Арабы Аравии. Очерки по истории, этнографии и культуре

Если арабы отступали, то верблюдов своих, как бы ни складывалась ситуация, никогда не бросали. Если противник неожиданно подступал к становищу, то сдерживали его натиск до тех пор, пока семьи с домашним скотом не удалялись на безопасное расстояние.
Во времена джахилийи (язычества) все без исключения договоры в Аравии — между людьми, семьями, родами и племенами — скрепляли кровью. В Древней Мекке, например, это происходило следующим образом. Договаривавшиеся стороны наполняли своей кровью «клятвенную чашу», опускали в нее руки и, попробовав кровь на язык, обменивались рукопожатием. В других землях Аравии договоры объявляли вступавшими в силу окроплением кровью семи камней, у которых вели переговоры. Впоследствии стали использовать в этих целях кровь животных (28).
Договоры в Аравии нужно читать, кстати, очень внимательно. Двойных пониманий текста тех или иных статей и нечетких формулировок не допускать, ни в коем случае. Приобретая, к примеру, дом с участком земли, обязательно указывать в договоре, что вместе с землей в собственность нового владельца переходит и все то, что находится на этой земле (сад, допустим, или колодец) и в ее недрах, включая «сокровища природы», то есть природные ископаемые. В противном случае недоразумений, неприятностей, судебных исков и финансовых издержек, поверьте на слово, не избежать.
Особенности быта. Традиции повседневной жизни арабов Аравии. Рассказывают, что Пророк Мухаммад не выносил наружного великолепия, этого, по Его словам, «предмета тщеславия ограниченных умов»; притом ни в каком из «обличий», ни в костюме человека, ни в убранстве жилища. По воспоминаниям сподвижников (мухаджиров) и приверженцев (ансаров) Посланника Аллаха, был Он человеком дюжим, мускулистым, роста среднего, сложения плотного; обладал «необыкновенной силой» и голосом звучным и приятным. Нос имел орлиный, глаза — темные. Волосы Пророка, черные и волнистые, ниспадали на плечи. Бороду Мухаммад носил длинную и густую. (29).
Заботился о чистоте телесной, уделял этому вопросу должное внимание. Умащивал себя благовониями; окуривал ими бороду и волосы. При молитвах зажигал мирру в курильницах. Мирра, говорили в те времена в Аравии, цитируя строки известных поэтов, — это «аромат Рая» и «острые стрелы женщин, мужчин наповал разящие». Греки, кстати, также как древние вавилоняне и аравийцы, возжигали мирру в храмах, принося благоуханные дымы в жертву богам. Добавляли ее и в напитки, полагая, что настойки на мирре «возбуждают аппетит и любострастие».
Из других благовоний, весьма востребованных у арабов Аравии и широко использовавшихся ими в повседневной жизни, следовало бы назвать ладан и кассию. На основе всех этих благовоний изготавливали в старину чудные аравийские ароматы, мужские и женские, в том числе миск. Мужчины, отправляясь на пятничные молитвы в мечети, или в гости к друзьям и соседям, душили им бороды. Один килограмм ладана стоил, к сведению, столько же, сколько 30 кг. муки, лучшего, заметим, сорта. Поэтому ароматы, то есть духи, считались у аравитян подарком дорогим и желанным.
Большое место в повседневной жизни араба Аравии прошлого занимала военная подготовка: обучение приемам рукопашного боя и мастерству владения мечом и кинжалом. Мало кто знает сегодня, что одним из самых крепких и сильных мусульман своего времени был Пророк Мухаммад. Согласно преданиям, на раннем этапе пророческой деятельности Мухаммада, во время развернутых курайшитами жестких гонений на мусульман в Мекке, неверующему дяде Пророка, Руккану ибн ’Абд Йазиду, пришла в голову мысль, что если он вызовет Мухаммада на рукопашный поединок, то сможет прилюдно унизить, а значит — и серьезно навредить делу Мухаммада. Надо сказать, что Руккан слыл в Мекке борцом искусным. Одержать верх над ним не удавалось никому. Поэтому-то он и решил, что способ нанесения удара по престижу Мухаммада избран им верный. Откажется ли Мухаммад от поединка, выйдет ли на него, полагал Руккан, для Мухаммада все закончится одним и тем же — унижением и позором. Однако произошло то, чего не ожидал никто: Мухаммад вызов Руккана принял, и в последовавшем затем единоборстве трижды швырнул противника на землю, и одержал победу. Руккан же слова, данного им перед поединком, что в случае победы Мухаммада он признает Его Пророком, не сдержал, и сделался посмешищем в глазах мекканцев (30).
