Супруга опального магната (СИ)

— У нас будет самый запоминающийся год. Ведь у нас появится Тася.
— Следующий новый год мы будем встречать уже втроем.
Мы смотрим друг на друга, улыбаемся. Бокалы звонко бьются друг о друга. Даже не знаю, кто из нас сгорает от нетерпения больше – я, или Витя.
  
Глава 5. Таша
 
На следующий день я осталась дома. После стычки с мамой состояние было разбитое. Мне даже из постели вылезать не хотелось.
— Ты не простыла? — озабоченно сел на край кровати Виктор. Быстро справился с тугими пуговицами на рукавах белоснежной рубашки и принялся трогать мой лоб губами.
— Не простыла.
Его губы щекотят лоб и висок. Улыбаюсь.
— Без меня точно справишься? — испытующе сверлит меня взглядом он.
— Конечно, справлюсь. Просто Тася все тяжелее с каждым днем. Не хочу сегодня спускаться. Займусь елкой. Она уже заждалась у камина.
— Закажи что-нибудь вкусное из ресторана. Я вернусь, как только разберу дела.
— Ладно.
Он смотрит на меня несколько мгновений. Целует в губы.
— До встречи вечером. Гирлянду не трогай, ее надо будет проверить. Меня не провожай, оставайся в постели.
— Хорошо. До встречи.
Виктор уходит, а я пытаюсь поспать еще. Укладываюсь на бок, но это мало помогает. Найти положение для сна вообще сложно. Моя сторона постели в подушках всевозможных размеров. Увы, помогает только на время. Потом становится неудобно, и я снова верчусь.
На правом боку мне удается задремать. Просыпаюсь через час от шума в столовой. Это прислуга. Готовят обед, убирают.
«Черт!» — разочарованно фыркаю. И так сплю урывками, так еще умудрились разбудить. Надо попросить Витю, чтобы они приходили раз в неделю. Готовить можно и самим. Или заказывать что-нибудь из ресторана.
Дочка шлет мне пинок под ребра. Морщусь. Сползаю с постели, накидываю на пижаму шелковый пеньюар и тащусь в ванную комнату.  Будни беременных на последнем сроке. Ничего не поделаешь. Надо только набраться терпения и ждать.
После завтрака иду в столовую. Там меня ждет не дождется пушистая ель.
НА ходу листаю новостную ленту в сети. Ничего интересного. Вспоминаю про бабушку. Надо позвать ее на Рождество. Бабушка внезапно появляется в моем телефоне сама.
— Таша, детка, как ты там? — радостно машет мне по видеосвязи бабуля. — Мне тут один серьезный мужчина привез посылку, от тебя говорит.
— Привет. От меня, да. Для тебя и для Ульяны. Я ничего. Елку вот наряжаю.
Улыбаюсь. Показываю ель.
— Какая красота у вас с Витей! — всплескивает руками она. — Это что, гостиная?
— Столовая. Мое любимое место.
— Потрясающе! Таша, а я к маме на Рождество собираюсь.
Что-то больно колет в груди. Я опоздала с приглашением.
— Она сама тебя позвала?
— Да.
— И я хотела тебя позвать…
— Я поэтому и звоню, Ташенька. Надо всем помириться уже. Сколько можно не общаться? Малышка то вот-вот родится.
         — Не получится, ба. Мы вчера с мамой у елочного базара столкнулись.
— И что?
Губы начинают дрожать против воли. Глаза наполняются слезами.
— Она в Витю плюнула…
— Вот дура, — злится бабушка. — Это ж надо! Дочке рожать скоро, а она нервы всем треплет!
— Она сказала, что Витя убийца, а я его ребенка ношу…
— Успокойся, Ташенька… Мать ерунду несет. Поеду к вам завтра, вставлю ей по первое число. Совсем мозги пропила!
Поспешно растираю по лицу слезы.
— Ты же придешь к нам с Витей на Рождество? Он ждет тебя.
— Приду, конечно. Вы дочке имя придумали?
— Придумали. Тасей назовем.
— Тасей?
— Таисией. А сокращенно Тася. 
— Таисия. Как красиво звучит.
— Это Витя придумал.
— Какой молодец. Ждет ее, наверное?
Улыбаюсь.
— Еще как ждет…
— Таша, я так рада за вас. Завтра приеду. Как остановлюсь у матери, позвоню тебе обязательно. В гости приду.
— Приходи, — оживляюсь я. — Буду ждать тебя.
— Ну, целую тогда…
— И я тебя.
Бабушка пропадает с экрана, а я принимаюсь за елочные игрушки.
Все же, сомнения – нехорошая вещь.
Ближе к вечеру елка сверкает красотой, а я сижу на диванчике у камина, любуясь панорамой из окна. Медленно листаю ленту в телефоне.
 
