Новый сотрудник береговой лаборатории (СИ)

- Да, мы сейчас как раз в одной из таких пещер, - подтвердила я и наличие подобных проходов.
«- На наши радары попали достаточно странный вой из этих переходов. Возможно, это была погрешность устройств. Будьте на чеку», - посоветовал нам господин Рэнэ.
«- Возьмите с собой водный моноприемник и вышлите нам свои координаты. Когда мы закончим с главными проходам, то отправимся к вам», - сказала и госпожа Рэнэ, прежде чем мы прервали связь.
Соблюдая технику безопасности и выполнив все необходимые процедуры, мы с Миндартисом кивнули друг другу и спрыгнули с каяка. У каждого из нас были подводные кристаллы записи, которые были прикреплены к нашим костюмам для того, чтобы записывать все подводные путешествия. Также мы взяли с собой контейнеры для проб, куда уж нам без них?
Чтобы не потеряться в воде, пусть и немного освещенной ракушками, мы старались держаться не только рядом, но и за руки. Мы могли бы наладить мысленную связь, чтобы общаться и переговариваться под водой, но оказалось, что никто из нас не был хорошим менталистом. Поэтому решили даже не пробовать и не рисковать – не хотелось бы случайно повредить чужое сознание или увидеть сокровенные моменты жизни. В конце концов, язык жестов никто не отменял.
Освещая фонарями путь, мы медленно и плавно погружались на глубину, чтобы избежать перепадов давления и температур. Погружение - не то дело, в котором нужно спешить.
Вода с каждой минутой становилась холоднее, а течение усиливалось. Чем ниже мы опускались, тем больше вокруг становилась мерцающих раковин. По моим приблизительным наблюдениям мы погрузились уже более чем на двадцать метров, а дна так и не наблюдалось. Так как проход так или иначе был не слишком широк, то в какой-то момент мы заметили темную расщелину в стене. Ракушек рядом с ней не было.
Недолго раздумывая, я потянула Миндартиса именно к ней. Мы постарались осветить расщелину, но все равно не получалось что-либо рассмотреть. Миндартис покачал рукой, намекая, что здесь явно что-то не так. Оно и понятно было – гладкая пещера без каких-либо выступов и неровностей, а тут расщелина. Такое может сбить с толку, но глупо было бы не исследовать это место.
Путем жестов и переглядываний, Миндартис вызвался поплыть первым. Я не стала его останавливать. Подобные расщелины – прекрасное убежище для глубоководных обитателей, которые недолюбливают свет. На всякий случай я наложила на нас с Миндартисом щит. Не всякая зверушка будет доброжелательно настроена. Особенно, если ей нагло посветят в глаз яркими фонариками.
Однако вопреки моим ожиданиям в расщелине никого не оказалось. Возможно, это была обычная, никуда не ведущая трещина и мы лишь зря потратили время. Но мне хотелось верить, что даже если мы могли что-то упустить и не заметить, то наши кристаллы записи это зафиксировали. Лишь Миндартис продолжал нагнетать атмосферу тем, что у него нехорошее предчувствие.
Исследовав глубины прохода с черепахой и наконец достигнув дна, мы опять-таки ничего не обнаружили. Впрочем, было слишком наивно надеяться на сверхнеобыкновенные открытия в первый день исследований. Я была сторонницей того, что у каждого творения природы есть душа. И у этих пещер есть не только она, но и хранители. Навряд ли бы кто-то захотел открывать тайны того места, которое должен оберегать. Скорее наоборот. Я была готова к поворотам и проказам духов пещер. Возможно, я верила в это из-за того, что в своей практике уже сталкивалась с подобными явлениями не один раз.
Исследовать здесь было нечего, а потому мы стали неторопливо выплывать на поверхность, чтобы встретиться с семьей Рэнэ, обсудить новости, поесть и немного передохнуть. Когда мы поднялись на поверхность, то пребывали Миндартисом в небольшом смятении – нигде не было и намека на ракушки или фиолетовый свет. Словно их никогда не было здесь. Если бы не каяк, который неизменно стоял на месте, то мы бы подумали, что выплыли в другом проходе.
- Эти пещеры такие странные, - пробормотал Миндартис, когда мы забрались в каяк и стали выплывать из туннеля.