 
 Обязательный элемент одежды бедуина прошлого — оружие. Владел им кочевник в совершенстве. Объяснением тому — объективная реальность времени, обязывавшая жителя пустыни всегда быть готовым к защите своего жилища, стада и колодца от налетов враждебных племен, с одной стороны, и к совершению ответных набегов на них — с другой. 
По словам российских дипломатов, работавших в Джидде в конце XIX столетия, многие из ружей, что «украшали тогда бедуинов», представляли собой «музейные экспонаты»; мушкеты, к примеру, с фитильными замками времен Бонапарта. Известный уже читателю американский миссионер С. Цвемер вспоминал, что только у одного из 20 йеменцев, с которыми он передвигался в караване из Таиза в Сану (1891), имелось самострельное ружье, у всех остальных — фитильные (31).
Приклад ружья и рукоятка кинжала джамбийи у «бедуина- щеголя», отмечал в своих заметках «Жизнь в пустыне» полковник Луи дю Куре, посещавший земли Южной Аравии в 1844–1845 гг., были обязательно инкрустированы слоновой костью и кораллами, а ножны расшиты серебряными нитками (32). Вооружение воина, отправлявшегося в набег или выдвигавшегося на войну, составляли: стальной шлем с наушниками, кольчуга, три боевых дротика, копье, кинжал, два пистолета и ружье.
С особым почтением аравийцы относились к оружию Пророка, а также к мечам, которыми Посланник Аллаха награждал своих выдающихся последователей и полководцев за доблесть и отвагу в битвах за веру. В сражении при Бадре (624 г.), ставшем поворотным пунктом в борьбе мусульман против курайшитов, Пророку в числе военной добычи достался меч, известный в истории ислама под именем Зу-л-Факар. С мечом этим, рассказывала Фатима, дочь Пророка, ее отец не расставался до самой смерти. Когда умер, то меч перешел к ’Али ибн Абу Талибу, зятю Посланника Аллаха.
С учетом роли и места ’Али в истории ислама представляется уместным упомянуть здесь, хотя бы в нескольких словах, и о нем самом, и о Фатиме. Современники описывают ’Али как мужчину крепко сложенного, среднего роста и «замечательной силы», на красивом лице которого, окаймленном густой бородой, «закрывавшей грудь от плеча до плеча», постоянно «светилась улыбка». Он отличался веселым нравом, острым умом и «рвением в вере». Стал халифом (656 г.) в 57 лет. Правил Халифатом с 656 по 661 годы. Имел 8 жен, 9 сыновей, 15 дочерей и еще 3-х приемных сыновей. Будучи раненым при входе в Куфийскую мечеть, через два дня скончался (23 января 661 г.). Смертельный удар ’Али нанес один из хариджитов, приверженцев самой ранней в исламе религиозно-политической партии, образовавшейся в Халифате в ходе борьбы за власть между сторонниками ’Али и Му’авиййи (33).
Фатима, дочь Пророка Мухаммада, вышла замуж за 22-летнего ’Али, когда ей шел 16-й год. Девушка отличалась яркой красотой и умом. Арабские историки отзывались о ней как об одной из «четырех совершенных женщин, которыми Аллах осчастливил землю». Приданое невесты состояло из двух юбок, одного головного убора, двух серебряных браслетов, чаши для питья, ручной мельницы, двух кувшинов для воды и горшка для масла. ’А’иша, одна из жен Пророка, утверждала, что Фатима, как никто другой из детей Мухаммада, походила на своего отца «добротой сердца и мягкостью характера». Пророк относился к ней с нежностью и вниманием. Когда Фатима входила в комнату к отцу, то Мухаммад обыкновенно вставал, шел к ней навстречу, брал ее за руку, целовал и усаживал на свое место (34).
Возвращаясь к рассказу об оружии арабов Аравии, следует сказать, что бедуины Аравии, слывшие искусными стрелками из лука, предпочтение отдавали арабскому луку, и никакому другому. Предания гласят, что и Посланник Аллаха, также, к слову, как и великий Исма’ил, прародитель племен Северной Аравии, пользовался в бою только арабским луком и арабскими стрелами; персидские лук и стрелы не признавал (35).