Черт побери! (ЛП)

– Всего лишь «не очень хорошо»? – показалось мне, что пробормотал Джим, когда мы прошли в коридор, но у меня были дела поважнее, чем прислушиваться к замечаниям своего демона.
Ваал уже ожидал нас в кабинете. Его глаза загорелись, когда он заметил чемоданчик, который я крепко держала двумя руками.
– Вижу, вы принесли Орудия. Великолепно. Что насчет жертвы?
Я прочистила горло. Я ужасно боялась этого момента, вопреки всему надеясь, что на меня снизойдет гениальный план, и я смогу обхитрить Ваала, сохранив при себе способности Стража. К сожалению, меня так и не озарило. Дрейк тоже не знал, что делать, а звонить Норе и вываливать на нее проблемы, виной которым стала моя глупость, мне не позволяла гордость.
«Тебе не обязательно это делать, ты же знаешь».
– Я готова… принести жертву.
Я вздернула подбородок и встретилась взглядом с Ваалом. Сердце обливалось слезами.
«Смысл устраивать такую драму, если все решается проще простого».
– Очень хорошо. Можешь приступать, – дозволил Ваал. Он откинулся на спинку кресла и сложил руки домиком, постукивая кончиками пальцев друг о друга.
Дядя Дэмиен кивнул мне и на секунду сжал мое плечо. Рене грустно смотрел на меня. Джим прильнул к моим ногам и потерся головой о колено.
«Давай все обсудим, прежде чем ты совершишь то, о чем потом будешь сожалеть».
Я поставила чемоданчик на стол рядом с Ваалом и открыла его.
– По условиям нашего соглашения я передаю вам три предмета известные как Орудия Ваала: Anima di Lucifer, Occio di Lucifer и Voce di Lucifer.
«Если оставишь их себе, сможешь одолеть Ваала и подчинить весь Абаддон. Только представь, какие перед тобой откроются возможности!»
– Кровь, око и голос Люцифера, – довольно произнес Ваал. Он протянул руку и коснулся золотого акваманила в форме дракона. – Как же приятно получить их обратно.
«Ты поступаешь глупо, Эшлинг Грей. Очень глупо».
Я глубоко вздохнула и напомнила себе, что я сильная, уверенная в себе женщина, пусть вот-вот и откажусь от важной стороны своей жизни.
«Не принимай поспешных решений. Есть много других способов...»
– В соответствии со вторым условием нашего соглашения настоящим я добровольно отказываюсь от своей силы Стража. С этой минуты я больше не Страж.
«Слава, богатство, счастье – со мной ты можешь получить все».
Мой голос на мгновение дрогнул, но я сумела ни сорваться, ни заплакать, произнося слова отречения. Я цеплялась за этот факт, а также мысль, что скоро навсегда избавлюсь от темной силы.
«Ты никогда от меня не избавишься! Я часть тебя. Ничто этого не изменит».
– Ну вот, и совсем не больно, правда ведь? – сардонически вопросил Ваал.
– Не надо злорадствовать, – мрачно проговорил дядя Дэмиен. – Эшлинг сделала то, что вы просили. Теперь выполните свою часть сделки.
Ваал даже не посмотрел на него. Он небрежно взял лист пергамента и расписался под пятью другими подписями.
«Ты еще услышишь обо мне! Я не...»
Когда Ваал поднял ручку, голос в моей голове внезапно оборвался.
– Готово, – сказал он, пододвигая ко мне пергамент. На нем было шесть подписей – самая большая, выведенная, конечно же, кровью, принадлежала Ваалу. – Прискорбно, но отныне ты не князь Абаддона. Ты изгнана, Эшлинг Грей. Можешь быть свободна, сейчас мне предстоит непростая задача найти тебе замену.
Я находилась словно в прострации, не в силах до конца поверить, что все взаправду. Так я и стояла, не двигаясь, пока дядя не взял меня за руку и не вывел из комнаты. И лишь идя по коридору к выходу, я наконец осознала, что добилась-таки своего – это обошлось мне баснословно дорого, но оно того стоило. Теперь я не князь Абаддона! Темная сила никогда больше не сможет меня искушать.
Я напряглась в ожидании, что она скажет что-нибудь язвительное, но в голове было тихо.
– Ты как? – спросил дядя Дэмиен, подталкивая меня к машине.
