Расплата (СИ)

— Кристина, да.
— Анри…
Этьен сжал ладонь девушки, готовой опять расплакаться… А ведь кольцо ей впору — у Кристины такие же тонкие пальцы, как у его матери… Ну что же, это добрый знак. 
— Не отказывай. Ты нужна мне, Кристина.
— Анри, встань с колен, прошу тебя.
— Как только ты согласишься.
— Но я не могу стать тебе женой, — прохныкала девушка, с тоской глядя на зеленый камушек, сверкающий на пальце.
— Почему? Я тебе противен?
— Глупенький!
— Может, ты все еще боишься меня?
— Ты же знаешь — нет.
— Ты любишь другого мужчину?
— Анри, нет.
— В таком случае, мы утром уже все с тобой обсудили, и я не вижу причин для отказа. 
— Но они есть. И Милош говорил, что нам нельзя быть…
— Опять Милош? Дай угадаю, он сказал тебе, что наш брак невозможен? Я сказал тебе уже, забудь все, что он наговорил. Наш брак возможен. Пока еще возможен. И я не намерен эту возможность упускать. Ты моя, Кристина. Моя. И сегодня утром ты с этим согласилась.
  
Глава 26
 
Беда пришла, когда ее не ждали — ранним утром в середине осени. Кристина проснулась, оттого что ее аккуратно перекладывали на подушку, лишая тепла человеческого тела.
— Ты куда? Что случилось? — спросонья спросила она, чувствуя, как ее заботливо укрывают одеялом.
— Спи, моя хорошая, рано еще. Я дома, не пугайся, — Этьен легонько поцеловал невесту и стал натягивать штаны.
Бесполезно его расспрашивать о чем-то, и Кристина об этом знала. Сонным взглядом сквозь пушистые ресницы она наблюдала за сборами, даже не пытаясь угадать, что заставило его подскочить в такую рань: очередная тренировка или очередные гости с новостями из столицы; привыкла уже за пару месяцев и к вечным тайнам, и к долгим мужским посиделкам за закрытыми дверями каминного зала. Этьен ушел, оставив ей лишь быстрый легкий поцелуй, а вот Кристина уже заснуть не смогла — поворочалась немного, а потом и вовсе встала, обернулась покрывалом и вышла на балкон.
Осень в этих краях чуть прохладней лета. Первые лучи солнца пробрались сквозь предрассветную тьму, прогоняя ночь, и ласково коснулись личика улыбнувшейся девушки. Счастье. Покой. Любимый рядом, через две недели станет ей мужем. От одной только мысли о грядущем венчании душа возликовала — она самая счастливая невеста на свете! И пусть не будет никаких торжеств — венчание их тайное, о нем не знает даже Милош — Кристина счастлива. Кажется ей, что все беды позади, что впереди иная жизнь, в которой не найдется места пережитым кошмарам. 
Кристина долго ждала графа, но вот уж полдень наступил, а его все нет. В надежде самой отыскать Анри, девушка приоделась и спустилась вниз, но неожиданно дорогу ей преградили.
— Простите, Кристина, но Вы должны вернуться к себе, — учтиво склонившись перед девушкой, проговорил незнакомец, охранявший коридор к каминному залу.
Гости здесь не были редкостью, и Кристина догадывалась, что эти бесконечные визиты связаны с самим наследником Ренарда. Граф отмалчивался, Морис и его милейшая супруга Анна, с которой Кристине удалось подружиться, осторожно уводили подобные разговоры в сторону, но ей и не нужны подробности: она знает, наследник существует и совсем не бездействует — что может больше порадовать почти отчаявшуюся душу ренардистки? Пожалуй, только тот мужчина, что умудряется и ее оберегать, и наследнику помогать — она уверена, граф действует под его непосредственным началом, и гордость пробирает за Анри… Он не ренардист. Он гораздо больше, чем просто ренардист. 
И все-таки, несмотря на частые визиты, половина дома оцеплена впервые. 
— Что происходит? Кто Вы? — встрепенулась девушка, с опаской разглядывая незнакомца. 
— Не волнуйтесь, все в порядке, — заверил мужчина.
— Тогда пропустите меня.
— Не имею права. Извините. Кристина, возвращайтесь к себе. Господин Леронд сам расскажет Вам все, что сочтет нужным. 
Он говорил учтиво, прекрасно зная, кто стоит перед ним, и в то же время лаконично, давая твердо понять, что не намерен посвящать ее в суть происходящего. Так и не добившись от него никаких разъяснений, Кристина уже была готова действительно вернуться в спальню и дожидаться графа там, но в эту минуту в глубине коридоров послышались мужские голоса. 
 
