Легенда о маленькой Терезе (СИ)
- Отец, я Вас услышал, не переживайте. Хорошо, Эмелин так Эмелин. Я женюсь на ней, «интересы государства» могут быть спокойны. Только об одном прошу Вас: избавьте меня от всех этих визитов моей дорогой невестушки, и не нужно каждый день напоминать мне об этой свадьбе.
- Ренард…
- Пожалуйста, если у Вас осталась хоть капля человеческих чувств к Вашему единственному сыну, кроме переживаний об «интересах государства», дайте хотя бы до свадьбы пожить спокойно.
Глаза в глаза, два бешеных взгляда на секунду скрестились в извечном поединке отцов и детей. Отец смягчился первым.
- Надеюсь, нам больше не придется возвращаться к этому разговору, Ренард.
- Я могу идти?
- Иди.
И вновь, как и вчера, после разговора с отцом он рванул в свои покои, переоделся и незаметно улизнул из Дворца. Да-да, конечно же, он помнит о данном себе самому обещании не приходить на озеро, не встречаться с нахальной пигалицей, потерявшей стыд и совесть! Но ноги сами понесли по узким подземным коридорам навстречу призрачной свободе, навстречу сброшенным королевским оковам. И как вчера, выйдя из пещеры на свет, он с упоением вдохнул прохладу и даже улыбнулся, глядя на распустившиеся цветы, склонившие свои головки, будто приветствуя не абы кого, а самого будущего короля! Ренард резво зашагал по тропинке, в глубине души надеясь, что девчонка не придет – застыдится, засмущается или попросту забудет, не позволив глупой игре иметь продолжение. А может быть, наоборот, все ж надеялся увидеть еще хоть раз маленькую глупую пташку, с такой легкостью и непринужденностью скрасившую вчерашний день?
Тереза уже ждала его. Сидела на берегу тихого озера, обхватив колени руками, сминала маленькими пальчиками подол платья и кляла себя за безрассудный поступок. Она и сама толком не понимала, как решилась вчера на столь глупый, бесстыдный шаг! От одного воспоминания о том, как щеголяла перед хмурым незнакомцем в чем мать родила, стало дурно. И очень стыдно. «Хоть бы он не пришел!» - молила она с надеждой, не понимая, почему сидит здесь, зачем вообще пришла.
Ренард тихонько подошел сзади и сел рядом. Абсолютно чужие друг другу люди молча сидели на берегу и не знали, о чем говорить. Какая сила притащила их сюда? Зачем? Для чего? Веселились под гладью воды разноцветные рыбки, шумел камыш, перешептываясь с легким ветром… Два человека просто сидели рядом.
- Считаешь меня легкомысленной? – тихо спросила Тереза, не отрывая взгляда от воды.
Ренард промолчал, лишь с любопытством посмотрел на девушку. «Серьезной барышней тебя точно не назовешь. Да и вообще мне все равно, малышка. Тебе вовсе незачем оправдываться передо мной», - ответил он мысленно и пощурился от надоедливого солнца.
- Но я не такая, правда.
- У тебя сегодня приступ целомудрия?
- Я сама не знаю, что на меня вчера нашло. Ты не думай обо мне плохо, пастушок…
- Да ничего я не думаю, - вздохнул Ренард и вдруг встал, протягивая руку. – Пойдем?
- Куда?
- Не знаю. Пойдем, что ли, прогуляемся, раз уж мы здесь.
Девчушка замешкалась, но все же робко потянулась к протянутой ладони.
Глава 5
Они прошли вдоль озера и свернули на тропинку, ведущую в лес.
Неловкое молчание продолжалось. В сотый раз казнила себя Тереза за назначенное это свидание; Ренард же, заметив ее смущение, такое неожиданное после вчерашнего легкомысленного щебетания, молча приобнял девчушку. Впрочем, мысли его были сейчас далеки от Терезы – он вновь и вновь прокручивал в голове разговор с отцом. «Наверно, он прав, - раздумывал Ренард. – А может, действительно, не стоит делать из всего трагедию? Ты Эмелин эту в глаза не видел, а уже невзлюбил. А может, она прекраснейшая девушка, и ты еще будешь благодарить судьбу, что так настойчиво вручила тебе ее в жены! Ну что ты взъелся на нее? Может, вообще, она сейчас слезы льет, что ее замуж выдают за чужака! Ты хотя б дома, а ей каково? Чужая страна, чужие люди, чужой муж… А может, она успела уже влюбиться в кого-нибудь, а тут ты, женишок незваный…»
- Ух, какие мы задумчивые!
