Иная война (СИ)

— Постой! Это что же выходит — американцы будут все страны Нового Света заставлять брать свои доллары в качестве денег для расчетов по покупке у них же самих товаров?
— Уже заставляют — у них ведь самые «дешевые» деньги, которые можно поменять на золото только в самой Америке, и не иметь возможности вывезти монеты из САСШ. Но можно купить на них сколько угодно товаров, но исключительно произведенных их заводами. Очень удобно, не правда ли — раздвигать, таким образом, пределы мира и захватывать новые рынки. И не нужны никакие колонии, если все земли мира могут стать от них экономически зависимыми, то есть фактическими колониями.
Фок закурил папиросу, выпустил через ноздри струйки дыма. Ему было над чем подумать в комфортабельном вагоне литерного поезда, благодаря которому тысячеверстный путь был проделан за девять суток, вместо двух недель, которые тратились на поездку скорым поездом 1-го класса от Дальнего до Санкт-Петербурга.
— Один американский банкир так и сказал — «дайте мне возможность печатать деньги, и мне плевать, какое правительство будет у власти». Заметь — те страны Нового Света, что уже попали в долларовую зависимость, сами американцы называют «банановыми республиками». И потому, что верхушка этих государств насквозь продажна, и разрешает за бесценок вывозить столь нужное для САСШ сырье. А теперь Вашингтон начинает требовать для торговли политики «открытых дверей» в Китае, но потом это желание будет претворено на всех колониях захваченных европейскими странами. Пока те не пускают американцев на свои рынки, держат силой рубежи.
— Так, а ведь действительно — именно американцам выгодно развязывание мировой войны, чтобы обескровит и обессилить Европу, а потом навязать победителям и проигравшим кабальные сделки, — негромко произнес Александр Михайлович и посмотрел на Фока. Тот только ухмыльнулся в ответ, и с ехидцей произнес:
— Если Британия вышла из войны с внешним долгом за миллиард фунтов, разве ее можно назвать победителем?! Везде только одни проигравшие, в долгах как в шелках, а победитель будет один, что провозгласит себя Соединенными Штатами Америки.
— Уже всей Америки — заявки у них амбициозные, — царь нахмурился, понимая, что Фок говорит ему правду — так было в его истории, а она сейчас имеет свойство повторяться.
— И что мы можем предпринять в ответ на этот «беспредел», как ты любишь говорить?!
— Только избежать мировой войны — если и не проиграем, то обескровимся капитально. Ведь Британия задействует все ресурсы не только собственной империи, но и всего мира, в первую очередь Нового света и Африки. А если поймет, что проигрывает войну, то предпочтет разделить господство на морях со своими бывшими колонистами, с которыми говорит на одном языке, чем с любой континентальной державой.
— Это понятно, дядя, всяких полезных ископаемых и у нас много, но их нужно разрабатывать и как-то вывозить на переработку. А это дело долгое и затратное, даже при энергичной помощи германцев.
— Потому война не нужна — армия и флот не для открытого нападения, а демонстрации серьезности намерений. Противоречия могут быть острейшими, но до войны не дойдет — если показать, что в ней для англичан не будет смысла, а лишь одни хлопоты с убытками. В Сити считать деньги умеют, и с возможными расходами быстро определятся. А вот покусывать их нужно постоянно, причем «чужими челюстями», чтобы постоянно держать в тонусе. И заставить нести убытки!
— Да вышибут они эти твои «челюсти»!
— Не беда — зубы вставные и будут легко подлежать замене. Народов много, которые недовольны «белыми сахибами» и «гринго», им нужно просто помогать. Периферийная война дело такое, легко антиколониальной становится. И опыт тут есть бесценный!
  
