В поисках Винни-Пуха (СИ)

— Я просто сообщаю то, что мне показалось интересным, — широко улыбнулся Толик, — вот и все.
— Я твой должник, друг, — признательно сказал ему Виктор и вытолкал нас из комнаты.
Восклицательный знак стоял напротив фамилии Ерошина Владислава Альбертовича, 1977 г.р., в данный момент проживающего по адресу г. Москва, ул. Революционная, 57. На этой же улице жили Титовы. В 2009 году исправительное учреждение, в котором работал Ерошин, сгорает, но охранник не ищет новую работу, а в сентябре того же года открывает свое дело. Неужели мы нашли того виновного? Я вижу только один вариант развития событий: кто-то предложил Ерошину деньги для того, чтобы тот устроил поджог.
Мне непонятно только одно — кому понадобилось устраивать пожар в тюрьме, из-за которого погибли тридцать шесть человек?
Телефонный звонок отвлек меня от размышлений.
— Добрались до Ерошина? — Феникс.
Только голос у него серьезный, и нет в нем больше веселья.
— Добрались, — кивнула я.
Васька с Виктором бросили на меня вопросительный взгляд, но я только покачала головой, прижав палец к губам.
— Предлагаю сделку, — вдруг заявил мне парень. — У тебя влиятельные друзья. Вы находите доказательства вины Ерошина и сажаете его за решетку, в обмен я даю тебе то, что может привести тебя к Дмитрию Титову.
— Это займет много времени, — нахмурилась я. — К тому же, мы вовсе не уверены, что поджог устроил именно он.
— Мы оба знаем, милая, что из-за жадности Ерошина погибли тридцать шесть человек. Да будет тебе известно — не все погибшие были заключенными. А насчет времени… Тебе лучше поторопиться.
Феникс отсоединился. Я взглянула на номер, отобразившийся на моем дисплее, и протянула его Ваське.
А затем события завертелись с бешеной скоростью. Виктор обратился к отцу, и Ерошина взяли под плотный колпак. Я встретилась с Антоном Степановичем и ввела его в курс дела. Бизнесмен долго буравил меня взглядом, но затем вздохнул и сдался — целая армия наемных ищеек снова подняла дело о возгорании. Титов-старший пообещал не вмешиваться. Он даже не упрекнул меня за то, что я, вопреки его воле, все же решилась потревожить Валерия Быкова и, глядя на его уставшее, осунувшееся лицо, я вдруг поняла — он жутко беспокоится за Диму.
Три дня спустя ко мне в квартиру ввалился возбужденный Виктор. Мы с Васькой, сидящим в тот момент у меня, насторожились.
— Ерошин во всем сознался! — еще с порога заорал Виктор с сияющими глазами. — Он сейчас в следственном изоляторе, дожидается суда!
— Как вам это удалось? — ахнула я.
— Люди отца подбросили ему газетную статью, посвященную произошедшему в тюрьме, и написали на обратной стороне — «Я все знаю!» Ерошин жутко занервничал, заперся в доме, никого не пускал, никуда не выходил, а на третьи сутки не выдержал и уехал. За ним проследили и выяснили — он дернул к криминальному авторитету Батонову Якову Владимировичу по кличке Батон. Максиму удалось записать их разговор, и выяснилось, что этот самый Батон сейчас должен сидеть в тюрьме!
— То есть? — не понял Васька.
— Из разговора стало ясно, что два года назад Батон, которого осудили на восемь лет за хищение государственного имущества в особо крупных размерах, предложил Ерошину большие деньги для того, чтобы тот организовал ему побег. Тюремщик не придумал ничего лучше, чем устроить поджог!
— Он надеялся вытащить Батона под шумок? — предположила я.
— Именно! — воскликнул Виктор. — Да только парень не учел, что северное крыло, в котором и сидел наш бандит, было частично сделано из дерева, поскольку именно там раньше находился деревянный склад, принадлежащий одному бывших из жителей Смирновки! Как вы помните, тем летом было жарко, и сухой горячий воздух быстро раздул пожар. Многие скончались не от огня, а задохнувшись угарным газом и не сумев выйти. Ерошин жутко перепугался, он рассчитывал лишь на небольшой переполох. Но дело сделано, Батон на свободе, деньги у Ерошина. Охранник недолго мучился от угрызений совести — уже два месяца спустя он открывает мастерскую.
