Возлюбленная некроманта. Новый год по-ведьмински (СИ)

— Вот вы гады, — дух обиженно на упитанную попу плюхнулся. — Еська, ну как у тебя совести хватает, а? Да я же ради тебя артефакты разорять пошёл, чтобы у тебя энергию не выкачивать. Всю тебе оставил, немощной, а ты что?
Кот меня укорял впервые. И вид у него был такой жалобно-обиженный, и глаза большие голубые смотрели умоляюще, прямо в душу же заглядывал.
— Заткнись, — хмуро велел ему Риаган и добавил уже вежливее, обращаясь ко мне, — Есения, он тебе и Луну с неба пообещает, ты только слушай.
Да, действительно, что это я?
Кивнула, выдохнула, кивнула ещё раз девочкам, говоря, что готова, и мы приступили к быстрой внимательной работе.
Дарёна переносила точки привязки на Риагана, я ползала внутри собственных магических потоков и снимала защиту, Стася двигалась следом и обследовала открытые участки на предмет оставшихся двух якорей привязки духа. Илиар сопел и пыхтел, некромант молчал, сложив руки на груди и наблюдая за нашими манипуляциями.
Второй якорь отыскали быстро, с третьим тоже не возникло никаких проблем. И пока Станислава распутывала найденное, а Дарёна переносила и фиксировала энергетические якоря в ауре некроманта, я, ничем не выдавая своих действий и нагло пользуясь тем, что Риаган ничего не видел, принялась за… не совсем честное, если быть откровенной.
Маленькие ведьминские хитрости, по одной ничего особенного, как песчинки, но и великая пустыня Хайрасса из песчинок состоит, так что… Так что я понадеялась, что о моих действиях просто никто никогда не узнает. Ну кроме девочек, но за них я не переживала.
И, потянувшись, ловко и легко, играючи завязала узелок на одном из энергетических потоков некромантского источника, но не перекрыла, а, наоборот, чуть-чуть усилила и ускорила движение. Ничего незаконного, и никакой моей магии, лишь задействовала ту часть внутренних сил Риагана, доступа к которым он сам не имел.
Касание — и создание крохотного, ничего не значащего энергетического резерва, в который тут же перетекла и навеки запечаталась капелька, всего лишь капелька магии лорда Эрхэта. Мелочь, но выгорание Риагану больше не грозит.
Движение — и пробудились каналы целительской, портальной и воздушной магии, которые спали в крови некроманта. Значит, где-то в его роду отметились представители этих направлений, и дар с кровью передался Риагану, но спал и никогда бы не проснулся, потому что первым пробудился некромантский, а за ним был насильно пробуждён дар боевой магии. Я ничего не усиливала, лишь предоставила лорду Эрхэту возможность в дальнейшем, если у него появится желание, путём долгих малоприятных тренировок развить эти три направления. Лишним не будет, но и за него я решать не стала — захочет, воспользуется.
И ещё ряд простых прикосновений, чтобы ускорить регенерацию и усилить сопротивляемость внешнему воздействию.
Ничего запрещённого.
Ничего, за что мне было бы стыдно.
Но много того, за что та же Верховная настучала бы по лбу, потому что помогать малознакомому магу — последнее дело. Она сама такое только с мужем и старшими сыновьями проворачивала, потому что «ты на благо стараешься, а они во вред используют».
Надеюсь, она никогда не узнает. Ни она, ни кто-либо из старших ведьм, которые меня знают и могут догадаться, кто именно конкретно этому некроманту помог.
Мы справились быстро, минут за десять всего, но на завершающем этапе я неожиданно пошатнулась. Ощущение такое, словно из груди единым махом вытащили что-то большое и очень важное, на месте чего осталась зияющая пустота и усталость.
— Ох, — выдохнула тихо, ощущая, что меня мгновенно приобняли за талию.
— Держу, — серьёзно произнёс оказавшийся рядом некромант и тут же с тревогой спросил: — Стоять можешь?
— Стою, — ответила слабо и улыбнулась.
Под моим взглядом Риаган попытался чуть расслабиться, но хватки не ослабил и с мягким укором сказал:
— Ты и в прошлый раз стояла, а потом без сознания грохнулась.
Подумала, что это действительно аргумент, и в прошлый раз всё внезапно случилось, значит, существовал риск повторения.
