Новый сотрудник береговой лаборатории (СИ)
Подводные обитательницы раздумывали и сомневались, кружа вокруг меня, постепенно то сужая, то увеличивая круг. Ничего не вышло, будь это просто медузы, но так как они были чем-то схожи с Глапуроном, то мне приходилось терпеливо ждать их ответа. Тогда, когда воздух в легких начал заканчиваться, я почувствовала небольшой прилив энергии. Не все медузы откликнулись на мой просьбу, но я была рада, что мои нити сил и тесно связанные с природой эльфийские корни смогли убедить хоть и некоторых поделиться со мной магией.
Нырнув на дно, я подобрала кислородную маску и волной магии выразила медузкам свою признательность. Полученная энергия отличалась от привычной и должна была сработать в столь аномальном месте. Я, стараясь расходовать столь ценную магию экономно, отправила магический сигнал со своими приблизительными координатами с небольшим сообщением. Я предупреждала коллег, если они все же получал весточку, что я попробую найти выход через другой зал. После этого я вновь направилась к каменному потолку. Без комбинезона я действительно чувствовала себя намного свободнее. Теперь медузы понимали мои мотивы и не стали препятствовать тому, чтобы я воспользовалась их проходом. Любое неверное действие могло вызвать обвал, так как в каменном зале все держалось на добром слове и святых духах, а потому я очень аккуратно попробовала магией расширить расщелины, по кусочкам ломая камни. Мне хватило трех камней, чтобы я кое-как да пролезла в зал над нами. Медузки терпеливо ждали в сторонке и не мешали, лишь иногда неодобрительно пуская пузыри, когда их задевали падающие обломки. Пришлось вновь извиниться перед ними за предоставленные неудобства.
Втянув живот настолько сильно, как только могла, я пролезла в потолочную скважину. Поцарапалась, конечно, но это мелочи. Как только я смогла оглядеться, то была поражена от того, что увидела и счастлива от того, что взяла с собой монофот.
Это был каменный зал с более высокими и ажурными колоннами. Правда, он, в отличие от предыдущего, не был разрушен. Вокруг было много рыбы, моллюсков и медуз, которые сновали по своим делам. От них всех излучалась приятная магия, подобная той, что со мной поделились жительницы предыдущего зала. Но главным было не это. В центре лежала гигантская мурена, которая обвивала собой какое-то каменное сооружение. Она то и дело грозно рычала. Эхо отражалось от каменных стен и было слегка громковатым. Вокруг нее плавали рыбы смешанных оттенков: фиолетового, желтого и зеленого. Это был вид, который мы назвали Глапурон. Они были повсюду и создавалось ощущение, что они старались угодить этой мурене. Какие-то особи подтаскивали ей водоросли, другие накладывали побольше камней на строение в центре. Мою персону пока что не заметили, и я старалась не привлекать к себе особого внимания, чтобы не нарушить процесс работы. Я, конечно, очень люблю мурен, но я не уверена, что я точно также понравлюсь этой милашке, которая занимает четверть всего помещения. Теперь вопрос, кому принадлежали ходы в тех туннелях, что мы исследовали, плавно отпадал. Не хотелось бы встретить змейку на своем пути во время исследования.
Я старалась передвигаться медленно вдоль стен, чтобы не привлекать к себе внимания. Я хотела найти выход или то, что может быть походить на него, но этот зал ничем не отличался от предыдущего. Однако в какой-то момент ко мне подплыл Глапурон, обплыл меня один раз и задумчиво посмотрел, словно интересуясь тем, что я здесь делаю. Так как вид был разумен, то я потоками магии постаралась передать свои эмоции, рассказать об исследовательской экспедиции и том, как оказалась здесь. Рыба немного насторожилась и куда-то отплыла. Через несколько минут вокруг меня кружили уже три более крупных рыбы, примерно такого же размера, что жил в нашем научном центре.
Рыбы, которые сейчас, по-видимому, определяли мою судьбу, были в явном смятении. Им было нужно как можно скорее принять какое-то решение на мой счет, потому что мурена недовольно рычала и ее недовольство продолжало нарастать. Мысль о том, что меня могут пустить на обед или хорошую закуску, также посещала меня, но я старалась мыслить в позитивном ключе настолько, насколько мне позволяла ситуация.
