Донна Роза (СИ)

- Он ведь мог и промолчать, Роза, - устало заметил супруг, стоило мне замолчать. - Ты рисковала прежде всего собой.
- Везение? Пусть так, - закивала я, - я знала, на что иду; ради тебя, любимый, я готова на всё.
- Так и на всё? - хмуро спросил Дар, но в его тёмных омутах я видела весёлые искорки.
- Да, - твёрдо кивнула я.
- Ты же знаешь, что я никогда не попрошу тебя о чём-то, что будет угрожать твоей безопасности?
- Знаю, - вздохнула и, скинув грязные тряпицы в таз, передала их женщине, Элен понимающе кивнула и тихо вышло из комнаты. - Поэтому теперь, если ты надумал продолжать поиски золота, с тобой отправится дюжина проверенных охранников. И пусть они делают тяжёлую работу вместо тебя.
- Золото одурманивает, дорогая, это такая проверка на стойкость духа, которую не каждый сможет выдержать, поэтому на прииске работаем только мы с Густавом.
Я не нашлась что ответить, он был кругом прав.
- Вэнни и Вальтер давно доказали нам свою преданность, - сделала ещё одну попытку.
- Обещаю подумать над этим, любовь моя, - я прилегла рядом с мужем, обняла его торс и поцеловала в загорелую шею, туда, где едва заметно пульсировала жилка.
Вальтер присутствовал на допросах Арладно. Откладывать на неопределённое время не стали по моей настоятельной просьбе и мешочка с монетами, второй довод, естественно, перевесил. И капитан Пертини лично занялся процессом. Некоторое время Валенти молчал, лишь исподлобья злобно глядел на стражников. Даже удары под дых и по внутренним органам не простимулировали желание купца раскрыть все свои тёмные тайны.
- Он заявил, что если скажет стражникам хоть слово, его убьют, - делился с нами наш телохранитель. - Затем капитан вызвал пыточных дел мастера.
На этой фразе у меня ёкнуло сердце, но я быстро задавила жалость - этот тип недостоин даже капли сочувствия.
- И тогда Валенти запел, - Вальтер едва заметно презрительно сощурился: - После первой же щепки под ноготь он рассказал нам всё. Человек, которому он подчинялся... - мужчина выдержал театральную паузу, всё же итальянцы любили добавлять в свою жизнь красочность, веселье или драматизм.
- Не томи, милок, - ахнула Элен, прижав пухлые ладони к румяным ланитам, а Никола согласно крякнул, требовательно глядя на рассказчика.
- Синьор Болонсе, поверенный, - объявил Вальтер, и мы дружно шокированно ахнули.
Казалось бы, сухонький мужичок с приятной внешностью, аккуратной причёской и подслеповатым прищуром, сразу же располагавший к себе, не мог быть тем, кем его нарёк Валенти. На секунду даже мелькнула мысль, что торговец солгал, стараясь оклеветать порядочного человека, но потом заговорил Дарио и всё встало на места.
- Знаете, - супруг поджал губы, словно его только что осенило, - а ведь всё сходится: Болонсе единственный человек из сторонних, кто знал, какой участок в горах мы купили, был в курсе всех наших семейных дел. Впрочем, он, как единственный поверенный в Специи ведал обо всех понемногу. И как кукловод проворачивал свои тёмные делишки чужими руками, при этом всегда оставаясь в тени. Надеюсь, капитан Пертини отправил отряд стражников и перехватил подлеца?
- Да, - кивнул телохранитель. - Его поймали на выезде из Специи, поверенный очень спешил покинуть наш солнечный, благословенный городок. Его даже пытать не пришлось: узрев подвешенного к потолку, истекающего кровью, Валенти, Болонсе тут же во всём сознался. В общем, верховодил всем дон Марсело Ломбарди, человек всеми уважаемый, второй после нашего градоправителя дона Бертолдо Висконти, подкормил многих бандитов, нашедших приют в Специи, отдыхавших тут, и выполнявших грязную работу, которую им назначали сверху. Как выяснилось, дон Ломбарди давно метил на место дона Висконти и готовился совершить захват власти. Но мы успели: вскрыли гнойник вовремя. Работы у стражников прибавилось порядочно. А дон Бертолдо благодарен вам за спасение его семьи. Насколько знаю, он готовит в вашу честь бал.