 
— Ладно, держи, — согласилась милостиво, почему-то улыбаясь шире.
И Риаган улыбнулся в ответ, глядя на меня так, словно я была чем-то удивительным, и это одновременно и нравилось ему, и вызывало лёгкую растерянность. Он будто сомневался, с какой именно стороны ко мне подойти. Не буквально, конечно.
— Нужно сообщить лорду Содману, что необходимости вызывать Верховную больше нет, — вторгся в наше маленькое общее счастье голос Дарёны.
Но ощущение чего-то большого и волшебного даже не поколебалось. Мы так и продолжили стоять, с улыбками глядя в глаза друг другу. И не знаю, что видел Риаган, но я словно тонула в этой удивительной тёмной зелени, представляя себя где-то среди тёплого леса летним днём, и вокруг так хорошо, спокойно, радостно, и птички поют, цветы цветут, сочные ягоды на кустиках так и манят, и бельчата с интересом подглядывают, и…
— Потанцуешь со мной? — неожиданно предложил некромант.
Мы танцевали половину ночи, у меня практически не было сил уже ни на что, голова слегка плыла от хмеля и лишения тех сил, что Илиар себе забрал, но я почему-то улыбнулась шире и согласно кивнула.
Риаган Эрхэт просиял от радости. Засверкали значительно ярче его глаза, стала запредельно широкой счастливая улыбка, посветлело лицо, сам он подобрался, выпрямился, и быстро произнёс:
— Я к Содману, вернусь через минуту, встретимся, — но оборвал сам себя, скользнул по мне взглядом, вновь посмотрел в глаза и передумал, — нет, лучше подожди меня здесь, вернёмся в зал вместе. Не хочу, чтобы ты потеряла сознание где-нибудь на лестнице.
Хотелось сказать, что я хорошо себя чувствую и точно дойду, да и на пару танцев счастливой меня хватит, но вместо всего этого я просто кивнула ещё раз.
И чего это улыбка сходить не хотела?
Риаган дёрнулся ко мне, словно хотел что-то сделать, но в последний момент передумал. Недовольно поджал губы, тут же вновь улыбнулся, заверил, что «Я сейчас» и умчался вместе с недовольным Илиавьером в клетке.
И в полутёмном, освещённом ещё не развеянными энергетическими потоками кабинете остались я и моё безграничное счастье, похожее на маленькое горячее солнышко под рёбрами.
— Мы её потеряли, — заключила Дарёна и движением руки погрузила кабинет в абсолютную темноту.
— Я так за тебя рада! — пропищала едва не прыгающая от радости Стася.
Я за себя тоже была рада. Такой счастливой себя ощущала, такой… важной и нужной. Не как ведьма и не как способ добиться желаемого, а просто как я, Еся.
Удивительное чувство.
Мы вышли из темноты в освещённый коридор, где девочки убежали после моих вначале заверений, что всё хорошо, а потом уже откровенных угроз. Оставлять меня одну они не хотели, «а вдруг что», а я очень не хотела встречать вернувшегося Риагана с ними.
К счастью, победила я.
А уже через минуту вернулся некромант.
Он вывернул из-за угла, мгновенно увидел меня и больше не отводил сияющего взора от моего лица. Его походка была быстрой и стремительной, но при этом лёгкой и грациозной, такой, что я невольно засмотрелась, не заметив мантии в его руках.
— Ты такая красивая, — восхищённо выдохнул мужчина, за считанные мгновения оказавшись рядом.
Смутившись, я невольно опустила голову и взгляд, но губы всё равно растянулись в улыбке и я попыталась сгладить ситуацию неловкой шуткой:
— Растрёпанная и бледная?
И услышала невероятное:
— Живая, искренняя и настоящая.
Моё сердце остановилось и дальше биться отказалось наотрез. Оно было потрясено, растеряно и растрогано, как и метнувшая взгляд на лицо некроманта я. Мне не верилось, что он действительно это сказал, и в то же время в душе разливалось такое счастье… приятное настолько, что казалось даже немного болезненным, но мне от него было так хорошо, так невозможно хорошо, что хотелось обнять весь мир, осветив его своей радостью, хотелось изо всех сил кричать, и плясать, и прыгать, и…