 
— Подожди, — вдруг озарило меня, — но если Батон сумел сбежать, вполне вероятно, что и Быков тоже жив!
Виктор бросил на меня растерянный взгляд — такой поворот событий явно не приходил ему в голову. Мы принялись лихорадочно обсуждать, где в таком случае может находиться бывший заключенный, и в тот момент я как-то не подумала, что сбегать из тюрьмы, тем самым прибавляя себе солидный срок, за месяц до освобождения было бы глупо.
— И где же твой Феникс? — бросил на меня сердитый взгляд Васька.
Он здорово возмутился на меня за то, что я не рассказала ему про этого парня с самого начала.
— Он обязательно появится, — заверила я его.
— Почему ты в этом так уверена? — удивился Виктор.
— Потому что в ту ночь в пожаре погиб его отец, — призналась я.
У Васьки отвисла челюсть.
— Он сам тебе сказал? — уточнил сосед.
— Эх ты, — я ласково улыбнулась, — ты же сам достал мне данные владельца того номера, по которому звонил Феникс.
— Семенов Филипп Борисович, 1989 года рождения, — подтвердил Васька, — и что?
— Если бы ты заглянул в распечатку, которую нам предоставил любезный Анатолий, то в списке охранников под несчастливым числом тринадцать ты бы нашел Семенова Бориса Андреевича, погибшего при пожаре Смирновского исправительного учреждения, — просветила я парней.
— Там он хотел отомстить за отца, — догадался Виктор, — но почему он действовал через нас?
— Потому что у него нет таких связей, чтобы засадить в тюрьму бизнесмена Ерошина Владислава Альбертовича. По прошествии двух лет никто ничего не докажет, а вот Антону Степановичу это удалось за три дня, — пояснила я.
Васька с Виктором переваривали услышанное, я же ожидала, когда Феникс сдержит обещание и проявит себя. Парень не заставил долго ждать — час спустя в дверь позвонили. Я первой выскочила из коридора, мужчины, одновременно ринувшиеся за мной, застряли в дверном проеме.
На лестничной площадке никого не было, зато на полу лежал конверт. Я подняла его — на лицевой стороне было коряво выведено «Спасибо», внутри оказалась фотография.
Я быстро разорвала конверт и дрожащими руками достала снимок. На обратной его стороне было написано: «Валере от Вити Ларионова». Я перевернула фотографию — на ней двое мужчин улыбались в кадр. Тот, что слева, наверняка Ларионов, высокий черноволосый крепыш, а вот во втором я узнала…
Снимок выпал у меня из рук. Сзади напряженно охнул Виктор, разглядевший лицо Валерия Быкова, Васька громко что-то у нас спрашивал, но я его уже не слышала.
Боже мой, какая же я идиотка! Если бы только я в самом начале потрудилась хотя бы поинтересоваться, как выглядит уже состоявшийся Быков, я бы пришла к ответу намного раньше, не мыкалась бы в поисках его биографии!
— Знаешь, где он живет? — обернувшись к Виктору, севшим голосом спросила я.
— Пять минут, — откликнулся Виктор, доставая свой мобильный. — Але, Толик?..
Двадцать минут спустя мы уже стояли перед дверью квартиры, в которой проживал Валерий Быков. Виктор бросил на меня вопросительный взгляд, но я покачала головой и дрожащей рукой постучалась, забыв про звонок.
— Открыто!.. — раздалось изнутри.
Я вошла в небольшую прихожую, развернулась и закрыла дверь перед носами мужчин, заперев ее на задвижку. Васька, в последний момент догадавшийся было о моих намерениях, дернулся вперед, но я оказалась быстрее.
Одной проблемой стало меньше.
— Я на кухне!.. — крикнул хозяин.
Следуя его голосу, я вошла в небольшое помещение. Хозяин квартиры возился с мукой, видимо, намереваясь что-нибудь приготовить на ужин.
Увидев, кто к нему пришел, он удивленно застыл.
— Здравствуй, Чебурашка, — тихо сказала я, — Гена просил передать тебе привет.
Владимир Григорьевич мягко улыбнулся.
— Я очень рад, — вытирая руки кухонным полотенцем, откликнулся он, — что ты догадалась.