Первая любовь (СИ)

Не знаю, что у Руслана на уме. Конечно, он — человек воспитанный и порядочный, в этом нет никаких сомнений. Видимо, я для Таирова — воспоминание о том добром времени, когда он жил, ни о чём не заморачиваясь. Вот и носится теперь со мной, как курица с яйцом.
Но я-то — девушка взрослая, и в сказку про Золушку не верю. Очень скоро эйфория Руслана от встречи со мной пойдёт на спад, он потеряет интерес ко мне. Это нормально для мажора.
И пусть Таиров — мажор как бы наполовину, поскольку, унаследовав после смерти отца его серьёзный бизнес в сфере строительства и недвижимости, он занимается делом, я прекрасно отдаю себе отчёт в том, что между нами — пропасть.
Ясен пень, его мама Софья Абрамовна хотела бы видеть в невестках другую девушку, без прицепа, да и сам Руслан не может испытывать ко мне серьёзных чувств.
Да, он сказал после разговора в кабинете директора, что женится на мне, когда вырастет. Естественно, я пропустила его слова мимо ушей. Ну мало ли что мог ляпнуть подросток?
С чистой совестью я тогда уехала к двоюродной сестре в другой город. Потом вернулась в свой родной райцентр, вышла замуж, через некоторое время снова уехала. Работа в школе, а тем паче Руслан Таиров при всей его неординарности напрочь забылись. И вдруг спустя время мы встретились в многомиллионном городе.
Конечно, сейчас мы оба немного взволнованы от встречи. Но это пройдёт. Сейчас главное — встретиться с дядей Абдуллой. За годы работы у нас сложились тёплые, доверительные и почти родственные отношения. Поэтому я не сомневаюсь, что он мне поможет.
Наконец, мы приехали. Руслан отвернулся в сторону, сдвинул брови. Я тонко усмехнулась и мысленно сказала ему: “Сюрприз ещё впереди!”.
В ларьке оказалась очередь. Ну, это неудивительно. Тридцатого декабря народ закупается в большом количестве продуктами, чтоб в праздники посидеть у телевизора.
За прилавком стоял дядя Абдулла. Делать нечего, я заняла очередь, стою. Вошёл его сын Тахир. В руках — коробки с гранатами. Я посторонилась, чтоб пропустить его к прилавку, а он чуть коробки не выронил при виде меня.
— Привет, Люся! Тебя просто не узнать! Значит, будешь богатой. Знаешь такую примету?
— Конечно, знаю, — я улыбнулась. — Но пока это нереально.
— Какие твои годы! — подбодрил меня Тахир. — Кстати, классно выглядишь!
— Спасибо.
— Люся?! — обрадовался дядя Абдулла. — Какими судьбами, дочка?
— Мне нужно с вами поговорить, дядя Абдулла.
— Тахир, обслужи покупателей! — сказал хозяин ларька сыну, а потом кивнул мне головой, приглашая пройти в подсобку.
— Давай-ка, дочка, выпьем чаю, — предложил дядя Абдулла. — Ведь чай не пьёшь, — он хитро посмотрел на меня.
— Помню-помню! — я рассмеялась и произнесла любимую присказку своего работодателя. — Чай не пьёшь, откуда силы?
На примере дяди Абдуллы я убедилась, что восточные люди без чая не представляют своей жизни. Мало того, я и сама к этому напитку так пристрастилась, что если не выпью за день хоть одной чашки чая, у меня начинает болеть голова.
— А силы тебе, Люся, понадобятся, — попробовал пошутить хозяин ларька и пояснил свои слова: Парень-то твой с характером!
А вот этому — сразу брать быка за рога, дядя Абдулла научился уже у меня. Ведь у народов Востока не принято говорить напрямую. Зато хозяин овощного ларька теперь режет правду-матку в глаза, чем нередко приводит в смущение своих соотечественников.
— Руслан — не мой парень, — я покраснела, — а бывший ученик. Просто ему кажется, будто я ему очень нравлюсь. Но вы же понимаете, дядя Абдулла, что это скоро пройдёт? К тому же, у меня — дети. Да, и вообще, это всё — несерьёзно.
— А как же предсказание Фатимы? — расстроился мой работодатель. — Моя жена очень редко ошибается. Я так понял, дочка, что этот парень и есть тот самый человек, который принесёт тебе счастье. Другое дело, что характер у него не мёдом мазаный, нелегко с ним придётся.
— Да нет мне никакого дела до характера Руслана! — попробовала я объясниться. — Я к вам пришла, дядя Абдулла, просить помощи.
 
