Донна Роза (СИ)
- Какой дом тебе понравился больше всего?
- У Валенси прекрасный особняк с цветущим фруктовым садом, даже прудик есть, думаю, такой купят за приличную цену и очень быстро, - ответил мужчина, садясь напротив меня в гостиной.
Ни для кого не было секретом, что мы хотим выставить все дома, неожиданно нам доставшиеся, на продажу.
Пока Густав говорил, я придвинула к себе пергамент, вписала адрес дома и молча протянула его собеседнику.
- Что это? - удивился он, беря документ в руки. Бывший подчинённый моего мужа, читал медленно, но, всё же, умел это делать. И с каждой прочитанной строчкой его брови поднимались всё выше и выше, - но я не могу...
- Всё ты можешь, - улыбнулась я, мягко перебивая Густава, - в благодарность за спасение Дарио, знаю, ты и без того бы помог, но, тем не менее, мы с мужем уже всё решили. Особняк твой.
Растерянность, написанная на лице Густава, сменилась благодарностью.
Но на этом приятные сюрпризы не закончились: во дворе послышался лай Викинга и голос Николы. Затем скрип ворот и через некоторое время в гостиную, следуя за Элен, шагнул мужчина.
- Папа! - воскликнула я, подскакивая и замирая на месте от радости.
- Доченька! Как же я рад тебя видеть в добром здравии! - на мрачном лице Жакоба проступило вселенское облегчение, он шагнул ко мне, распахивая руки, и я буквально полетела в его объятия.
Глава 50
Приезд отца стал приятным сюрпризом для нас всех.
Мы разговаривали очень долго, обмениваясь новостями.
И вишенкой на торте для меня и Дарио стало известие о возвращение нам всех прав на родовое поместье Росселлини. Лицо мужа даже немного вытянулось от искреннего изумления. Папа вручил ему свёрнутый в тугой рулон королевский указ и сказал:
- Вот здесь всё написано, как заверили меня поверенные.
Дар благодарно кивнул и, взломав сургучную печать, принялся читать. Мы молчали, медленно потягивая прохладный ягодный взвар и глядя в окно на заходящее солнце.
- Интересно-о, - отложив документ на кровать, задумчиво протянул супруг. - Нам не только вернули земли, но и долг списали, никаких доводов, кроме, "за заслуги перед королевством во время войны". Но даже не это самое забавное, - криво усмехнулся Дар, - северные виноградники, раньше принадлежавшие короне, где трудились и продолжают работать королевские крестьяне, теперь тоже наши... Вместе с деревеньками и людьми там проживающими.
Новость меня ошеломила, Дарио пододвинул пергамент ко мне, молча предлагая ознакомиться с содержанием, и я не стала отказываться. Прочитав написанное, задумчиво прикусила губу.
Уезжать из Специи не хотелось: я успела прикипеть к этому краю душой, я обожала море, тут у меня появились друзья... Дар, словно прочитав мои мысли, потянулся ко мне и понятливо сжал мои пальцы.
- Дорогая, всё будет хорошо.
- Я, пожалуй пойду, прогуляюсь, - вежливо сказал отец, прекрасно поняв, что нам нужно побыть наедине и обсудить важные вопросы.
Оставшись одни, мы неотрывно смотрели друг другу в глаза, каждый при этом думая о своём.
- Ты хочешь вернуться?..
- Хочешь остаться?..
Одновременно заговорили и тут же рассмеялись.
- Ты первая, - кивнул Дар, продолжая улыбаться.
- Я бы хотела остаться, мне нравится здесь. И Эугенио Бьянчи тоже тут, а без него рожать я боюсь.
- Ты, кстати, так и не поведала о нём? Что это за штуковины он использует во время лечения?
Пришла пора рассказать моему мужу часть правды. Дарио заслужил хотя бы немного ясности в отношении моей истинной личности.
