Гора мертвецов (СИ)

Это и была истинная сила Ланга. Огромная сила и скорость вкупе с возможностью мгновенно восстанавливаться.
Я медленно отступал капая кровью. Ни в коем случае нельзя подпустить его близко — он убьет меня одним ударом. Я сделал несколько шагов и выдернул нож.
Ланг хрипло засмеялся.
— Теперь ты точно труп — кровь не остановить.
Я продолжил шагать, а затем рухнул на землю. Ланг продолжил медленно приближаться, слизывая кровь. С каждым новым глотком он розовел, и ему становилось лучше. Дойдя до огромной лужи крови, он припал к ней всасывая её. Внезапно он поперхнулся и дёрнулся. Вены на его лице начали стремительно чернеть.
— Что? — поперхнулся он. — Как…
Он закашлялся харкая кровью — и моей, и похоже своей.
Я поднялся. Рана на моём боку исчезла.
— Что? Как ты?
— Бусина исцеления, — коротко ответил я. — Ты забыл, что у нас есть и они.
Ланг пошатываясь, попытался встать, но тут же рухнул на землю. Его вены на лице и руках продолжали стремительно чернеть, а кожа белеть, на висках выступил пот, кровавый кашель не прекращался, а вскоре к нему добавилась рвота.
— Что происходит? Как?! — недоумённо спросил он, подняв голову. — Я ведь выпил твоей крови, и мне стало легче! Эта мантра не может так сильно на меня повлиять! Я ведь выпил твоей крови! Чужая плоть и кровь всегда делает меня сильнее!
— Ты жаден до всего Ланг. До денег, до азарта, до расправы, до жестокости, до жизней, до чужой крови… В этом твоё слабое место. Когда пытаешься откусить слишком большой кусок, то можно задохнуться. Жадность хуже чем холера, жадность губит флибустьера.
— Что ты несёшь, глупый ян гуйцзы? — кашлянул чёрной кровью Ланг. — Знаешь ли почему тебя так называют?
— Заморский чёрт, — спокойно кивнул я делая шаг к нему. — Так зовут иностранцев в Китае. Слэнг. Что-то вроде «заморский чёрт» вроде русского слова «хачик». Но сегодня тебя сгубила твоя жадность Ланг. А ещё твоё высокомерие, и спесь и глупость.
— Э? — Ланг встал на четвереньки, с трудом пошатываясь, его кожа была мертвенно бледной.
Я достал пробирку и показал ему.
— Яд Вугонга. Именно для этого я и просил его. Человек может убить или ранить Яо клыком или когтем другого Яо. Яд тоже годиться. Мы предполагали, что одних только мантр будет недостаточно, чтобы победить тебя. Я сознательно дал ранить себя и потом отступал, и влил в кровь яд Вугонга. Это был сценарий номер девять, при котором я даю ранить себя и ты сам пьёшь яд, смешанный с моей кровью.
Ланг рухнул лицом вниз и, продолжая кашлять кровью, засмеялся.
— Я и правда недооценил тебя. Ты не просто заморский чёрт. Ты Демон Страны Снегов, злой дух убивающий медленно и неотвратимо, как холод…
— Так или иначе, ты проиграл, — продолжил медленно шагать я и доставая из ножен тонкий меч. — Специально для нескольких вариантов событий мы принесли оружие из первой игры.
— Я не стану просить пощады, — оскалился Ланг.
— Я знаю. Ты жаден до всего — даже до собственной гордости и спеси.
— Кха-кха, — Ланг кашлянул кровью. — Не совсем так… Даже если бы я выжил, попросив пощады, то потерял бы всё что имел — уважение, своих слуг, своё имущество, свои силы… Никто бы просто не стал иметь дел с Лангом, который проиграл человеку, и просил пощады. Позор был бы слишком велик. Лучше уж смерть…
— И что же это? Жадность, или честь?
Мантра давно прекратилась, и Ланга обступили со всех сторон. Все люди, которых он презирал, которых отправил на смерть стояли вокруг и смотрели на него.
— На нашем оружии немного яда Вугонга. Это за наших товарищей. Прощай Ланг.
Я подошёл к нему и воткнул меч. Ланг закашлялся кровью. Следующим подошёл Ян и с размаху вогнал кирку. Суровый Али подошёл и воткнул палаш. Альфред подошёл и вогнал рапиру. Один за одним люди подходили и вгоняли оружие в поверженного Ланга. Волк корчился и плевал кровью. Его ноги конвульсивно подёргивались пробитые насквозь, пальцы скребли землю, вся спина была усеяна воткнутым оружием, а из под тела расплывалась лужа крови.
— Какой позор… — прошептал Ланг.
 