— Даже не проси, Люся, — насупился хозяин ларька. — В этом вопросе я помогать не стану, и — точка!
— А вы уверены, дядя Абдулла, что правильно поняли меня?
— Все женщины одним миром мазаны, — вздохнул мой работодатель. — Чтобы понять, что ты задумала, дочка, много ума не надо.
И тогда я пропела строки из песни великой Нани Брегвадзе:
Снегопад, снегопад
Не мети мне на косы.
Не стучись в мою дверь,
У ворот не кружи.
Снегопад, снегопад,
Если женщина просит,
Бабье лето её торопить не спеши.
  
Мы поедем, мы помчимся…
 
— Ну, что скажете, дядя Абдулла? — прервала я наше затянувшееся молчание.
— Вижу, не переубедить мне тебя, Люся. Ты — девушка взрослая. Хотя, честно скажу, жаль. Этот Руслан — парень горячий, но за таким мужем ты могла бы быть, как за каменной стеной.
— Я сама себе — стенка, пусть не каменная, но достаточно твёрдая, — я улыбнулась и с жаром воскликнула: Спасибо вам, дядя Абдулла!
— Ладно, сейчас скажу сыну, чтобы собирался в дорогу, — проворчал мой работодатель. — А ты, дочка, смотри, будь осторожней.
— Ну вы что, меня не знаете?
— Потому и говорю, что знаю, — на губах дяди Абдуллы появилась хитрая улыбка.
Мы попрощались, и я вышла из ларька со спокойной душой. Если дядя Абдулла сказал, что поможет, значит, мне не о чем беспокоиться. Что касается Тахира, он, как то положено у узбеков, отцу перечить не станет.
Конечно, мне неудобно перед парнем, ведь на носу Новый год, и Тахир наверняка надеялся отметить праздник с друзьями или со своей девушкой. Но я же не виновата, что на моём пути так не вовремя нарисовался Руслан Таиров! А перед этим я умудрилась растянуть связки на ноге.
Ежу понятно, что при таком раскладе я — хромая пони, как выразился один недоделанный грабитель, далеко не уеду. Точнее, до нашей “исторической” встречи с Русланом я могла бы ещё уехать, но мой юный кавалер, походу, строит относительно меня какие-то планы. И теперь я нуждаюсь в помощи.
Естественно, я не подала Руслану виду, что у меня хорошие новости. Ведь хорошие они для меня, а не для него.
Пока я была в ларьке, Таиров немного успокоился.
— Как, попрощалась с дедушкой?
— Ты что, ревнуешь? — теперь, когда я уже знала, что наша совместная встреча Нового года Руслану обломилась, могла себе позволить быть более дерзкой.
С другой стороны, мне было интересно узнать, правильно ли я истолковала его поведение? Вот была бы хохма, если б вдруг выяснилось, что Таиров ничего такого в отношении меня не думал, а я сама бог знает что нафантазировала. Но он вдруг резко произнёс:
— К кому?! К этому деду?
По интонации его голоса я поняла, что Руслан взбешён. Ну ещё бы! Как это я догадалась подумать, что он — такой красавчик, может ревновать меня к пожилому человеку?
— Значит, ревнует, — я удовлетворённо улыбнулась. Все мы, дочери Евы, одним миром мазаны. Как был прав Поэт, когда сказал: "О люди, все похожи вы на прародительницу Эву! Что вам дано, то не влечёт, вас непрестанно змий зовёт к себе, к таинственному древу".
Вместе с тем, хоть мне и неудобно перед Тахиром, но, если бы оказалось, что я ошиблась, и Таирову до меня нет никакого дела, в глазах дяди Абдуллы и его сына я выглядела, мягко говоря, весьма странно. А теперь я знаю, что не зря подстраховалась и попросила о помощи.
— Ты уж, пожалуйста, Рус, определись, — попросила я ангельским голосом, — дядя Абдулла — лавочник или дедушка? Ты его то так называешь, то эдак.
— Послушай, Лёка, — в свою очередь попросил меня Руслан, — давай, не будем говорить об этом, абсолютно чужом для тебя человеке? Завтра — Новый год, и мне хотелось бы мечтать и думать только о празднике.
— Дядя Абдулла — для меня вовсе не чужой человек! — я сразу же вскипела.
— Хорошо, давай, не будем говорить о “вовсе не чужом для тебя человеке”, — Таиров тонко усмехнулся, а я сказала про себя: “Не говори “гоп”, пока не перепрыгнешь”.