Калерия (Не)реальная невеста (СИ)

- Антон, что значит, я должна переехать к тебе? - продолжаю глобально тупить и хлопать глазами. 
Яров, наконец, отрывается от экрана, откидывается на спинку кресла и смотрит на меня каким-то уж больно бесячим взглядом.
- Калерия, если ты не забыла, я предложил тебе свою фамилию, а ты, если мне не изменяет память, ответила положительно. Как ты представляла нашу жизнь после этого? Ты живешь у себя в квартире, я у себя, и мы иногда встречаемся? 
- Да! - вот же, все-то он понимает.
- Нет! - безапелляционно, жестко произносит Антон.
- Почему нет?! - говорю же, туплю глобально.
Не понимаю, что плохого в моем плане? На работе — работаем, вне работы — встречаемся. Иногда свидания, совместные ночевки, пока не поженимся. Потом можно и съезжаться. Отличный план! Разве нет?
Антон опирается на стол локтями, складывает руки перед собой в замок и смотрит на меня исподлобья.
- Мне нужно, чтобы ты находилась рядом со мной на работе и дома. Я не собираюсь ждать выходных, чтобы затащить тебя в свою постель. Ты там должна быть каждую ночь. Всегда! - Антон уже практически шипит, накаляясь все больше и больше. - И не только ночью, Лера. Днем тоже. 
- Ты маньяк что ли? - вырывается у меня, и я тут же закрываю рот.
Яров вскакивает из-за стола, быстро подходит ко мне и, схватив за плечи, слегка встряхивает.
- Лера, я не спал всю ночь. Подушка пахла тобой, и мне в голову лезли отнюдь не невинные вещи. Я не могу ждать неделю или даже день, когда смогу дотронуться до тебя так, как нужно мне. Если тебе угодно — я маньяк! Но ты сейчас же едешь домой собирать вещи. Больше один спать я не намерен. 
- Бабайки боишься? - пытаюсь шутить, хотя мне вовсе не смешно.
- Не бабайки, а постоянного, неутихающего стояка! Это вредно для мужчин моего возраста. 
Яров вроде бы и шутит, но глаза серьезные, серьезные и красные, как будто от недосыпа. Правда что ли не спал? Он сует мне в руку ключи, вызывает водителя и начинает выталкивать из кабинета со словами «сегодня сюда не возвращайся — хуже будет». 
Уже почти на выходе оборачиваюсь и с вызовом бросаю, ну так, для профилактики: 
- Хорошо. Я перееду к тебе. Но у меня есть одно условие.
Антон все еще стоит посреди кабинета и ждет, когда я выйду за дверь. Мне кажется, что он излишне сосредоточен и напряжен. Как будто готовится к битве или конфронтации за право находиться рядом со мной двадцать четыре часа в сутки.
- Весь во внимании, - настороженно хрипит он. 
Делаю вдох, потом выдох и - как в омут с головой.
- Ты должен вернуть на работу Вячеслава Смородинова.
- Лера, какого хрена? - сразу же орет взбешенный Антон.
Нет, это человек явно не в себе. Заводится с пол-оборота. Наверное, все дело в его фамилии. Яров — это как ярость! Может, все же стоит предложить ему мою фамилию? Калимерис — доброе утро! Антон Калимерис — прелесть, да и только. 
Моргаю несколько раз от его внезапного агрессивного выпада, до конца не осознавая, что могло так разозлить Ярова.
- Антон, ты уволил хорошего перспективного специалиста только из-за того, что он сидел рядом и разговаривал со мной, - чувствую, что просто обязана донести до него свои переживания. - Я не хочу быть в этом виноватой. 
Говорю, а у самой начинают дрожать голос и нижняя губа.До кучи еще совершенно непреднамеренно, но абсолютно натурально шмыгаю носом. 
- Малыш, - Антон подходит и прижимает меня к своей груди, сразу же остывая, - ты ни в чем не виновата. Это я - ревнивый осел - немного перестарался.
Он гладит меня по волосам и спине, пытаясь утешить. И именнов этот момент с пронзительной вспышкой озарения до меня доходит.Ведь только оказавшись прижатой к широкой груди своего Давида, я, наконец, ощутила такой необходимый и такой недосягаемый мне вчера дзен. Не в разговорах по душам с Натой, не в ночном бдении и не в желании спать в тихой, одинокой и такой холодной постели. А рядом с ним. С моим мужчиной. Запах, голос, уверенность и обволакивающее чувство покоя, которые накрывают меня будто снежная лавина. Пожалуй, с предложением по смене его фамилии повременю. 
 