– Похоже, она прислушивается к себе, – предположил Джим, запрыгнув на заднее сидение. – Ну и? Темная сила пропала?
 
– Да, – ответила я. Меня наполняла странная эйфория, хотя чувство глубокой печали так никуда и не делось. – Вот только… вам не кажется, что все закончилось слишком просто? Как будто… как будто, так и планировалось с самого начала?
– Наталкивает на кое-какие мысли, а? – сказал Джим, когда я села в машину.
– Да. И они мне не нравятся.
– О чем ты? – заинтересовался Рене, отъезжая от особняка.
– Этот чертов Ваал постоянно водил меня за нос. Уверена, он знал, что я передала Орудия Дрейку, и вполне мог намеренно сделать меня князем, чтобы однажды обменять мою свободу на Орудия.
Рене выглядел задумчивым. Дядя Дэмиен пробормотал, что после драки кулаками не машут, но что мне еще оставалось?
Я посмотрела на пергамент в своей руке.
– Что дальше? Передадим это в Обитель?
– Oui. Однако твоего дядю и Джима туда не пропустят. Смертным редко разрешают войти, а про демонов и говорить нечего. Сама понимаешь, им там не рады.
– Лицемеры, – проворчал Джим, наступая на кнопку открытия окна и высовываясь наружу.
– Ясно. Что думаешь, дядя Дэмиен?
– Дрейк предупреждал об этом, но сказал, что там тебе ничего не грозит. Я почитаю газету, пока ты занимаешься своими делами.
– Спасибо. Итак, где райские врата? – спросила я у Рене.
– В Обитель ведет множество путей, – отозвался он, резко крутанув руль, чтобы не задавить группу бегунов. – Ближайший находится в Лондоне. В мужском туалете в Гайд-парке.
– Шутишь? – Я испытующе посмотрела на него, пытаясь понять, не разыгрывает ли он меня.
– Ни в коем случае. Это не очень хороший туалет, но отлично служит своей цели.
Два часа спустя я стояла в ветхом деревянном домике, наполовину скрытом деревьями, в малолюдной части Гайд-парка.
– Почему вход здесь? – поморщилась я, идя за Рене к последней кабинке. Стены были выкрашены в светло-зеленый цвет, словно покрытые плесенью, а в воздухе витал запах дешевого средства для чистки унитазов и гниющих листьев. – Сюда же постоянно кто-то заходит.
– Смотри сама, – распахнул он дверцу кабинки. Прямо в центре ее сверкнул магический символ.
– Она зачарована! Тогда ясно. Мне надо просто шагнуть туда?
– Да. Я пойду за тобой.
Преодолеть маскировочные чары не составило труда, хотя на мгновение все как будто закружилось, а в следующую секунду я уже оказалась на мощеной улице какого-то средневекового городка, в котором имелись кофейные автоматы, магазины с яркой одеждой и люди, разъезжающие по булыжной мостовой на мотороллерах.
– Это рай? – спросила я, рассматривая здания с высокими шпилями, черепичные крыши и фахверковые дома.
– Божественная Обитель. Это не одно и то же. – Рене указал на стоящее в стороне величественное мраморное здание. – Библиотека. Там мы найдем альмосунатрия.
– Хорошо. Это что, Макдональдс? – удивилась я, когда дверь одного из домов открылась, и оттуда вышла женщина с двумя коричневыми бумажными пакетами. – Фастфуд в раю? Серьезно?
– Ш-ш-ш. У каждого свои слабости. Нужный нам офис находится на первом этаже, вон там, видишь?
Похоже, альмосунатрий довольно востребован, потому что сначала нам пришлось записаться на стойке регистрации, а потом высидеть очередь из десяти человек.
– К чему мне готовиться? – спросила шепотом у Рене. – Через что мне предстоит пройти, чтобы с меня, наконец, сняли отлучение? Надеюсь, они не потребуют какую-нибудь жертву? Даже не знаю, что еще я могла бы им отдать – если только Дрейка, но об этом не может быть и речи.
– Пф. Ты слишком беспокоишься. Альмосунатрий скажет тебе, что надо сделать, чтобы избавиться от отлучения.
Его слова меня не обнадежили.
– Исходя из моего жизненного опыта, это будет моя почка. Или душа, – мрачно пробормотала я.
Рене даже не слушал меня, читая последние голливудские сплетни в глянцевом журнале.