Возлюбленная некроманта. Новый год по-ведьмински (СИ)

У меня сердце сжалось и горло изнутри сдавило, а Купава с нетипичной для неё серьёзной задумчивостью произнесла:
— В нём ненависти не было ни капли. Злость была, но на себя направленная, а ещё он так выглядел… мрачно-решительным. Словно всё услышал, но ни одному слову Верховной не поверил и отступать не собирался.
— Он и не отступил, — голос Станиславы прозвучал глухо и очень тихо.
И на этом девочки замолчали, а я точно знала, что там что-то серьёзное случилось, и, плача, взмолилась:
— Не молчите, ведьмочки! Я же умру от неизвестности!
— Он на Лысую гору отправился, — с тяжёлым вздохом сразу выложила Дарёна.
— Как?! — я натурально задохнулась от ужаса, зажала рот ладошкой и изумлённо посмотрела на камушек, представляя на его месте серьёзно-печальные лица подруг.
— Порталом, как, — Купава тихо выругалась сквозь зубы.
— Ну, это в первый раз порталом, — Дара неожиданно ехидничать начала.
Мне было страшно уже даже дышать!
— А сколько всего раз он туда ходил? — в страхе прошептала, чувствуя, как дрожат коленки и трясёт всё мокрое тело в одной прозрачной короткой сорочке.
Мне эльфийки и её давать не хотели, говорили, что платье надо на голое тело надевать, но я так не смогла. И хорошо, что настояла, а то сидела бы сейчас голая.
— Еся, а ты там сидишь? — с едва сдерживаемым смехом полюбопытствовала Дарёна.
И остальные тоже захихикали, а я едва не зачесалась вся! Что они там такого знают?
— Сижу, сижу! — заверила в нетерпении. — Не томите, рассказывайте!
Хихиканье переросло в приглушённый ладошками смех, и известную ведьмочкам истину для меня поведала Купава:
— Нашей Верховной доложили о четырёх попытках проникновения на Лысую гору.
Я перестала дышать! И сердце биться прекратило!
— В последний раз Риаган оживил и стянул к горе все кости, что покоились в земле в радиусе пяти километров, — добавила Купа с неприкрытым восторгом.
Это что за сила такая?! Чтобы одно заклинание на пять километров вокруг себя растянуть?!
У меня перед глазами зароились чёрные точки и голова поплыла от потрясения.
— Главенствующая к нему только после этого вышла, — усмехнулась Дарёна.
А я поняла, почему Родимира такая нервная с утра! И куда она улетела, я тоже поняла!
О, Мать-Природа! Он псих! Просто сумасшедший!
— Что он вообще на горе забыл?! — взвилась я, незаметно оказавшись стоящей на ногах и в страхе стискивающей камень.
— Так за тобой пошёл, — как само собой разумеющееся заявила Дара, — мы же все думали, что тебя на гору забрали. Мстислава Августине ни слова про Долину эльфов не сказала.
Я пошатнулась и обессиленно опустилась обратно на песок. Мой потерянный взгляд устремился на воду, которой я даже не видела, путаясь в мыслях и эмоциях.
Получается, Риаган на такое безумие пошёл, столько раз пытался на Лысую гору пробраться, фактически против всех ведьм выступил — и всё это ради меня…
— Вот это любовь! — захныкал кто-то совсем близко.
И в кувшинках расплакались русалки, которых я только сейчас заметила, но которые, видимо, уже давно подслушивали и многое услышать успели.
И их бы поругать, но я и сама слёзы глотала, и ведьмочки через амулет тихонечко носами шмыгали. И у каждой из нас сейчас одна мысль в головах была: вот это мужчина! Псих, конечно, основательный, потому что нормальный на подобное бы не пошёл, но он же это ради меня, во имя любви, стало быть, а потому — какой же мужчина!
— Девочки, — прошептала дрожащая от всего этого я, — кажется, я его очень сильно люблю…
И мы решили поплакать за это дело.
Плакали недолго, но старательно. Русалки в воде так и вовсе обнимались и широкими листиками лица от слёз утирали.
— Мы ему обязательно скажем, где ты, — заверила Стася.
— Это правильно, — Дарёна сурово шмыгнула носом. — Есь, не волнуйся, перехватим и всё расскажем…
— Не надо всё! — вскричала я, а когда все удивлённо замолчали, смущённо добавила: — Про эльфа не рассказывайте. Не хочу, чтобы Риаган переживал…
— А я хочу, чтобы он этому эльфу уши начистил, — Руслана куда-то всю природную доброжелательность растеряла.
 
