Навсегда твоя (СИ)

Нужно ответить. Успокоить его.
Опускаюсь на лавку, мимо которой шла. Слава звонит уже в третий раз. И его забота, как нож в сердце. Вижу его фото, и грудь вновь сдавливает боль. Его беспокойство несёт в себе совсем не тот характер, который я бы хотела и одновременно с этим, мне нравится думать, что сейчас он не находит себе места.
Я не успеваю ничего сказать, когда отвечаю на очередной вызов.
– Где ты? – рычит друг в трубку.
– Слав, беспокоится не о чём, правда.
– Это он? Он тебя обидел? Что этот козлина сделал?!
– Антон…
Антон не виноват в моём состоянии. Вот что мне полагается сказать. Но, наверное, я эгоистка и ужасный человек в целом, потому что говорю другое. То, что сейчас на душе:
– Он не любит меня… Он… я… я ему не нужна…
– Ясь, спокойно. Я приеду, слышишь? Я сейчас приеду. Только скажи куда.
Не скидывая вызов, я отнимаю телефон от уха и высылаю Славе свою геолокацию. Всё по той же причине – я эгоистка. Пусть будет рядом хоть как-то. Он нужен мне.
– Хор-рошо, я тебя… жду.
– Держись, Ясь.
К моменту, когда не далеко от парка тормозит машина такси, я более-менее прихожу в себя. Сознание царапает стыд, но я слабовольно гоню его от себя. Пусть лучше так, со мной, чем там, с другими.
Обеспокоенный взгляд Славы режет ножом по нервам, но я душу рыдания в зародыше, прерывисто вздохнув. Ему хватает этого, чтобы сорваться на бег и поднять меня с лавки, чтобы крепко обнять.
– Эй, я здесь, – шепчет он успокаивающе. – Знаешь сколько ещё таких Антонов будет в твоей жизни? До хрена, Ясь. Не стоит он твоих слёз. Идёт он к чёрту.
Хочется заорать в голос и кричать до хрипоты. Чтобы болело не в груди. Чтобы болело не этой удушающей болью.
– Согласна, – выдыхаю я, сдерживая слёзы. – Прости, что вырвала тебя с вечеринки.
– Шутишь? Ты меня спасла от скуки.
– Ну да, сейчас со мной тебе будет гораздо веселей, – пытаюсь я улыбнуться, высвободившись из его рук.
Мы садимся на лавку, Слава сражу же обнимает меня, прижимается щекой к моей шапке.
Раньше такие касания ощущались так естественно, а теперь приносят боль…
– Он мне сразу не понравился, – заявляет друг. – Вот как только увидел его, так и подумал: подлец! Не пара моей Яське, не пара. Нам придурки не нужны. И ты? Когда ты начала так серьёзно относится ко всяким придуркам, а, подруга?
– Недавно, – с грустью улыбаюсь я. – Просто… Понимаешь, как-то всё разом навалилось. Вот я и сорвалась, наверное.
– А что ещё случилось, Ясь? – заглядывает он мне в глаза.
Наверное, я могу смотреть в его глаза бесконечно долго… Какие они у него живые. Красивые. В них свет, его ум, душа…
Заставляю себя отвернуться и говорю тихо:
– У нас с мамой забирают дом. Мне придётся найти работу и сделать всё возможное, чтобы перевестись на бюджет, иначе я потеряю место в институте, потому что платить нечем. Мама не справляется, Слав. Я боюсь, что её ждёт судьба твоей мамы. Прости меня за это, пожалуйста.
– Не извиняйся. Я, конечно, зол на тебя за то, что молчала, но, обещаю, всё будет хорошо. Я буду помогать, Ясь. Я не брошу вас. Я всегда рядом, поняла?
Я киваю и утыкаюсь лбом ему в грудь. Всё равно больно, потому что я знаю наверняка, что быть всегда рядом он не сможет.
  
Глава 5
 
Апрель, 2016 год… 
– Туфли на высоком каблуке… Их придумал тот, кто за что-то мстил женщинам, верно? – преодолев спуск по лестнице, интересуюсь я у родителей.
– Глупости, милая, – отмахивается мама, глядя на меня восторженным взглядом. – Боже, Мить, она выросла у нас невероятной красавицей, правда?
– Чистая, – подмигнув мне, кивает папа и открывает входные двери. – Я даже начинаю переживать, что Слава её не узнает и не пустит нас к себе на праздник. Но хорошо, что мы лично знакомы с его родителями, да? А значит, без куска торта не останемся.
– Если до него дойдёт, – хмыкаю я, проходя мимо папы.
– Верно, моя козочка, верно, – смеётся он.
Мой папа считает, что у него отменное чувство юмора, мы с мамой его не переубеждаем, потому что любим.
 
