Граф Суворов 8 (СИ)
— Давайте откровенно, ваше высочество, пока что вы не сможете протащить такие изменения через думу. — улыбнулся Долгорукий.
— Легко. — вернув улыбку сказала Мария. — Уж парой стариков новое дворянское собрание легко пожертвует. Тем более что вы свой пост формально сохраните.
— Ваше высочество, не стоит ломать работающий механизм из сиюминутной прихоти. — нахмурился Михаил Васильевич, повернувшись к Мальвине.
— Если вы просто будете выполнять свою работу, строго в соответствии со своими обязанностями, этого и не потребуется. — сказал я, взяв супругу за руку. — Просто работайте, так как должны, и все будет в порядке.
— Ну хорошо. — со вздохом произнес Долгорукий, отклонившись на спинку кресла. — И что же нам делать с вашим планом обучения? Боюсь если вы станете проявлять гонор на каждом занятии, ставить преподавателей в неудобное положение и унижать, ломая их авторитет, учебного процесса не выйдет.
— Они боевые офицеры, обстрелянные, убивавшие. — ответил я, пожав плечами. — У некоторых, вроде главы моего штурмового подразделения, сотни трупов за спиной. У других — вроде командира технической группы, личных убийств всего с десяток, но вот уничтоженных с его подачи врагов наберется на отдельное кладбище. Мы уже не дети, ваше сиятельство, и относится к нам надо как к тем, кто в случае нажима или опасности может вас просто прикончить.
— Это угроза, ваше высочество? — нахмурившись посмотрел на меня Долгорукий.
— С какой стати? Это просто предупреждение. Сколько из ваших студентов, тех, что двадцати пяти лет и старше, участвовали в штурме рубки боевого отделения чужого корабля? Сколько прыгали в десантной капсуле? Сколько… к черту. Сколько из них вообще билось насмерть, борясь за свою жизнь и жизнь своих товарищей? — спросил я, чуть прищурившись. И только заметив, как князь напрягся, заставил себя выдохнуть. — Они не дети, и не слуги. Они воины. Относитесь к ним соответствующе. И учитывайте, что их боевой ранг продолжит расти.
— Все понятно, ваше высочество. — спустя несколько секунд сказал Долгорукий. — Позвольте уточнить, какие предметы должны быть включены в ваш учебный план, и мы сможем перейти к обсуждению обучения ваших людей.
— Думаю для начала нам всем не плохо бы получить общие знания, так сказать основной обзорный курс. — решил я. — В первую очередь меня волнуют вопросы производства, обеспечения оружием и продовольствием страны, дела в регионах, на что я могу рассчитывать, а на что нет. Настроения в обществе, разделение на слои и методы влияния на них. Тактики ведения информационной войны и пропаганды в условиях военного и мирного времени…
— Постойте-постойте… — попросил Долгорукий, виновато улыбаясь. — Ваше высочество, невозможно разбираться во всем самостоятельно. Даже если брать отдельную специализацию. Для этого и существуют такие структуры как министерства, в которых ежедневно трудятся десятки тысяч людей.
— К концу обучения я должен понимать не только общие тенденции, но и быть способен реально оценивать эффективность тех самых министерств. — ответил я, глядя прямо в глаза князю. — Чтобы не повторить ситуацию с моей матерью, которая довела страну до развала. Или дяди, чья компетенция заканчивается на управлении флотом и правлении личной силой. Который оценивает все лишь с одной точки зрения, а потому чуть не развязал гражданскую войну в попытке сохранить то, что можно было вернуть путем переговоров.
— Прошу прощения, но любого другого за подобные высказывания могут и казнить. — нахмурившись проговорил Долгорукий.
— Я не любой другой. Я собираюсь стать правителем этой страны. И правителем хорошим. Если ваша академия не в состоянии дать мне необходимых знаний, то какая она к черту лучшая из лучших? — спросил я, глядя на ректора. — Итак?