Внезапно в городских новостях всплывает статья. «Кто они, владельцы «Черного Ангела»»?
Что за ерунда?
  
Глава 6. Таша
 
Открываю статью, написанную явно на заказ. Свободно мыслящий журналист делится своими мыслями о том, каким образом нынешний мэр позволил выкупить под застройку участок земли, ранее считавшийся городской собственностью.
«Опальный магнат и владелец бизнес-центра «Черная Башня» Виктор Янковский не сидит на месте. Отныне в городе стартует проект «Черный Ангел». Вам это ничего не напоминает? А ведь совсем недавно господин Янковский был под следствием. Исчезнувшие из казны госсредства на улучшение города благополучно осели в кармане ни в чем не отказывающего себе магната. И вдруг обвинения сняты, у города новый мэр. Чем же не устраивало господина Янковского прежнее руководство? Не кажется ли вам странным, что неугодный мэр погиб в тот же день, когда с Янковского сняли все обвинения?»
Желудок скручивается в тугую пружину. В горле становится сухо. Неужели моя мама права?
Телефон вспыхивает вызовом. На экране лицо мужа. Как будто чувствует, что я в нем сомневаюсь.
— Привет, — выдыхаю хрипло.
— Все в порядке, малышка? Что с голосом? Я тебя разбудил?
— Нет, все нормально. Любуюсь елкой.
— Нарядила? А я спешу к тебе, думаю, вдруг моим девочкам нужна помощь.
Я чувствую, как он улыбается на другом конце провода. Его голос успокаивает.
— Вить, тут статья про тебя дурацкая вышла в интернете.
— Что за статья? — настораживается муж.
— О том, какой ты плохой.
— Таш, я для всех и всегда плохой. Ты расстроилась, что ли?
— Да.
— Не бери в голову. Я скоро буду. Принесу тебе пирожные. Посмотрим статью вместе. 
— Хорошо. Жду тебя.
Захлопываю страничку с новостями и откладываю телефон в сторону. На камине лежит коробка с электрическими гирляндами, которые надо будет проверить и повесить на елку. Рассеяно перебираю гирлянды. На сердце тревога.
Скоро хлопает дверь в холле. Спешу навстречу мужу.
Виктор целует меня в губы и протягивает две коробки.
— Тут Вера передала свечи на батарейках. Сказала, очень романтично смотрятся. А во второй коробке пирожные.
— Спасибо. Накрывать на стол?
— Да, есть хочется жутко.
Виктор снимает верхнюю одежду и уходит в спальню, переодеться.
Я тороплюсь на просторную кухню, где в духовке дожидается своего часа запеченный со специями карбонад и овощи.
Хлопочу у стола. Выкладываю пирожные на трехъярусную подставку.
— Помочь? — появляется в столовой Витя.
— Нет, я уже сама управилась.
Он включает телевизор над камином. Диктор сообщает о предстоящих праздниках.
— А что за статья? Дай, посмотрю.
— Телефон на диване. Открой вкладку через интернет.
Виктор приземляется на диван и открывает мой телефон. 
— Вот суки, — рычит через пару минут он. — А то, что никакого присвоения средств не было, они не хотят рассказать? Что меня арестовали и продержали под следствием почти полгода незаконно?
Я вздыхаю.
— Вить, остынет все.
Муж откладывает мой телефон в сторону. Садится за стол.
— Ладно, не переживай, разберусь я с этим писакой. Никита Соловьев, мать его. Кто такой, хотел бы я знать? Или заказная статья, или он просто идиот. Только настроение испортил под новый год.
Мы едим в полном молчании.
— Ты расстроилась, что ли? — посматривает на меня муж.
— Есть немного. С мамой вчера так нехорошо все получилось. А еще бабушка сказала, что мама ее к себе позвала на Рождество. А меня, как будто не существует. И статья эта…
— Все будет хорошо, слышишь? Разберемся с журналистом. А насчет мамы, Таша, переживать не стоит. Ты ведь взрослая. Сама мамой вот-вот станешь. Не принимай близко к сердцу.