И пришел Лесник! (СИ)

Первый тост подняли за геноцид килдингов. Как я понял далеко не все знали по какому поводу мы собрались за столом. Вернее, что килдингов больше нет знали все вот только как, это произошло до сих пор не афишировалось. 
— Хочу поднять бокал самого чистого самогона за Лесника. Ведь благодаря ему мы теперь сгоняем по-человечески в магазин за вискарём. Именно он, и Кузьмич это подтвердил, каким-то образом уничтожил всех килдингов одним разом. Давайте напоим его и он откроет нам эту тайну. За Лесника! — самогон был подобен бомбе. Первач, Пигмей специально поджёг его прямо в стакане. Одно дело, когда накапают в ложечку и он горит, а другое, когда он пылает в стакане. Не знаю пошёл ли у меня дым из ушей, но эффект был впечатляющий. Как я заметил пили все и даже девушки. Ну да в Улье пьянеешь медленнее. Дальше понеслось уже по накатанной. Ещё я заметил реакцию Гудвина на слова Пигмея. Его словно пронзило, и он уже взглянул на меня по-другому. Оценивающе. Точно что-то задумал, сволочь. Набрались мы быстро. Лиана пошла с кем-то отплясывать, Гном клевал носом в тарелку. А ко мне подсел Пигмей.
— Мне здесь сорока на хвосте принесла, что ты, Лесник с Гудвином схлестнулся? 
— Громко сказано. Он просто много хочет и сразу. То дай ему покататься на броневике, Ленин, блядь, нашёлся. То дай ему Лианку поиграть, — я себя контролировал, но в выражениях уже не стеснялся.
— Она разве не твоя? — изумился он.
— Нет, — как и договаривались я не стал освещать наше времяпровождение в застенках Персефоны. — Я её освободил из клетки в последний момент и вытащил на себе.
— Ты в курсе, что она как дочь Жанне? 
— Она говорила, но я, извини Жанны не знаю. Так что мне по барабану. Будь она хоть сестрой Иосифа Виссарионовича, — о как хватил!
— Жанна та ещё хабалка, но! Но, крута. Не отнять. Она, если захочет, может выставить тысячу штыков и любой стаб в нашем крае обломать.
— Круто. Но мне это как бы… я сопровожу её до Центра. Сдам на руки мамаше и всё. Она сказала, что у неё есть жених в Центре.
— Мамай.
— Что? 
— Жениха так зовут, — уточнил Пигмей. — Видишь вот это? — Он указал на свой шрам. — По его милости я получил. Мы были в рейде вместе с ним. Там много кого было. Так вот в итоге он просто толкнул меня в «объятия» кусача, а сам сука сдриснул.
— Как же так? Ты ему хотя бы морду набил? 
— Да. 
— Как же она могла в него влюбиться? Вроде нормальная девка, — не поверил я.
— Да она его не любит. Только об этом почти никто не знает. В тот вечер мы сидели с ними перед отъездом сюда. Он проставлялся и извинялся. Напился хорошо. Лианка не слышала и не знает откуда у меня отметина, но в ту ночь он её изнасиловал. Она честных правил, да и мамаша её просто заставила Мамая дать слово жениться на ней. Вот она и говорит, что невеста типа. Не хочет выглядеть как… 
— Понятно, — вот не свезло ей. А ещё эти муры. Гудвин, сука чует её как кабель сучку. Бог троицу любит? Я взглянул на Гудвина, тот что-то рассказывал своим дружкам и те ржали наперебой кто громче. А сам бандюга искоса наблюдал за Лианой. Та уже напилась и отплясывала с очнувшимся Гномом. Возьму ка я, пожалуй, грех на душу. — А что, Пигмей часто у вас в стабе убивают? 
— Ты кого задумал? — блин вот чутьё. Я бы с ним пошёл в разведку.
— Гудвина.
— Нельзя. Здесь. Эта гниль прописалась в стабе уже полгода как. Не могу никак выгнать их. Он уже сюда человек двадцать собрал синих. Меня это реально напрягает. 
— Авторитет шатают? 
— Не то чтобы. Я могу хоть сейчас всех выкинуть отсюда, но пойдут слухи, что Пигмей не по понятиям живёт. Честных рейдеров за стену выставил. Знаешь лавина начинается с одного камушка? 
— И? — прошептал я.
— И вот что я тебя скажу, Лесник. Ты похоже отмороженный, да и служили мы с тобой почти рядом в одно и тоже время.
— Не понял? 
— Первый Белорусский. Полковая разведка. А до этого целый год в штрафбате, — подмигнул мне Пигмей. 
— Братан, — я полез обниматься. Потом мы пили на брудершафт с ним, с Трофимом. С Трофимовой женой Лизой. И ещё с кем уже не помню. 