— Это будет не просто. Но, если на то будет ваша воля, мы все сделаем. — нахмурившись сказал Долгорукий. — А теперь, позвольте мы рассмотрим возможные варианты.
Глава 4
Когда говорят, что надо начинать с основ, обычно предполагается что эти самые основы человек уже знает. Но когда мне показали программу обучения высшего военного состава нашей страны я был… скажем так несколько разочарован. Даже при беглом рассмотрении и названии тем стало понятно, что она устарела лет на двадцать, а местами на все пятьдесят. Хотя оставались и «вечные» темы, вроде логистики и добычи полезных ископаемых. Но вот их технологии…
— Это не программа, а бардак какой-то. — проговорил Василий, ознакомившись с моим графиком на первую неделю обучения. — Господин, вы уверены, что вам все это нужно? Может лучше сформировать собственную программу и учиться на практике?
— Это следующий этап. — не глядя на денщика ответил я, переставляя блоки в расписании индивидуальных занятий так чтобы пробелов было поменьше. — Чтобы ехать на практику в свое баронство, для начала не плохо понять, что я могу, а что нет. Ты знал, что даже в первый год обучения у нас по плану только три месяца лекций?
— Обучение в академии предполагает постоянную практику во флоте. — заметила Мария, которая тоже решила остаться в академии. Мало того, по какой-то причине то же сделала Инга, с легкостью сдавшая вступительные экзамены. А вот мои «люди короля» сдали экзамены с некоторой натяжкой.
Проще всего было Тарану и его новому заму, взводному, заменившему убывшего Жеглова. Физическая подготовка у обоих парней была на высоте, стреляли они без проблем, а уж дрались так и вовсе… учитывая, что они закономерно выбрали своей специализацией «тактику малых групп» и «проведение диверсионных операций в тылу противника» — требованиям они и так полностью соответствовали.
Краснов свои экзамены сдал с большим трудом, но не потому, что оказался плохо подготовлен, а потому что начал спорить во время экзаменов по специализации с преподавателем, доказывая, что кластер из преобразующих реакторов резонанса можно развести на два и более, для независимого снабжения щитов и двигателей корабля, с взаимным дублированием систем. В результате они, похоже, нашли общие темы для разговора, а прощался преподаватель с ним и вовсе за руку.
Лисичкина… ну что сказать. Выбор Ангелины был для меня очевиден с самого начала, и даже преподавателей она нашла. Но вот такой специализации как «ведение пропаганды и контрпропаганды в социальных медиа с повышением индекса доверия» — в академии не было. Но это не значило что их нет совсем. После подробного разговора с приемной комиссией и Багратионом старшим, он пообещал выделить для девушки, меня и еще двух заинтересовавшихся студентов, наставника, работающего по этому профилю.
А вот Леха меня удивил, и не слишком приятно. Мало того что показатели резонанса сдал с натяжкой, так еще и экзамены чуть не завалил. И если Максим, к моему удивлению, со своим экзаменатором поладил, то Шебутнов со своим чуть ен подрался. Правда и повод оказался довольно весомый — они не смогли договорится о том, что такое монетарная политика и как она должна работать.
Учитывая что я в этом плане не очень разбирался, слушать сбивчивое объяснение Лехи по поводу его несогласия с концепцией регионально-колониального монетарного оборота и централизации денежной массы с кредитованием собственных губерний для их постоянного нахождения в зависимом положении от столицы… поступил и ладно.
Последняя — Анастасия, девушка с которой я почти не общался, но которую видел регулярно, ушила на стандартный набор военно-прикладных дисциплин, начиная с артиллерийского дела и обеспечения тыла, заканчивания флотоводством. И все же главная проблема — моя собственная программа обучения. Может и прав Долгорукий, и не может человек объять необъятное и разбираться во всем?
С другой стороны, были же на Руси воистину великие правители. Понятно, что во многом так совпало, переход на новый технологический уклад вместе с изменением во всем мире. В одиночку даже самый гениальный гений ничего сделать не может. Но все же у меня была цель, и я собирался ее добиться. Вопрос — как.