Арабы Аравии. Очерки по истории, этнографии и культуре
Племена, занимавшиеся рыбной ловлей, выходили в море на надувных кожаных лодках; потом стали сооружать из стволов пальмовых деревьев легкие парусники шуши. Встречаясь в море с торговыми судами, обменивали рыбу (особым спросом пользовались у купцов акульи плавники) на чай, рис и муку (26).
Лучший в году сезон рыбной ловли в бассейне Персидского залива — с сентября по март. В это время бесчисленные стаи рыб «бегут» через Ормузский пролив из холодных вод Индийского океана в теплые воды Залива. Рыбы в нем становится тогда, вспоминал С. Цвемер, видимо-невидимо.
В некоторых шейхствах Юго-Восточной Аравии, в Рас-эль-Хайме, к примеру, побережье и финиковые рощи находятся на небольшом расстоянии друг от друга. Поэтому жители сельских районов Рас-эль-Хаймы традиционно совмещают рыболовство с выращиванием фиников и разведением домашнего скота. Прибрежная полоса Объединенных Арабских Эмиратов, включающих в себя и Рас-эль-Хайму, составляет 540 км. Многие островки у побережья эмирата Абу-Даби (ОАЭ) испокон веков заселены рыбаками из племен румайсат и кубайсат, входящих в крупный межплеменной союз бану йас.
Разрешения на рыбный промысел в прежние времена выдавали правители эмиратов. За их получение рыболовецкие артели обязаны были расплачиваться с ними одной пятой своего улова (27). Использовали два типа парусников: небольшие по размеру шуши (о них упоминалось выше) — для прибрежного лова; и более крупные ’амла (с экипажем не менее 40 чел.) — для «рыбной охоты» в открытом море.
Гостю в шатре бедуина вместе с верблюжьим молоком и сегодня обязательно предложат свежеиспеченную лепешку и кувшин с животным маслом. Так вот, масло, которое из-за жары в Аравии моментально таит, и поныне едят в кочевых племенах не так, как принято у горожан, у которых есть холодильники: не намазывают на хлеб, а пьют из кувшина. Разжеванный во рту кусок лепешки с маслом, проглотив, запивают молоком.
В этой книге уже говорилось о том, что в прошлом в племенах Аравии широко употребляли в пищу саранчу. Питательную ценность саранчи составляло высокое содержание в ней белка (46 %) и жира (4,5 %), а также наличие многих важных минеральных веществ: кальция, фосфора и других. Согласно хадисам, Пророк Мухаммад сказал однажды, что «тот, кто не ел саранчи, тот не из моего народа» (28).
Бедуины называли саранчу «креветками пустыни». Вареную саранчу ели с хлебом и с маслом. Сушеную — толкли, добавляли в нее молоко, муку, масло и соль, и делали из всего этого, по ироничному замечанию путешественников-европейцев, «аравийскую питательную массу».
Арабы Аравии подразделяли саранчу на четыре вида (по цвету и размеру): большую и маленькую, серую и желтую. Вожака «саранчовой стаи» величали «султаном». От других насекомых он отличался тем, что имел совершенно другую окраску тела; «носил», по выражению бедуинов, «султанский кафтан» светло-синего цвета, «расшитый» зелеными, белыми и красными полосами (29).
Заметив удивленно-вопросительный взгляд иностранца, наблюдавшего за сценой поглощения арабом саранчи в пустыне, бедуин- проводник говорил: «Когда еды мало, как в песках Аравии, то любая еда — вкусная».
Впечатлениями о том, как он в 1902 г. «лакомился» саранчой на одном из кувейтских рынков поделился в своих увлекательных заметках «По берегам Персидского залива» профессор Московского университета Н. В. Богоявленский. Заметив палатку, где торговали сушеной рыбой и сушеной саранчой, пишет он, «мне захотелось попробовать этого библейского кушанья. На один шай (персидская монета, равная приблизительно 1 коп.) торговец отвесил мне чуть ли не четверть меры. Я спросил, как ее едят. Араб с охотой взял одну саранчу, оторвал ей голову, крылья, лапки, а остальное с наслаждением съел. Я сделал то же самое. На вкус саранча оказалась довольно приятной, солено острой…» (29*).