Глава 33
 
— Ты располагайся удобней, в Потсдаме ты как дома, дядя, — кайзер был сама любезность, встретил Фока не просто приветливо, по-домашнему, теперь они стали почти родственниками. Младший сын Вильгельма весь расцвел, когда увидел племянницу Елены, довольно привлекательную юную маньчжурку, бодро лопотавшую на немецком и русском языках. Ее Александр Викторович привез в Берлин на смотрины, и отдал на попечение будущей свекрови. Кайзер отнесся к невестке более чем благосклонно, чуть ли не облизал, как удав лягушку — не за каждой принцессой можно получить такое щедрое приданное. Это тебе не семейства многочисленных германских королей, курфюрстов и герцогов, пусть и владетельных, с хорошей родословной, но бедноватых, говоря откровенно.
 
— Как англичане, Вилли?
— Чопорно хамят, дядя, делают вид, что рвутся в драку!
— Они такие, их постоянно осаживать нужно — почувствуют слабину, мигом на шею залезут и командовать начнут.
— Я их уже огорошил, что русский император пока войну не объявлял, а лишь защищает единоверцев от резни, которую османы устроили. И требует достойной компенсации за убийство посла — ее Сандро определил сам. Это Галлиполи, и все восточное побережье от Дарданелл, по берегу Мраморного моря и дальше до Коджаэлийского перешейка. И, понятное дело, признание Британией возрожденной Византийской империи, и ее составных частей — Армянского царства, Понта, Ионии, как христианских земель веками томившихся под гнетом магометан, — кайзер усмехнулся, и продолжил:
— Ведь, по сути, их взяли под защиту, как сами британцы приняли под свое покровительство греков Кипра — Эдуарду Грею такая аналогия сильно не понравилась, скривился.
— Носом ткнули в собственное дерьмо, но он министр иностранных дел, и не такое должен нюхать!
Два монарха дружно рассмеялись, пример действительно был великолепный. После паузы Вильгельм продолжил излагать подробности «келейных» переговоров с Греем:
— Он сбавил тон, дядя, когда понял, что меня устраивает такое положение дел, тем более, когда моя дочь станет императрицей Византии. И обрадовался, хотя не показал вида, что Россия, кроме зоны проливов, которые арендует у Константинополя, ничего не получит. Правда, я ему не сказал, что та аренда станет фактически бессрочной, по воле на то российского самодержца, что может быть откажется от нее.
— Сообразил, что можно играть на противоречиях между составными частями «ромейской» империи — греки между собой передерутся, а тут еще болгары с армянами. А так как контроль России поверхностный и неполный, то можно за счет твоего влияния, Вилли, усилить позиции Британии, и вовлечь в это дело старого кайзера Франца-Иосифа. И не удивлюсь, если Грей не попросил тебя учесть позицию Англии, которая хочет оказать свое покровительство христианам Палестины и Леванта. Наверное, напоминал о 3-м крестовом походе короля Ричарда Львиное Сердце.
— Хм, ты удивительно точно привел его доводы. Можешь ли ты назвать требования, без выполнения которых какие-либо переговоры с Британией о признании Византии просто невозможны, как и итогов идущей сейчас войны, в которую Лондон может ввязаться всей своей морской силой?!
— Русские войска должны убраться с территории Малой Азии, оставив за собой лишь узкую полосу восточного побережья, где будет введен международный контроль четырех держав…
— Пяти, дядя, еще Италию предложил.
— Хрен ему в зубы! Грей настоящий дипломат — потребовал невозможного! Заранее выдвинул неприемлемые условия, чтобы потом в ходе торгов добиться желаемого. Что касается угроз, то Ройял Нэви связан — вход в Дарданеллы прикрыт минами, там возводят береговые батареи. И единственное что можно сделать — обстреливать греческие города по побережью.
— Опять верно отметил, дядя, но я ему сказал…
— Что данные действия вызовут у тебя крайне негативные эмоции, ибо ты надеешься, что на престол взойдет принц Константин, что женат на твоей сестре. И отношения между Германией и Англией будут серьезно омрачены самим фактом обстрела.
— Не сказал, но намекнул, — несколько смущенно ответил кайзер, настороженно взглянув на Фока. Но видя, что старик улыбается, рассмеялся:
— Ты все насквозь можешь видеть, дядя.