- Вини себя или же не вини никого, - тихонько умничаю, потому что просто не могу не умничать. 
Яров смотрит на меня с улыбкой и вопросительно выгибает бровь. Мне кажется, что он начинает привыкать к моим причудам, и за это я люблю его еще сильней.
- Марк Аврелий, - как бы нехотя поясняю я.
- Ну конечно, - тихо смеется Антон, - когда торгуешься так отчаянно за какого-то постороннего человека, только и цитировать римского императора для достижения своих целей. 
- Антон, тебе совершенно не нужно меня ревновать к кому-либо. Я выбрала тебя. Я — твоя, и мне больше никто не нужен.
Отрываю голову от его груди и смотрю в глаза. Не хочу, чтобы он сомневался во мне. Ни одной секунды! 
- Хочу, чтобы ты запомнила эту мысль, - шепчет Антон.
Он прижимает меня к себе еще сильнее. Упирается лбом в переносицу. Смотрит в глаза и ловит мои вдохи, синхронизируясь со мной. Мы становимся словно один организм, который работает слаженно и без перебоев. 
- Ты моя и больше ничья! - выдыхает твердо, уверенно. 
Начинаю отчаянно кивать головой, что я запомнила, можешь не сомневаться, а Яров продолжает: 
- Поэтому ты сейчас берешь свой хорошенький зад и передвигаешь его в сторону моей квартиры. Шкаф для твоих вещей я уже освободил.
- Когда?! - я удивлена. Когда успел-то?
- Ночью. Пока не спал. 
- Аа-а-а, понятно! - если честно, то не очень, но я все равно соглашаюсь. - Так, что на счет Смородинова?
- Я подумаю, - фыркает Яров и, ощутимо так хлопнув по моему заду, снова командует, - На выход! Тебя ждут великие дела.
Открываю рот, чтобы втопить очередную цитату, когда слышу рев Антона.
- Калерия!
- Тиран! - шепчу возмущенно и выхожу за дверь. 
 1Вымышленный обезьяний народ из «Книги джунглей» английского писателя Редьярда Киплинга
  
Глава 19
 
Жизнь полна сюрпризов, 
и не только приятных. 
© «Отчаянные домохозяйки» 
Вещей я много набирать не стала, решила взять так, чтобы хватило примерно на неделю. Всегда можно съездить и взять еще. Или же быстро собрать, когда мужчина моей мечты очухается и поймет, что погорячился. С Натой удалось поговорить лишь по телефону. Выслушав от подруги сто и одно напутствие «за» и примерно столько же доводов «против», я погрузила вещи в машину и покатила в «новую жизнь».
С одной стороны, меня немного напрягало, что все происходило слишком быстро. С другой, - я была уверена как в своих чувствах, так и в своем выборе, поэтому не понимала, чего нужно ждать еще! Эти эмоциональные качели меня основательно выматывали, а спросить у кого-то совета в свете последних событий я боялась. Очень боялась еще раз обидеть Антона или, что еще хуже, — разочаровать. Поэтому меня трясло, колотило, подбрасывало и кружило, как осенний листопад на ветру.
Квартира Ярова встретила молчаливым приветствием и пустыми полками в шкафах. Видимо, ночью моему Давиду действительно было не до сна, учитывая количество освобожденного пространства. Чтобы все разложить по местам, принять душ и переодеться, мне понадобилось не более тридцати минут.
Совершенно не представляя, чем себя занять до прихода Антона, уже привычно плетусь на кухню готовить ужин. Я, конечно, лучше вернулась бы в офис, но получив от босса четкие указания сегодня там больше не появляться, рисковать не решаюсь.
Включаю фоном телевизор и открываю холодильник. Вообще меня, конечно, удивляет та скорость, с какой я ко всему здесь привыкла. Обычно долго схожусь с людьми и местами обитания, а тут - прямо с ходу. «Как дома», - звучит в ушах мой внутренний голос, и я с ним сразу соглашаюсь. При всем этом осознаю, что не только быт Антона, но и сам мужчина вызывает во мне подобные эмоции. Словно мы с ним одно целое. Фундаментальное монолитное сооружение, где все безупречно подобрано и откалибровано. Блок к блоку, винтик к винтику, стена к стене. Тот, кто создавал наш тандем, явно обладал совершенством гармонии.