Трое незнакомцев вышли первыми — они молча кивнули девушке и проследовали на выход. Граф, Милош и Морис появились чуть позже. Ей даже показалось, что мужчины ее не заметили — настолько серьезны и мрачны они были. Даже весельчак Морис.
Но Этьен заметил ее сразу, и разговоры мигом прекратились. 
— Свободен, — кивнул он стражнику, привлек к себе Кристину, а потом обернулся к своим друзьям, — Милош, готовь экипаж. Морис, иди к семье, через три часа жду тебя здесь.
— Ты хорошо все обдумал? — мрачно спросил Морис. — Может, все-таки я сам туда съезжу?
— Нет. Все, ребят, хватит, уже обсудили. Давайте не будем терять время. 
Он увел Кристину в спальню. Стоило им скрыться от посторонних глаз, как Кристина резко обернулась и тут же угодила в объятия. Вот только объятия эти нынче другие — в них нет страсти или хотя бы оттенка прелюдии, зато так хорошо чувствуется напряжение… Отрешенный, задумчивый, Этьен смотрел сквозь девушку и молча поглаживал ее спину. Казалось, он делает это машинально, и даже не замечает свою невесту… Кристина осторожно коснулась его груди — под ладонью гулко, в бешеном ритме бьется сердце.
— Анри, что случилось? — встревоженно спросила Кристина, так и не дождавшись ни слова. 
Жуткое предчувствие, страшное. Чувствуешь, что что-то происходит, но никак не можешь понять что именно. Милош позабыл о своей неприязни к ней, Морис больше не улыбается, а жених смотрит на нее и будто бы не видит.
— Анри!
— Мне нужно уехать, — наконец, проговорил он.
— Я поняла уже. Куда? Зачем? 
— В столицу, — Этьен громко вдохнул, а потом выпалил как на духу: — Филипп казнил моих людей. Пять лучших из лучших. 
Кристина опешила — таким она его еще не видела никогда. Отрешенный, злой, и, кажется, совсем обессилевший от мучительной боли, которую и высказать нельзя, и в себе держать невыносимо. Кристина молча сжала его ладонь — любые слова сейчас бессмысленны, и как бы ей ни хотелось разделить с ним эту боль, ничего не выйдет — утраты на двоих не делятся. 
— Мне нужно быть там. 
— Анри, нет, — замотала головой Кристина, — тебе же нельзя туда ехать…
— Надо, моя хорошая. Не волнуйся, это ненадолго, к алтарю успею.
— Там же Филипп. Он же ищет тебя… 
— Ничего страшного. Ищет, но не найдет. Кристина, все будет хорошо. Поступить иначе я не могу.
А ведь хорошо не будет — она чувствует это.
— Анри, миленький, не уезжай! — взмолилась девушка. — Филипп он… он… он чудовище, Анри!
— Я знаю. Но я в ответе за этих людей.
— Анри, мне очень жаль их, но их не вернуть уже, а ты рискуешь своей жизнью.
— Я туда не из-за мертвых, а из-за живых еду. Они тоже рискуют. Каждый день рискуют своими жизнями за призрачную надежду остановить Филиппа и вернуть прежнюю Риантию.
— Значит, это правда? Ты все-таки служишь наследнику Ренарда?
— А может, я и есть наследник? — с грустью в глазах улыбнулся Этьен.
— Вряд ли.
— Что, не похож?
— Не похож, — покачала головой Кристина. 
— Почему?
— Верю, что он неплохой человек, но он не стал бы возиться с такой, как я, а ты возишься. И уж точно он не захотел бы на мне жениться. Да и Вы, господин граф, слишком просты для пусть незаконнорожденного, но все-таки принца. Но ты имеешь к нему отношение — я давно уже это поняла.
Этьен коснулся губ девушки, веля замолчать.
— Тогда ты должна понимать, почему эта тема закрыта и обсуждению не подлежит. Чем меньше людей о нем знают, тем больше у него шансов уцелеть. 
— Я не хочу ничего о нем знать. Он существует — мне этого достаточно. Но речь сейчас не о нем. Я за тебя боюсь. Тебя ведь Филипп тоже убить хочет.