И пришел Лесник! (СИ)

— Наташа? Ты сможешь хотя бы его притормозить? — спросил я.
— Не уверена, но мне же надо до него дотронуться, — вот именно это я и не учёл. — Но можно попробовать по-другому. Мне кажется, у меня получится. Вы сможете выманить его на край стоянки? Вот на ту дорожку? 
— Стриж, что скажешь? 
— Есть у нас одна штука. Не знаю зачем тащили, но как видишь пригодилась. Противотанковая управляемая ракета «Корнет». Я думаю, это немного охладит его пыл. Сейчас пару минут.
Через две минуты на краю стоянки стояла пирамида с четырьмя ногами и ракетой наверху. Наташа кивнула и стала меняться. Это произвело ещё больший эффект, чем медведь на бойцов. К элите они ещё как-то привыкли, но, когда рядом с тобой девчонка начинает менять цвет и на её лице появляется безумная улыбка поневоле сдрейфишь. Волосы Наташа развивались, искрясь изморозью и вообще девушка была настроена решительно. Ещё бы, она уже принимала третью подряд дозу лайт-спека. Доктор рекомендовал четыре, и лечение шло на пользу, что мы и наблюдали невооружённым глазом. ПТУР ухнул, и ракета понеслась медведю прямо в бок. Я скептически прикинул, сможет ли она пробить ему боковую пластину, но всё получилось намного трагичнее. В последний момент Ursus spelaeus повернулся к нам задом, и ракета вошла ему чётко под его пушистый заячий хвостик и разорвалась уже где-то внутри. Медведь от неожиданности подпрыгнул на свой рост и с грохотом приземлился. Из задницы у него извергалось пламя кумулятивного заряда, а из пасти и ушей валил дым. Он встал на задние лапы и теперь был подобен ракете в предрассветном сумраке. Медведь заревел что есть мочи от обиды и людского коварства, от его рёва повылетали всё стёкла и медляки с ползунами прекратив возню уставились на животное решившее стартовать на орбиту. Огонь из задницы постепенно погас, медведь кашлянул несколько раз выпуская в небо кольца дыма одно за другим как заядлый курильщик. Казалось бы, издевательства окончились, но, к сожалению, они только начинались. Коварство злобных розовых человеков не знало границ. 
Наташа тоже воспользовалась моментом и не стала ждать пока медведь выйдет на запланированную траекторию и подобралась к нему сзади прячась за остовами машин. Я был готов в любую секунду запрыгнуть к медведю на загривок и поразить его споровый мешок, но ждал что выйдет из Наташиной затеи. Она присела и положила обе ладони на асфальт и пошла зелёными пятнами. Мне показалось что она даже окуталась морозным ореолом. От неё к медведю стремительно побежала снежная дорожка и достигнув многострадальной задницы животного тут же взобралась вверх по все туше полностью её охватив. Медведь покрылся льдом буквально за полминуты и застыл памятником самому себе. Наташа подняла руки и бессильно села на асфальт. К ней подбежал Гном и Лиана и потащили её в укрытие. Бойцы Стрижа короткими меткими очередями быстро добили остатки муров. Сообщив по рации о пленении медведя, бойцы разогнали плотоядных медляков и сели вокруг него. Кто-то вытащил электронный фотоаппарат и все стали фотографироваться на фоне обледеневшего медведя. Наташа вспомнила товарища Ленина и поспешила назад к замороженному. Он уже начал двигаться. Если уж пантера сохранила живучесть, то эта гора была в десять раз опаснее. Через два часа появились наши. Огромный грузовик тащил пустую платформу. Из кабины выскочил профессор в развевающемся халате и с ходу стал щупать медведя.
— Это невероятно! Какой экземпляр! Ursus spelaeus! Вы ведь не убили его?
— Нет. Его, пожалуй, убьёшь. Вы уверены, что он вам нужен живым? Ведь мы уедем, а он разморозиться. Вы уже сколотили для него будку? — Наташа развеселилась.
— У нас есть подземная нора для таких особей. И гарантированный транквилизатор, никуда он не денется. Наталья, вас не затруднит проехаться с нами до зоопарка? 
— Отнюдь, профессор. Артём там? 
— Нет, он сейчас уплыл на задание. 
— Хотела его повидать перед отъездом.
— Ну уж как есть, — профессор развёл руками, — ах, какой невероятный экземпляр. Вы не испортили его? 
 