— Быть убитым кучкой каких-то людишек, — едва слышно прошептал он, и закрыл глаза.
Никто не стал иронизировать над его смертью или как-то сквернословить. Пускай Ланг был воплощением злобы и жадности, но он умер, позаботившись о своей чести.
— Пора? — спросил я Лина.
— Что-то не так, — сказал старик внимательно рассматривая труп яо. — После смерти он снова должен был превратиться в огромного волка. Если он ещё выглядит как человек, то это значит, что он ещё жив. В нём осталось ещё немного жизни.
Залитый кровью глаз Ланга открылся, и он прошептал:
— Да. И я использую её, чтобы забрать вас всех с собой.
Он открыл рот, и выплюнул какой-то светящийся шарик. Шарик слабо светился.
— Все в стороны!
Огромная толпа ринулась во все стороны, разбегаясь, используя бусины телепорта, взлетая, понимая, что уже не успевает спастись.
Я рванул, использовав бусину, а затем использовал ещё одну и ещё одну и рухнул закрыв голову руками. Грянул оглушительный взрыв, такой, что дрогнула земля, и во все стороны полетели комья грязи и камни. Когда пыль рассеялась я поднял голову и увидел несколько лежащих тел.
Я рванул к лежащим телам. Альфред был мёртв, чтобы диагностировать это, не нужно было быть врачом — из бока взрывом вырвало изрядный кусок. Рядом лежал Люсьен и дышал — грудь подымалась и опускалась. Ян лежал без сознания. На нём не было никаких следов повреждений.
— Врача! Кто из нас был врачом, помогите им!
Сразу несколько человек бросилась к телам.
— Он жив, но без сознания.
— И он жив, у кого есть нашатырь? Одеколон? Что угодно, что резко пахнет?
Итальянец Марко подошёл к Яну и осмотрев достал чистый платок и накрыл его лицо.
— Что? На нём даже нет ран! — я не мог поверить своим глазам.
Вместо ответа Марко молча, приподнял платок и показал на голову сбоку — при взрыве маленький камешек отлетел поляку прямо в висок и, пробив кость насквозь, так и застрял в ней.
Я повернул голову в сторону. Труп гигантского волка лежал тут же и скалился, глядя на нас пустыми глазами.
  
Глава одиннадцатая
 
Трофеи
 
Мы молча взяли инструменты, которые принесли с собой, и закончили то, что должны были закончить, после чего сломали ещё одну бусину, вырыв огромный котлован, дали время буддистам расчертить специальные символы и столкнули вниз труп гигантского волка, после чего заровняли всё землёй.
Буддисты продолжили читать свои молитвы, вычерчивая на земле рисунки, проводя ритуалы — даже после смерти Ланг оставался очень опасен, и теоретически даже мог вернуться, если не виде полноценной личности, то в виде мстительного духа, или какой-то новой формы чудовища, возможно уже лишённого разума, но от этого не менее опасного. Поэтому следовало правильно захоронить тело и поставить сверху необходимые печати, чтобы сдержать всё то зло, что было погребено под землёй. Сегодня же нужно было поставить небольшой крытый алтарь, в который поместить статуэтку или зеркало, которое будет запечатывать дух Ланга.
Я, молча отошел, пересчитав трупы погибших — мы потеряли пятерых включая поляка Яна, который был храбрым и надёжным человеком. Нас осталось шестьдесят пять. Душу просто рвало. Хотелось курить, но я не курил. Хотелось напиться и забыться, но я ненавидел вкус спиртного.
— Не вини себя, — подошёл ко мне, похлопав по плечу Али. — Этот шайтан даже умирая сумел сделать в конце гадость и забрать лучших из нас. Так или иначе — они отомщены.
Я просто молча кивнул и поднялся.
— Ты куда?
Я повернулся к нему:
— Знаешь, я тут подумал, что неплохо было бы вырыть могилы для погибших, пока никто нам не мешает.
После чего взял огромный широкий меч и зашагал в сторону. Лопаты не было, копать оружием было необычайно неудобно, а меч стирал руки в мозоли, но физическая боль и напряжение приносила хоть какое-то облегчение. Радом раздались шаги — шёл Али, шёл Мыкола, шёл Пьер… Люди шли… Они молча остановились рядом с нами и начали копать могилы.