— Девочки, — попыталась воззвать к их разумности.
Но нельзя достучаться до того, чего нет.
— Пусть лучше ушастого твой некромант прибьёт, чем я! — гневно прорычала Дарёна. — Я ведьма, и убийства даже такой гадости я себе до конца жизни не прощу. Пожалей меня, Еся!
Нет, ну если она так вопрос ставит…
— Постоять за честь любимой девушки — законное право мужчины, — голос Станиславы звучал тише, поэтому и приведённый довод казался разумнее.
Вот только я не представляла, как Риаган может помочь мне в данной проблеме. Норлан крепко затянул петлю на моей шее. Одно неосторожное даже не движение, а слово — и мне конец.
— Ладно, — я тяжело вздохнула, но тут же широко улыбнулась от потрясающего осознания: Риаган меня любит! И ищет!
И наверняка же ночь не спал, как с Августиной вчера поговорил, так на Лысую гору и отправился. Бедненький!
— Еся, нам с тобой как теперь связываться? — Купава умела задавать правильные вопросы.
Я задумалась. В процессе размышлений как-то невольно повернула голову и на русалок посмотрела. А те, плакать уже перестав, но никуда не собираясь, вдруг предложили:
— А давай кулончик нам? За нами не следят, и до острова нам куда ближе, чем тебе. Сейчас условимся, в какое время на связь выходить, а если что важное будет, мы тебе с водой сообщим.
Я не очень поняла, как это — с водой, но это же русалки, значит, они точно знают, о чём говорят. Решила довериться. Выбора всё равно особо не было, мне убегать и правда затруднительно, это сегодня с Родимирой повезло, а дальше что будет? А вот древние боги его знают.
Так что я неожиданной помощи очень порадовалась и, снимая амулет с шеи, искренне сказала:
— Спасибо вам, миленькие! Я вам ещё блинчиков принесу. С чем сделать?
Как оказалось, помощь мне предлагали безвозмездную, но такой форме оплаты русалки очень обрадовались.
С метлой или хвостом, а девочки есть девочки, мы вкусняшки очень уважаем.
В итоге через пять минут я стояла на большом берегу и натягивала на мокрое тело эльфийское платье. Амулета у меня не было, русалки остались обсуждать с ведьмочками график связи, зато вместо него имелся мысленный список заказа на вкусности.
  
Глава 6
 
Под вечер заявилась остроухая гадость.
— Привет, солнышко, — проворковала она, падая на стол и двигая своими телесами изучаемый мною учебник.
Я скривилась, демонстративно стянула книгу на колени, откинулась на спинку стула и, радуясь тому, что в столовом шатре кроме меня никого не было, ответила искренне печальным:
— Жаль, что за прошедшие сутки тебя не сожрали, но я не теряю надежды на лучшее.
Норлан прищурился и улыбнулся, весьма жутко. Нет, сама улыбка была очень даже ничего, но вот то, что за ней таилось…
— Язвим? — подавшись ближе и нависнув надо мной, насмешливо-угрожающе поинтересовался парень.
— Надеемся, — парировала с милой улыбочкой.
Настроение у гада сегодня было преотличным — ещё бы, заполучил себе невесту путём запугивания и шантажа, так чего бы не порадоваться?
— Поднимай свою излишне смелую, весьма аппетитную точку и пошли знакомиться с родственниками, языкастая, — пропел эльф.
— Ну уж нет! — мигом открестилась я от подобного.
Норлан улыбнулся, словно ничуть не сомневался, что именно вот так я и отвечу, и с этой же улыбкой ласково уведомил:
— Я не спрашивал.
В следующее мгновение эльф исчез из виду. А через секунду меня схватили, рывком подкинули и опустили на мужское плечо, которое за минувший день мягче и удобнее не стало ничуть!
— Да ты опять?! — завопила категорически недовольная таким обращением я.