Новый сотрудник береговой лаборатории (СИ)

- Чуть меньше, - не согласился с предположением Миндартис. – Я посмотрю, когда я пришел в нашей центр и назову тебе точную дату. А что? Влюбленные парочки отмечают месяц с момента знакомства, а что отметим мы?
- Мы ничего не будет отмечать, - тут же запротестовала я. – Просто так спросила.
- Просто так ничего не бывает, - нравоучительно изрек горделивый. – Тогда я сам назначу какое-нибудь событие или мероприятие на день нашей первой встречи. У нас накопилось множество воспоминаний и моментов, которые можно вспомнить.
- Например, первую встречу и экскурсию, - подсказала я Минду, улыбаясь. Сейчас все те препирательства вызывали только приятные воспоминания.
- Тебе смешно? Знаешь, как я испугался, увидев тогда ту крысу на мусорке? – тут же встрепенулся Минд. – Ты не представляешь, на что я был готов, когда узнал, что это иллюзия, о которой ты «забыла» мне сказать, - тут же напал на меня эльф, ухватившись за ту ситуацию.
- Не понимаю, о чем ты, - рассмеялась я, сделав вид, что понятия не имею ни о какой иллюзорной крыске. – Спасибо за чай, - вновь поблагодарила я Минда, уже почти допивая напиток. – Знаешь, Минд я не думала, что мы с тобой так хорошо сработаемся.
- Я уже давно подметил, что в работе мы идеально совместимы. Подумай о том, чтобы написать со мной парочку статей, - подмигнул Минд, вновь присаживаясь рядом.
- Если быть честной, то я не очень люблю работать в команде, - уклонилась я от предложения.
- Правда? Если ты передумаешь, то мое предложение всегда в силе, - предупредил меня эльф, а я согласно кивнула. Может быть, когда-нибудь я этим воспользуюсь?
После приятного разговора и чаепития я предприняла очередную попытку уснуть. На сей раз у меня это получилось. Проснулась я около полудня, хотя рассчитывала поспать как минимум часов до трех или четырех дня. Но оно было и к лучшему.
Миндартиса в соседней каюте не было, а потому я сразу же отправилась в главную лабораторию, чтобы присоединиться к исследованиям. Кончено, у нас есть отдельная команда, которая сортирует образцы и работает с ними, но кто откажется от помощи?
Миндартис и семья Рэнэ уже были там. Я поздоровался с коллегами и с группой лабораторных исследователей в белых халатах, с эмблемами нашего центра. Все они были преимущественно из отдела Миндартиса, но я увидела парочку хорошо знакомых и мне лиц. Приятно было видеть коллег по отделу.
Работа в лаборатории шла полным ходом и было несколько сотрудников с других лодок, которые привезли сюда уже изученные образцы и сейчас сновали без дела, собирая различные сплетни. Выгнав тех, у кого не было весомой причины находиться в лаборатории, принялись за исследования. Лучше всего работа продвигается в тишине или же при неторопливой беседе, но уж точно не тогда, когда вокруг снуют любопытные сардины.
Миндартис уже успел провести анализ воды из каждого туннеля. В некоторых состав немного различался, имея незначительные примеси солей. Также в воде некоторых переходов чувствовались следы магии, которые оставляли обитатели. Так мы понимали, какие туннели были абсолютно безжизненными, а какие имели с большой вероятностью скрытые «воронки».
Господин Рэнэ еще вчера связался со своим хорошим знакомым-археологом и отослал ему некоторые из снимков. В том числе и копию черепахи, что весела над одним из входов. Пожилой эльф, который был специалистом в области быта и культуры древних цивилизаций, почти сразу откликнулся на просьбу друга и уже сегодня выслал нам собственное заключение. По его оценке, за стопроцентную достоверность которой он не мог ручаться, раньше подобные пещеры использовали мореплаватели в качестве складов и мест остановок для судов. Это объясняло нахождение каких-либо ящиков и древесины там, однако у меня возникал вопрос о надобности колонн в этих залах. Меня вообще в какой-то момент посетила мысль, что обитатели пещер могли сами себе сделать ремонт и построить все необходимое сооружение. Пришлось спустить себя с небес на землю: то, что вид Глапурон разумен и может перетаскивать камни, еще не значит, что они могут заниматься профессиональным строительством. Археолог, помимо всего прочего, добавил, что в древности было бы достаточно проблематично построить что-либо под водой, особенно такие залы, а потому есть вероятность того, что конструкция оказалась под водой уже после постройки. С этим я была согласна.