— Если только немного, Сан Саныч, — ответил Стриж. — В первое время у него могут быть проблемы с кишечником.
— Подлечим. 
— Сколько же в нём может быть жемчуга? — спросил Гном.
— Столько же сколько и в обычной элите. Ну может чуть больше. Он не суперэлита несмотря на свои размеры. Можно просветить его рентгеном.
— У вас и рентген есть? — удивилась Наташа.
— Да. В двух кварталах отсюда грузится клиническая больница с неплохим оборудованием. Так что с медикаментами и оборудованием у нас проблем нет.
— Удачи вам, доктор. Мы поехали. Наташа утром выезжаем.
Рано утром мы уже были на пароме. Гном решил не рисковать и переплыть реку более надёжным способом. В десять утра мы уже съехали с платформы на хорошую и ровную грунтовую дорогу. Пользуясь тем, что следующие два кластера встали в одну линию почти на месяц на дороге, было оживлённо. Муров и прочих внешников сейчас вряд ли можно было встретить, я расслабился и решил подумать о том, как внешники планируют брать Центр. По рассказам Лианы там жило чуть ли не сто тысяч человек. И у каждого было оружие. Что они задумали? Осадить город? Нереально. Сто тысяч штыков, причём каждый из них тренированный боец. Что-то здесь не то. Даже учитывая качество вооружения нужно было адекватное количество наступающих, но таких масс пока обнаружить не удалось. Они тоже не могут просто так сидеть в лесу. Им надо есть, пить. Батальонные группы, больше соединений замечено не было. Видимо есть фокус, но с этим будем разбираться на месте.
  
Глава 26. Центр.
 
— Значит так. Вы молчите, говорить буду я, — инструктировала нас Лиана. 
— Это ещё почему? Чем она такая особенная, что с ней нельзя говорить? — взбрыкнул Гном. Я помалкивал, усмехаясь про себя. Уж я-то с ней ещё наговорюсь, ведь Лиана прочила меня на место её зятя. Само действие для меня было в новинку. Жениться я думал, но только после победы мирового пролетариата. Там откуда я попал в Улей победа уже была близка. Но как говаривал Иваныч в частной беседе, что это победа не будет окончательной и большинство фашистов укроют «союзники». Так и получилось. Ну как получилось, так и получилось. Не могут вещи быть без тени в нашем материальном мире. Один свет? Ой не смешите. Тень, мрак, темнота и всё то, что их сопровождают касаемо человеческой души, останется навсегда. Поэтому это война с мельницами бесконечна. Выперли фашиста тогда, выпрем и сейчас, а зло никуда не денется. Так вот про свадьбу с платьями и всем прочим. Честно я не очень хотел этого. По натуре своей я человек скромный и обошёлся бы семейным застольем. Ну вот здесь мы с Лианой пока не сошлись во мнении. Решающее слово оставалось за тёщей.
— Не любит она глупых вопросов, — отрезала Лиана.
— Он не всегда задаёт глупые вопросы, — высказалась в защиту Гнома Наташа.
— Ага! Вы уже спелись как я погляжу, — обрадовалась Лиана, — ну а ты чего скажешь? 
— Ну просто так бабуле садится на уши, наверное, не стоит, а по делу спросить думаю можно и нужно, — Соломоново решение, я мудрец!
— Кому? — Лиана угрожающе посмотрела на меня. — Ты только ей так не скажи. Она правит Центром железной рукой. Ты вообще заметил, что это она и её зовут Жанна? Много ты видел глав стабов женщин? 
— Первая насколько я знаю, — ответил за меня Гном.
— Вот и делайте выводы, — многозначительно сказала Лиана.
— Сурова? 
— Не то слово. 
— Там ещё есть Граф, — напомнила Наташа.
— Ах, да. Педрила этот, ненавижу. До чего же мерзкий и постоянно что-то мутит.
— Он может быть причастным к предстоящему перевороту? — спросил я, переводя разговор на деловые рельсы.
— А это мысль… Надо будет переговорить с Жанной. От Графа можно ждать всего. Но ты его сразу не прессуй в своей манере, Жень, — попросила Лиана.
— Я знаю как с ним надо. Гном, те маникюрные ножницы ещё у тебя?
— Конечно. 
— Замечательно. Вы были в Центре? — я спросил Наташу и Гнома. Оказалось, что нет. — Лиана расскажи нам пару слов о том куда мы едем.