумленно оборвала его Ана и тут же осеклась, опасаясь, как бы ее тон не показался Дарре чересчур заинтересованным. Нет, даже с ним Ана не готова была поделиться тем странным чувством, что однажды поселилось в груди и оживало всякий раз, когда она думала о Хедине или встречалась с ним. Таким невесомым и завораживающим, что Ана боялась его спугнуть и в то же время страшилась дать ему волю, потому что оно тревожило сердце, ударяло в голову, лишало Ану воли и словно пыталось заполнить ее нежностью, предавая привычные идеалы. Не было и не должно было быть в ее жизни места Хедину — этому выскочке и задавале, думающему, что весь мир у его ног! С драконом сцепился, надо же! А если бы… Если бы боги отвернулись? Если бы ящер чуть сноровистее оказался? Если бы… добил до смерти… Как тогда?..
— К Хедину, — кивнул Дарре: кажется, не заметил ее растерянности, и слава Ойре. — Оставил его на ночь в госпитале, чтобы с утра еще раз осмотреть и раны перевязать. Специально пораньше встал, покуда Эйнард не пришел, а его и след простыл. Понимаю, что ребята не хотят светить, чем занимаются, но это не повод рисковать здоровьем. Не приведи Ивон, зараза какая в кровь попадет, не откачаю уже.
Ана услышала его короткий вздох и сжала руку брата. Дарре продолжал целить детей при помощи внутренней силы, но помогать взрослым так и не приноровился. Приходилось рассчитывать только на полученные от Эйнарда знания и скудные сведения из книг. А их, увы, для спасения жизни хватало далеко не всегда.
 
— Так градоначальничий дом в другой стороне, — заметила Ана, а Дарре усмехнулся.
— Был я там уже, — ответил он. — Эдрик сказал, что брат домой не возвращался, и посоветовал заглянуть в казарму. Составишь компанию? А я потом провожу: хочу с Вилхе парой слов перекинуться.
У Аны что-то екнуло в груди — то ли страх, то ли предчувствие, — но отказаться она себе не позволила. Во-первых, соскучилась по Дарре, а во-вторых, оказалась бессильна перед любопытством. Безумно хотелось увидеть нового дракона, разоблаченных разбойников… ну и Хедина. Просто чтобы убедиться, что с ним все в порядке. Все-таки не совсем чужой человек.
В казарме Ане бывать еще не приходилось, поэтому она осматривала ее убранство с интересом и без всякого стеснения. Миновав темный предбанник, они с Дарре зашли в просторную столовую, где стоял большой общий стол на двадцать — тридцать человек, деревянные лавки и несколько закрытых сундуков. Кое-где на стенах висело трофейное оружие, а также наградные листы, вручаемые дружинникам за особые заслуги.
Помимо входной, в столовой было еще три двери, но только одна из них оказалась распахнута. Туда-то уверенной походкой и направился Дарре, очевидно, бывавший здесь не раз и знавший, что где находится. Ана вытянула шею, не решаясь отправиться за ним, но в очередной раз не устояв перед любопытством.
Впрочем, ничего достойного внимания она там не увидела. Двухъярусные койки, занимающие почти все пространство комнаты, да какой-то пацан, ожесточенно драящий пол. Он-то после порции здорового негодования по поводу принесенной незваными гостями в казарму грязи и извинений перед Дарре, которого «в темноте не сразу признал», и сообщил, что местные парни во дворе на тренировке, а вот Хедин после отъезда к ним еще не заходил, хотя, по слухам, в город уже вернулся…
Дарре чуть слышно помянул Энду, и Ана его отлично понимала. Где шлялся этот победитель драконов с пробитой головой? Упадет, не приведи Ивон, бездыханным да замерзнет насмерть, прежде чем его разыщут. Никто же даже не чешется. Эдрику и тому до брата будто дела нет. Ох, и выскажет ему Ана по этому поводу при первой же встрече! Но сначала следовало найти Хедина. И Дарре придерживался того же мнения.
— И где его искать? — задал он вопрос Ане, как будто они с Хедином в друзьях были замечены. Она пожала плечами.
— Наверное… у Вилхе можно спросить. Он-то должен знать…
Дарре пару секунд о чем-то размышлял, потом шагнул было к выходу, однако в этот момент дверь хлопнула, и в проеме столовой появился виновник переполоха собственной персоной.
Ана негромко охнула, понимая, что оказалась совершенно не готова к этой встрече. Дарре, конечно, прикроет, устроив Хедину головомойку за побег, но ей-то все равно придется оправдывать свое присутствие в казарме. Хотя бы лично перед собой.
— Явился! — делано сердито заявил Дарре, и, наверное, одна только Ана могла заметить в его голосе облегчение. Все-таки Хедин был жив и даже казался более или менее здоровым, хоть и двигался с некоторым усилием. После боя с ящером у него, наверное, живого места на теле не осталось. Нет, ну кто его только просил?.. — А я уж собирался дружину твою на поиск командира подряжать. То-то веселья было бы.
— И так веселья по самые... — огрызнулся Хедин, стягивая капюшон куртки, и тут же осекся, заметив наконец Ану. Она заставила себя выдержать его взгляд, но выдохнула только тогда, когда Хедин хмыкнул — будто поперхнулся — и посмотрел на Дарре. — Предупреждать надо, что с сопровождением. Мы тут слова выбирать не приучены. Может и прилететь.
— Тебе уже явно прилетело! В чугунок! — огрызнулась Ана, мигом вспыхнув от его снисходительного тона. Па-адумаешь, какие мы тактичные! Что так и тянет вторично приложить по перемотанной голове!
А потом обхватить ее руками, зарыться лицом в жесткие волосы и губами залечить кровоточащую рану. Дурак! Дурак! Дурак!