В конце концов, мои опасение подтвердились и рыбы подтолкнули меня к мурене, которая почти заснула от всеобщей суеты. Глапурон подплыл к ней и нагло стукнул ее хвостом по лицу, пытаясь ее взбодрить. Подобное ей, кончено, не понравилось и она вновь грозно зарычала, оглушая своим ревом.
Когда она успокоилась, то вид что-то объяснил ей беззвучными движениями рта. За этим было очень интересно наблюдать и я старалась не пропустить ни одной детали. Сейчас я нахожусь в том месте, где мог бы родиться ни один десяток научных статей и исследовательских работ.
Мурена ненадолго задумалась, сладко зевнув и продемонстрировав свои зубки-иголочки, которые были немного загнуты назад. Она осмотрела меня оценивающим и пронизывающим взглядом. Фиолетовые глаза с нежно-бирюзовыми прожилками были большими и очень красивыми, а ее угольная кожа с лиловыми крапинками переливалась на свету. Спинной плавник, который тянулся вдоль всего тела, был белым и весьма выделялся на фоне общей цветовой гаммы. На ее фоне я была лишь букашечкой или мелким планктоном, который и за еду-то не годился. Мурена вновь зевнула и обвила меня в кольцо, немного сжав. Так как вся ее кожа была покрыта слизью, то мне стало немного неприятно от подобного прикосновения к открытым участкам тела.
Мурена, продолжая крепко держать меня, подплыла к одной из стен зала и, порывшись в зарослях водорослей, который там росли, достала какой-то обломок большого камня. Крепко взяв челюстями обломок, она бросила его в стены зала, от чего камень раскололся, а в стене, куда он попал, появилась воронка с ярким белым светом. Воронка была точно такой же, через какую мы с Миндом попали сюда.
Мурена что-то прорычала мне и отпустив, подтолкнула меня к воронке, давая понять, что мне пора уходить отсюда. Я была приятно поражена тем, с чем столкнулась, а потому вновь послала обитателям зала свою благодарность и, не заставляя всех ждать, направилась к воронке, которая засосала меня.
Когда я открыла глаза, то поняла, что нахожусь в том самом туннеле, где мы с Миндом оставили каяк. Однако теперь ни в одной из стен не было решетки с ярким светом. Каяк все еще был на поверхности, а потому я немедленно всплыла со дна.
- Миндартис! – радостно воскликнула я, увидев, что горделивый сидит в каяке и набирает в сумку контейнеры для проб.
- Что случилось? – немного напрягся Минд и широко раскрыл глаза. – Где твоя одежда? Ты так сильно головой об камни ударилась? Замерзла же совсем, - недовольно шикнул на меня Миндартис, помогая забраться в каяк. – Что случилось за те пять минут, пока меня не было?
- Пять минут? – переспросила я, понимая, что Минд явно ничем не обеспокоен и, кажется, даже не понимает, что с нами только что приключилось. – Ты не искал меня? – решила уточнить я напоследок.
- Я ушел чтобы убрать капсулы и взять новые контейнеры, а ты осталась в каменном зале. С чего бы мне искать тебя? Я только вынырнул на поверхность, - хмурясь не меньше меня, рассказал эльф свою версию событий.
Я сделала глубокий вдох уже совсем иначе оглядывая тот туннель, в котором мы оказались. Минд принял решение закончить исследование на сегодня и отправиться на субмарину, чтобы согреть меня и обработать мои некоторые порезы и ушибы. Пока Миндартис активно работал веслами я рассказывала ему о том, что произошло и о том времени, которое я провела в каменных залах. Чем больше Миндартис меня слушал, тем больше его лицо вытягивалось. Пока мы плыли к субмарине, Миндартис вызвал семью Рэнэ, прося их приплыть к нам.
На субмарине мне дали теплый плед и кружку горячего чая. Я не чувствовала себя настолько уж замерзшей, но дрожь по телу говорила сама за себя и была не согласна со мной. Миндартис не говорил мне ничего, давая до прибытия госпожи и господина Рэнэ отдохнуть. Минд лишь подметил, что я умница, раз мне удалось выбраться оттуда целой и невредимой. Исследования сейчас интересовали Миндартиса в самую последнюю очередь.