Рассказ был закончен, дискуссия по поводу услышанного тоже, и народ наконец-то покинул нашу опочивальню, оставив нас с мужем вдвоём.
 
Я сидела, неподвижно замерев, и сверлила немигающим взором тёмный угол комнаты.
Ночь мягко опустилась на землю, окутывая в своё бархатное одеяло всё вокруг: поля, леса, города и море...
Мы молчали, каждый из нас переваривал новости, но в итоге я заговорила первой:
- Знаешь, меня не перестаёт удивлять человеческая жадность и зависть к чужому успеху. Отчего бы не порадоваться за ближнего, у которого что-то получилось? Нет, нужно испоганить, забрать или принизить чьи-то заслуги.
- Это сложный вопрос, милая, - вздохнул муж и позвал: - Иди сюда, не стоит тебе переживать из-за этих мерзавцев.
- Скольких людей они погубили, - уложив голову на широкое плечо Дарио, выдохнула я. - Представляешь, какие дела творились под покровом ночи. Страшно всё это. И не думаю, что в другом месте будет безопаснее.
- Поэтому нам нужно быть осторожными и беречь нашу маленькую семью.
Я загадочно улыбнулась: намедни Евгений подтвердил мои догадки, и я решила, что, скорее всего, сейчас именно тот самый момент, чтобы рассказать Дару свою маленькую, но такю захватывающую тайну, величиной больше, чем Вселенная.
Приподнявшись, заглянула в ониксовые, такие любимые глаза.
- Почему ты так на меня смотришь? - подозрительно прищурился муж, - есть что-то, чего я не знаю?
- Да, - выдохнула и негромко добавила: - Ты будешь просто замечательным, самым лучшим отцом в мире...
Сначала на его лице отразилось непонимание, затем потрясение, плавно перетёкшее в ошеломление и в полный восторг!
- Роза! Милая моя, ты хочешь сказать?! - то ли прокричал, то ли просипел он, приподнимаясь на локте.
- Я беременна, муж мой! - кивнула и счастливо рассмеялась, а Дарио, притянув меня к себе, крепко поцеловал, лишая воздуха и делясь своим дыханием.
***
Интерлюдия
Его Величество Адальберт был в прекрасном расположении духа: его жена, великолепная Елена, разрешилась от бремени и на свет появился наследный принц Виктор.
Король, держа сына на руках, впервые понял, что такое истинное счастье. Адальберт не был дураком или ведомым, иначе быть ему давным-давно свергнутым, но он славился вспыльчивостью, принимал многие важные решения под давлением чувств, в том числе и гнева. И, глядя в тёмные глаза наследника, вдруг понял, что поступил неправильно.
- Позови ко мне советника, - приказал он своему слуге и, передав ребёнка дородной кормилице, широким шагом покинул опочивальню королевы.
Войдя в тронный зал, подошёл к трону и замер, глядя на символ своей власти.
- Ваше Величество, - следом за ним в зале совершенно бесшумно появился Госто. Мужчина низко поклонился и замер в подобострастной позе, не смея шелохнуться.
- Поднимись, - бросил король, - что там с Дарио Росселлини?
- Всё сделано, как вы приказали.
Адальберт молчал довольно долго, глава тайных дел королевства терпеливо ждал.
- Он мой единокровный брат, взращённый доном Луиджи Росселлини, - Его Величество говорил словно сам с собой, рассуждая о чём-то сокровенном. - Я пообещал отцу перед тем, как он отдал Единому душу, что позабочусь о младшем брате. Но вышло у меня что-то не очень. И наказать его за дерзость хотелось, и уберечь от опасностей.
- Мой повелитель, вы собираетесь всё ему рассказать?
- Нет. Зачем? По закону бастарды не могут претендовать на трон. Пусть остаётся в неведении, но именно Дарио в случае чего станет опекуном моего сына. Все бумаги на сей счёт давно готовы.
Советник хотел задать уточняющий вопрос, но резко вскинутая рука повелителя заставила его замолчать.
- Готовь указ: вернуть все арестованные земли истинному хозяину, прирасти к ним ещё северные виноградники, в благодарность за отвагу и доблесть, проявленную на войне.
- Будет сделано, Ваше Величество, - Госто снова низко поклонился и исчез, также тихо растворившись в тени за троном.