 
— Так вот послушай, чего я тебе скажу. Провернём одно дело, коллега? — снова продолжил разговор Пигмей.
— Легко. И самое главное для тебя бесплатно. 
— В деньгах я не стеснён, если что нужно скажи только, — пообещал Пигмей. — Убери этого гондона из стаба. 
— У дураков мысли сходятся. Прямо здесь? 
— Нет, нет. Завтра слух уроню что я тебе наколку одну дал, и ты решил прокатиться туда пострелять, поохотиться. Гудвин за тобой по любому увяжется.
— Уверен? 
— Да. Мой человек пока мы здесь сидим, обследовал твой броневик. Гудвин к нему уже маяк прицепил.
— Как это? 
— А, ты же не в курсе ещё. Сейчас рация может быть с ноготь величиной. Вот примерно такая же штука на магните к днищу прилеплена. Вряд ли это от Кузьмича весточка. Они же крутились вокруг него, — он показал глазами на синих. — Тебя будут пасти, когда за ворота выйдешь. Радиус действия маяка километра три. Я озадачу его братву, чтобы за тобой как меньше народу поехало. Но учти они ребята тёртые. Баркас стрелок. С двух рук, как и ты. Жмур ориентирован на скорость, но не как клокстоппер. Может твоих достать. Сам Гудвин ментат. Мысли не читает, но может ментально, то есть мысленно сбить тебя с ног или ввести в транс. Мерзкая скотина, одним словом.
— А у тебя какой дар? 
— Я ксер. Копирую неживые предметы небольшого размера. Патроны, например. Видишь какие ручищи, — он показал мне свои лапы. — Вот всё что в них помешается, то и копирую. Это я их так здесь развил, на самом деле они меньше были. Гудвин не страшен на удалении десяти метров, если ближе подойдёт и включит дар могут быть неприятности. Но его мозголомка не на всех действует. Меня, к примеру не берёт почему-то. Пробовал уже, в лоб получил и перестал.
— Может ты ему стряхнул его настройки, и он того… уже не может? — предположил я и засмеялся. 
— Как же. Такого только в затылок надо. Ну ты знаешь, — я согласно кивнул как вдруг у входа в харчевню послышался шум драки. Я привстал и увидел, как Баркас и Жмур бьют Гнома, а Гудвин облапил Лианку и тащит её вон из избы. Она брыкается и визжит.
— Что за беспредел. Извини, Пигмей, но, по-моему, этот кадр уже приехал, — я вскочил и побежал на помощь.
Первым под стол улетел Жмур. Дар я не включал, не хотел пока тратить, вдруг пригодится. Баркас оказался ловчее и ушёл от первого удара. Дурачок попался на обманный удар, а вот второй ногой по колену пропустил. Или он думал, что я буду с ним в бокс играть? Ногу хрустнула и выгнулась в другую сторону. Баркас свалился с диким криком. Хмель моментально выветрился из его тупой башки. К этому времени поднялся Жмур и решил ударить меня тяжёлым стулом сзади по голове и опять упал. В этот раз он получил совковой лопатой, именуемой правым кулаком Пигмея, и свалился как подкошенный. Гудвин, наблюдая за своими подельниками сразу отпустил Лиану. Та с размаха дала ему пощёчину, а он поднял руки и заулыбался.
— Шутка! Я шутил, вы чего, пацаны. Шалом, эврибади. Мир, дружба, жевачка, — Гудвин пятился задом по-прежнему улыбаясь. — Вы уже скорешились? Быстро вы обнюхали друг друга, — На этот раз в голосе Гудвине сквозила чёрная злоба.
— Иди проспись, Гудвин. Утром поговорим. Ты помнишь я тебя уже предупреждал чтобы ни ты ни твои дружки здесь своих зоновских законов не устанавливали? Я смотрю ты беспределишь всё равно.
— Да насрать мне на тебя, Пигмей. Общество что скажет, опять бродягу гонишь?
— Ну видишь, — Пигмей посмотрел на меня. Я, не отрываясь сверлил взглядом Гудвина еле сдерживаясь. И тут он тоже не выдержал и включил свой дар. Ментальный удар, буду знать. Я оказался на полу сидящим на жопе. Вот только стоял и сразу упал. Не больно, без увечий. Просто он сбил меня с ног. Пигмей мне подал руку.
— Спокойно, Лесник. Не здесь, — вы не представляете сколько сил мне стоило удержаться чтобы не порвать его прямо там. Я выдохнул и кивнул. — А ты корешок доигрался. Завтра же чтобы тебя здесь не было. Если до полудня не свалишь, получишь маслину в свою тупую башку.