 
- Из-за этого работать намного интереснее. Было бы скучно, если бы нам не пришлось прилагать усилия для того, чтобы выяснить что-то, - оптимистично сказала я, ловко орудуя веслом. – Мы провели в этих переходах около семи часов, если не больше. Нам стоит немного передохнуть и исследовать другие развилки.
- Когда вернемся на главную подводную лодку? – уточнил Миндартис, прекрасно запомнив дорогу к нашей субмарине.
- Вернемся, когда закончатся контейнеры для проб, - усмехнулась я. – Я думаю, что еще два таких заплыва и нам потребуется полноценный сон.
- Согласен, - поддакнул Миндартис и пробормотал, - утомительно, что приходится тратить время на обратную дорогу.
В какой-то степени Минд был прав, так как путь назад без каких-либо остановок занял у нас около полутора часов. По пути мы столкнулись с семьей Рэнэ, которая также взяла каяк и отправилась на наши поиски. Так как наша субмарина была ближе, то мы все переместились внутрь и достали хранившиеся в лодках консервы. В том, чтобы есть креветок в томатном соусе из железных банок, находясь на достаточно большой глубине посреди скал, было особое очарование.
Пока мы ели, то отсматривали кристаллы записи с нашего погружения. Так как особо важных событий не было, мы немного ускорили запись.
- Постойте! Остановите на предыдущей минуте, - воскликнула госпожа Рэнэ, которая пристально смотрела на экран, так и не притронувшись к креветкам.
- Ты что-то заметила? – нахмурился ее супруг, а Миндартис послушно отмотал время записи назад и объяснил происходящие события:
- Мы с Итари решили осмотреть расщелину, но в конце был тупик и никаких признаков жизни. Мы подумали, что это всего лишь трещина. Возможно, она была вызвана недавними землетрясениями, которые произошли неделю назад в этой местности.
- Вы ничего не заметили? – госпожа Рэнэ подвинулась ближе и указала нам на угол экрана, жестом руки приостанавливая запись с кристалла. – Это! Что это? – она с непониманием взглянула вначале на меня, а потом и на Миндартиса.
Я отложила креветки в сторону, задумавшись. На экране было изображено два светящихся глаза нежно-зеленого света. Они появились всего на секунду, а затем исчезли в темноте. Я не могла объяснить это какой-то погрешностью, поскольку свет наших фонарей рассеивается и не отражается от каких-либо зеркальных плоскостей.
- Эта запись была сделана с костюма Минда. Я плыла позади, возможно, что-то могло попасть и на мой кристалл? – предложила я коллегам взглянуть на другой источник наблюдения. Я не понимала, как в абсолютно темной пещере мы могли не заметить чье-то свечения? Или же данный свет проявился только на кристалле?
- Итари, может быть, тебе стоило просканировать пещеру другим потоком магии? – нахмурился Миндартис, а я немного не поняла, что он имеет в виду, из-за чего эльф пояснил. – Ты же говорила, что твоя бабушка была некроманткой? Какова вероятность того, что на кристалл попал призрак? Готов поклясться своим родом, что в этой расщелине никого не было.
- Существует множество вероятностей. Это мог быть и призрак, игра света, особая порода камней, духи, те же светящиеся ракушки и много другое, - сложила я руки на груди и философски подметила. – Не стоит делать преждевременных выводов.
- Поддерживаю, вас, госпожа Ангрэ. Лучшим решением будет отправиться туда вновь и все осмотреть, - поддержал меня господин Рэнэ, но не мог и не прокомментировать идею Миндартиса. – Господин Норген, ваша версия очень правдоподобна, но мы не можем выносить решения на основе нашего внутреннего чутья и предположений.
- Вы абсолютно правы, - улыбнулся Миндартис, ни капельки не расстроившись.
- Может быть, нам стоит отпариваться туда всем вместе? – уточнила госпожа Рэнэ, на которую записи с кристаллов произвели особое впечатление.
- Не думаю. Только потеряем время, - я была категорична и не намерена терять драгоценное время нашей экспедиции. - Я считаю, что нам стоит продолжить изучать туннели по первоначальному плану. Я хотела бы установить в проходе с ракушками несколько кристаллов, чтобы присмотреть за их поведением.