Совсем скоро мы дружно перешагиваем порог дома Славы – мой и его папы дружат со школы, и когда мои родители приобрели здесь дом, отец Славы решил, что будет хорошо, если они будут жить по соседству. И я очень этому рада – мы со Славой знакомы с самых пелёнок и до того, как его отправили учиться в школу мальчиков заграницей, всё время проводили вместе. Особенно я любила пропадать на их заднем дворе – в конюшне, Слава, соответственно, со мной.
А где сейчас пропадает именинник – не известно.
Мои родители сразу же отправляются болтать со знакомыми, я же ищу среди толпы гостей лицо друга, с каплей грусти думая о том, что ничего не меняется. Отец Славы любит устраивать торжества. Для своих нужд и по любому поводу. То есть, сейчас здесь в основном собрались те, кого пригласил дядя Свят, а не те, кого хотел бы видеть на своём празднике его сын. Которого он, к слову говоря, каждый год вырывает с учёбы. Но я не против, нет. Иначе, мы бы виделись со Славой всего два раза в год – на Новый год и в летние каникулы.
Я натыкаюсь на прямой взгляд мамы Славы, от которого у меня почему-то бегут мурашки по коже, и решаю узнать у неё, где её сын, но она при моём приближении вдруг дергается, смотрит на спину моей мамы, снова на меня, а затем и вовсе скрывается в толпе.
Очень странно.
Она, конечно, всегда была не очень общительной, но сбегать вот так? Когда видит, что я направляюсь именно к ней?
– Ты бы ещё к самому завершению явилась, Ясь, – недовольно звучит за моей спиной.
Я улыбаюсь и разворачиваюсь:
– Быть девушкой очень затратно по времени, – наигранно тяжело вздыхаю я, указывая на свой наряд. – С Днём Рождения, Слав!
Я обнимаю его и целую в щёку, оставляя на коже след от помады.
– Спасибо. Очень рад тебя видеть, – улыбается он. – Мы опять ровесники – обоим по шестнадцать.
– Всего лишь на ближайшие полгода, малявка, – хмыкаю я.
– Но всё же, – усмехается он, а затем берёт меня за руку: – Пошли, хочу отметить свой праздник нормально, а не как всегда.
– Эй, полегче! Не забывай, что я гендерная заложница – на мне туфли на каблуках!
Слава усмехается и продолжает лавировать среди гостей прямиком к кабинету отца. Перед дверью останавливается, отпускает мою руку и осматривается. И, предполагаю, не увидев поблизости своего папу, толкает дверь, сразу же ныряя внутрь. Я за ним.
– У бара нам ничего не светит – отец приказал малолетним не наливать. Сноб, – ворчит Слава, присаживаясь на корточки у какого-то шкафчика. – Но он всё время забывает, что я очень настырный, если мне что-то особенно нужно. А сейчас мне нужно нажраться. Очередной День Рождение в жопу.
– Давно пора привыкнуть. И потом, я-то рядом, а значит ты должен быть невероятно счастлив! – смеюсь я.
– Так и есть, Ясь, – усмехается он, открывая створки. – Вуаля! Что бы нам выбрать… Без тебя, Ясь, я бы вообще здесь подох от скуки. Ну так что? Виски, бренди или мартини?
– Виски, бренди и мартини!
– Моя девочка, – хвалит друг и достаёт две бутылки. – Будем надеяться, что хватит. Пошли.
Он пинком ноги закрывает створки мини-бара и спешит на выход. Я снова за ним. На этих дурацких каблуках!
– Бегом, на наше место! – приказывает Слава, как только мы выходим из кабинета и скрывается в толпе.
Я закатываю глаза к потолку, решая не спешить. И по дороге встречаю Николая в компании Изабеллы. Последняя едва бросает на меня взгляд, отказываясь от шампанского, которое ей предлагает официант, Коля же осматривает меня с ног до головы и кивает в знак приветствия. Я киваю в ответ.
С момента, как их дружная компания выпустилась из нашей школы моя жизнь стала значительно лучше. Я уже давно не держу на них зла за их выходки. Но с некоторым злорадством отношусь к изменениям в их жизнях, если таковые слухи доходят до моих ушей. Вот и сейчас Изи, кажется, подтвердила один слушок о себе. Надо будет поделиться со Славой.