Чужой голос и легкая боль в руке от моментально вцепившейся девчушки вывели Ренарда из раздумий.
- Вы кто еще такие? – от неожиданности королевская сущность вылезла наружу, чуть надменно зазвучав в голосе, проскользнув в ясном взоре, направленном на трех ряженых голубчиков, с ног до головы закутанных в черные лоскуты ткани.
- Мы люди добрые, но можем быть и злыми, - развел руками один из них, выступая чуть вперед. – Все просто: вы нам – деньги, мы вам – жизнь!
- Какие деньги? Нет у нас ничего, - пискнула Тереза.
- Да ладно, барышня, неужто совсем нет?
- Нет у нас ничего, - отрезал Ренард. – А вы, ребятки, шли бы подобру-поздорову – а то за такое и на виселице оказаться можно.
- Да что ж ты каркаешь такое? Ну раз нет денег, то и ладно! Зато девка у тебя есть – с тебя, оборванец, и этого хватит.
- Пошли вон отсюда! – рявкнул Ренард, заводя девушку за спину.
- Ребятки, уймите молодца, - бросил тогда нахаленыш двум своим спутникам. – А мы пока с барышней прогуляемся…
Разбойник одним рывком выхватил Терезу, и в тот же миг двое других набросились на Ренарда и повалили на землю.
- Тереза, беги! – успел выкрикнуть Ренард и тут же захрипел от пальцев, вцепившихся в горло.
Тереза чудом вырвалась из рук бандита и бросилась прочь. Она бежала изо всех сил, путаясь в платье; бесконечные ямки, корни деревьев словно бы сговорились с подонками и теперь только и ждали, когда девушка оступится и упадет. «Только бы не упасть! Только бы добраться до людей! Ренард… Да они же убьют его! Да чего ж мне дома сегодня не сиделось-то! А ведь Мари не врала! Они все же существуют!»
- Да стой же ты, паршивка!
Тяжелые шаги явно сильного человека настигали ее. Тереза задыхалась, силы иссякали… Еще немного, еще чуть-чуть… Но цепкая рука вдруг схватила ее за локоть.
- Отпусти меня! Не трогай!
- Ах ты ж шустрая какая! – рассмеялся разбойник. – Подружка твоя сговорчивей была!
- Отпусти!
Он перехватил ее, как тростиночку, оттащил к кустам и повалил на землю. Она до последнего пыталась вырваться, увернуться… Но как бороться с тем, кто в разы сильнее и больше?
- Ну не трогай ты меня! – взмолилась Тереза и разревелась: – Ну пожалуйста, не надо!
Как котенка прижали ее к земле, руки за спину завели; тяжелая туша наползала не нее, не оставляя возможности не то что бороться – даже шевелиться. Она сдалась и обмякла, отчаянные крики сменились жалобными всхлипами…
- Не делай этого… Отпусти меня… Ну пожалуйста! Ну не будь ты животным…
- А ну лежи смирно! – рявкнул разбойник над самым ухом.
Убедившись, что сопротивление сломлено, бандит принялся за добычу. Одной рукой он все так же крепко прижимал Терезу к земле, другой – искал край платья. Но вот цель нащупана. Он чуть приподнялся, задрал платье по самый пояс и стал пристраиваться, не обращая внимания ни на вырвавшийся истошный визг жертвы, ни на ее жалкие попытки спасти свою беззащитную девичью честь, такой свежестью и розовой нежностью елозящей под молодым самцом.
Тереза взвизгнула, и вдруг все резко прекратилось: исчезла куда-то тяжесть мужского тела, никто не держал больше ее руки… Но зато раздался поблизости уже знакомый и очень недовольный голос:
- Ну я ж сказал, уходи по-хорошему!
- Ренард… – всхлипнула Тереза, разглядев сквозь пелену слез своего спасителя.
Насмерть перепуганная, еще не верящая, что ее оставили в покое, она озиралась по сторонам и пятилась, пытаясь уползти как можно дальше, спрятаться, раствориться… Чуть поодаль валялись две обездвиженные черные тушки, совсем рядом шла борьба.
- Ренард, - пискнула она, осознав, что спутник ее жив, цел и, кажется, вполне способен постоять за себя. За них обоих.
Что же делать теперь? Бежать, воспользовавшись свободой? А он? Они ж убьют его! Убьют его и вернутся за ней… Как ему помочь? Чем она, хрупкая, перепуганная девчонка-тростиночка, может ему помочь? Тереза инстинктивно пятилась назад, ища из скверной ситуации один-единственный верный выход.