 
У нас, конечно, было много и своих версий того, как же так вышло и почему рыбки теперь хозяйничают в этих залах, но наша работа заключалась далеко не в этом. Анализ медузок и других обитателей пещеры – вот, что было по-настоящему важным. Медуза, сидя в капсуле, не проявляла каких-либо эмоций и терпеливо ждала своей очереди. Мы должны были провести стандартную процедуру осмотра – взвесить ее, сделать записи о внешнем облике, взять немного ДНК для анализа, который бы позволил определить наиближайшее совпадение с каким-либо видом или же родом. Такая процедура упрощала всю дальнейшую работу, поскольку мы уже могли опираться на какие-то изученные факты и данные.
Медуза в какой-то степени содействовала нашим исследованиям, а потому, когда речь зашла о ДНК, а мы даже не придумали как безопаснее для медузы это сделать, она откинула один свой из щупальцев и подтолкнула его в нашу сторону. Это было поразительно и в дневнике сразу же была сделана еще одна пометка, связанная с конечностями медузы. Обычные виды, насколько мне известно, на такие «пожертвования» не были способны.
Осторожно поместив щупальце в ячейку для анализатора, я запустила систему, вливая в него свои потоки магии, которые успели восстановиться после сна. Мне предстояло провести весьма кропотливую работу: система отсеивала неподходящие рода других известных науке животных, но там, где различия были минимальны анализатор уже не справлялся без посторонней помощи. Мне предстояло сравнивать ДНК полученной медузы с частицами других животных, занесенных в базу. Это чем-то напоминало мне игру, в которой из двух картинок нужно было найти десять отличий. Механизм работы был в чем-то схож. Спустя полтора часа моей кропотливой работы у анализатора, у меня было итоговое заключение. Вид медуз имеет очень близкое родство с одним нам уже известным и весьма ядовитым видом Шэлэс. Они обитают на больших глубинах и их случайное прикосновение может убить даже крупных рыб. У таких медуз определённо нет конкурентов или же врагов. Наш вид, как показал токсикологический анализ, тоже имел примесь ядов того же состава, но в других пропорциях и концентрациях. Было бы хорошо иметь кого-то, на ком было бы можно проверить действие от щупалец медуз. Подобным мы, конечно, никогда не занимались, и наука опиралась на несчастные случаи, но сегодня в качестве очевидицы была я и мое тело. Уже будучи в подводной лодке и принимая душ, я обнаружила на теле тоненькие полосы ожогов. Может и не специально, но мы с медузкамми все-таки встретились и соприкоснулись. Полосы лишь немного чесались, но для случного прикосновения это было естественно. Положив меня на исследовательский стол, коллеги сделали несколько снимков ожогов на ногах и спине.
- Если бы ты не сняла защитный костюм, то ничего бы этого не случилось, - подметил Миндартис, так же рассматривая меня и мое тело. – Знаешь, Итари, я и раньше это подозревал, но теперь тебе точно не стать «Госпожой Долин». Ты же знаешь, что на конкурс красоты не берут девушек со шрамами?
- Господин Норген, имейте совесть, - шикнула на него госпожа Рэнэ и уверила меня. – Не волнуйтесь, Итарильдэ, хорошее лечение и от ожогов и порезов и следа не останется. Ни одного шрамика не будет, - с нажимом повторила она, неодобрительно взглянув на Миндартиса, который весьма неудачно пошутил.
- Даже если останется, то мне спину не видно, - улыбнулась я, чтобы как-то подбодрить госпожу Рэнэ. У меня создавалось впечатление, что она переживает за меня и мое здоровье больше, чем я сама.
- Согласен, - поддакнул господин Рэнэ. – Она немного поцарапалась и получила пару ожогов. С кем не бывает? Зачем устраивать трагедию из-за сущего пустяка? И ни на какой конкурс красоты мы, господин Норген, госпожу Ангрэ не пустим. Умные и талантливые женщины не должны ходить по всяким сомнительным мероприятиям, - изрек мужчина, подавая мне отчет его исследования. – Те обломки древесины, что вы нашли, принадлежат тропическому дереву. Луан, если это вам о чем-то говорит. Остров с подобными деревьями расположен примерно в пятидесяти километрах отсюда.