По этикету аравийцев руки после еды надлежит споласкивать. В прошлом в этих целях гостей в жилищах арабов обносили чашей с водой. После рыбы, к примеру, подавали воду с дольками лимона (30). Принимать пищу стоя считалось и считается в Аравии неприличным. «Еда в пустыне, где ее не хватает, — всегда желанная», говорят бедуины; и требует к себе должного отношения — подчеркнуто внимательного и уважительного, а значит — и должного церемониала. Поэтому и сегодня аравийца, стоя жующего сандвич во время официального приема, едва ли увидишь. В лучшем случае в руке он будет держать стакан с прохладительным напитком.
Большое внимание при приеме гостей арабы уделяют наличию специй на столах; их там — масса. «Специи — помощницы трапезы, — гласит поговорка аравийцев; — и лучшая из них — соль».
В прежние времена еду в семьях готовили из расчета на день. Муку мололи ежедневно, по утрам; лепешки подавали только свежие. Масло взбивали тоже каждый божий день, после утренней дойки верблюдиц. Пищу в одной и той же семье мужчины и женщины принимали раздельно. Вначале — мужчины, потом — женщины; остатки доедали рабы.
Неизгладимое впечатление на любого иностранца, попадающего в Аравию и становящегося участником охоты, производит «ужин в пустыне». Трапезничают на открытом воздухе, «под луной», в «компании со звездой-султаншей» (наджм салтана), как ее называют бедуины. Рассевшись вокруг костра, моют руки. При этом один из слуг, обслуживающих гостей, держит кувшин с водой; другой — таз и мыло; и третий — полотенце. По завершении туалета читают фатиху, то есть первую суру Корана, содержащую краткое изложение основных догматов ислама. И только потом приступают к еде. Если вечеря проходит под патронажем шейха, на территории племени которого и при его участии велась охота, то на разостланный у костра ковер выставляют блюд двадцать, не меньше. Едят руками. Пьют охлажденную воду и свежее верблюжье молоко. На десерт предлагают фрукты и традиционные аравийские сладости: халву и финики. Напоследок угощают кофе с шишей (кальяном).
Алкоголь не подают. Хотя хмельные напитки у мусульман строго- настрого запрещены, сообщал в одном из своих номеров за 1815 г. популярный среди российской интеллигенции журнал «Вестник Европы», «арабы имеют к нему страстную охоту, и пьют скрытно, по вечерам, у себя дома… На границах Аравии, где живут христиане, еще можно найти вино и водку; но вот в самой Аравии достать их никак нельзя, кроме как у жидов санских, которые делают сих напитков большое количество и доброты отменной; и снабжают ими своих соотечественников». Приобрести хмельные напитки в Йемене можно было также в Мохе и в Адене, куда их завозили, порой, из Индии, на английских судах, наведывавшихся в эти порты за кофе и другими товарами (31).
Запрет на вино, введенный исламом, «охраняет, — по выражению мусульман, — разум человека и покой его ближних». Вместе с тем, надо сказать, что жители Аравии — древнейшие виноградари и виноделы. Известно, что в доисламской Мекке питейные заведения имелись повсюду. Распознать их можно было по реявшим над ними красным штандартам. Об этом упоминает в своих стихах сам ’Антара, легендарный поэт и воин Древней Аравии. Вино, восклицал он, «растворяет врата сердца» и «придает крылья коню речи». «Воспеватель вина», поэт Абу Мухджан (ум. 637), наказанный за употребление вина самим халифом ’Умаром, от «напитка радости» так и не отказался, и завещал похоронить себя под «виноградной лозой». Первым человеком среди арабов-язычников, поклявшимся не употреблять вино, был, по свидетельству Ибн Кутайбы (828–889), выдающегося исламского богослова, известного толкователя Корана и знатока хадисов, некто Валид ибн ал-Мугира, имя которого тотчас же «сделалось меж ними нарицательным».
Главный и основной прохладительный напиток жителя Аравии — вода. «Для аравийца, томимого жаждой, охлажденная вода столь же приятна, как и хорошие новости», — заявляют бедуины. Для того чтобы охладить воду, ее в прошлом наливали в специальные глиняные горшки и выставляли в окнах домов, на верхних этажах, с подветренной стороны; или же подвешивали на веревках к крышам, опять-таки с подветренной стороны.