- Когда я упала с коня, - начала я, перед этим глубоко вздохнув, - в моей голове что-то поменялось, - я не собиралась говорить, что прибыла из другого мира, искажение правды во спасение, - многие знания, которые сейчас здесь, - постучала пальцем по виску, - пришли из ниоткуда, вытеснив память о моём прошлом. Я Роза, дочь Жакоба, родилась в Витэлье, и всё, более ничего. Только знания о том, как красить ткани, как создать иную бумагу, а не пергамент, о том, какие вещества лучше смешать, чтобы получить что-то третье. И многое-многое другое. Первое время я думала: сойду с ума, слишком много информации. Но с каждым днём мне становилось всё лучше, я начала чувствовать себя просто прекрасно, знания потихоньку упорядочивались,под их натиском моё "я" стало меняться, и в итоге я стала тем, кем и являюсь сейчас.
- То же самое произошло и с лекарем? - нисколько не изумившись моему рассказу, деловито уточнил Дар.
- Да, он теперь знает, как врачевать, - выдохнула я и тут же, не сдержавшись, осведомилась: - а почему ты не удивлён?
- Догадывался, поскольку за столь короткий срок человек не способен так кардинально перемениться. Теперь я понимаю, почему ты после падения стала тихой и задумчивой. Всё встало на свои места, чему я невероятно рад. Одна надежда, что твоё прошлое, взбалмошное "я" не вернётся вновь, - рассмеялся он.
- Я думаю, что не вернётся.
- Значит, пока ты не родишь, мы никуда не поедем, - вынес решение Дар, продолжая счастливо улыбаться, - наш малыш непременно должен выжить, - и нежно погладил мой пока ещё плоский живот. - Назначу управляющего поместьем и дополнительными виноградниками, думаю, твой отец посоветует надёжного человека, которому можно доверять. А сами поживём здесь. Нам необходимо отыскать золото, а ежели его нет, продать участки и закрыть эту тему. Предложу Густаву разводить породистых скакунов, есть у меня пара мыслей на сей счёт.
Помолчали.
- И долг верну. Королевский. Мне подачки не нужны, - ониксовые очи сверкнули затаённой обидой на королевское самодурство. - От дополнительной земли отречься не получится. Адальберт может взъяриться, и нам мало не покажется. Настроение у Его Величества похлеще непредсказуемости непогоды. А мне нужно беречь свою семью, никого дороже вас нет и быть не может, пусть гнев короля минует нас. А вот долг выплачу в казну, как и налог за землю в полном объёме.
Решение мужа мне понравилось: он мыслил правильно и, полагаю, что Адальберт поймёт намёк, думаю, даже станет больше уважать род Росселлини. За принципиальность.
На следующий день показала отцу свои окрашенные ткани, он был, мягко говоря, в шоке! Я видела, как с каждым развёрнутым рулоном, в его глазах зрели определённые мысли и последовавший за экскурсией разговор, только подтвердил мои догадки:
- Всё это - чистое золото, за морем... да что уж там! - махнул он рукой, - здесь, в Витэлье, у тебя отбоя не будет от желающих купить хотя бы один отрез! Роза, откуда ты узнала рецепты? Это просто невероятно! - прошептал он, поглаживай мягкий бархат, глубокого винного цвета. - Никогда не видел ничего подобного, словно мир раскрасили в новые тона!
- Ты преувеличиваешь, - весело фыркнула я, - посмотри вокруг: небо, алые розы, белые ромашки, зелёные деревья и изумрудная трава, чёрно-коричневая земля, оранжевые абрикосы, лазурное море! Мы живём среди великого цветового разнообразия и просто привыкли к нему и перестали замечать великолепие природы.
- Да, - задумчиво оглядывая мой сад, согласился Жакоб, - ты права. Но вот что я хотел сказать: нужно наладить торговлю, увеличить объёмы, нанять толковых работников, построить мастерскую, - он перечислял, с каждым словом всё больше воодушевляясь новой идеей и перспективами.
А я молчала, всё, что говорил отец, было давно мною обдумано: и строительство заводика на территории так удачно отошедшего нам загородного поместья жулика-поверенного, и увеличение оборотов с наймом сотрудников, вот только теперь придётся всё переиначить, но, главное, чтобы король всё не отобрал. Но если Адальберту вдруг нечто подобное втемяшится в голову, то он нас, где угодно достанет - королевство его, он здесь хозяин. А ещё нам нужно будет позаботиться, чтобы все процессы окрашивания были разделены, и никто из будущих сотрудников не мог понять, каким образом происходить "волшебство".