Гора мертвецов (СИ)

Внезапно птицы как по команде развернулись и быстро-быстро полетели прочь, махая крыльями и глядя вдаль. Заметили новую жертву? Мой шанс — нужно как можно быстрее валить отсюда, пока они не налетели снова. Быстрее, пока птички не вернулись… Я вдавил газ и помчался дальше. Впереди показался разрушенный квартал, и оттуда донеслись звуки выстрелов. Твою мать — из огня, да в полымя! И кто там такой меткий? Если охотники, то тут же меня застрелят и порадуются такой встрече. Если игроки, то тем более застрелят, перепутав с охотником. А выстрелы между тем приближались.
Уже не размышляя, а действуя на одних рефлексах, я схватил мотоцикл и сунул его под лист шифера, который лежал к самой стены дома, а сам спрятался за обломком бетонного блока и одел кольцо становясь невидимым.
Вовремя — через минуты сюда вылетели несколько людей с оружием, и поспешно начали искать укрытия прячась за ближайшими обломками, а ещё через пол минуты выехал мощный джип с намалёванными черепами, полный людей с оружием, которые сидели в кузове, сидели на крыше машины и азартно кричали, смотря в планшеты.
Всё ясно — охотники. Машина полная вооружённых людей, и пятеро беглецов — игроки, которых они преследовали с не самым качественным оружием. Перевес явно на стороне охотников. Очень хорошо, что ни те, ни другие меня пока не заметили, и вряд ли заметят, если я демаскируюсь. Поэтому будет даже логично, если я посижу тут, не отсвечивая и не выдавая себя, а потом просто свалю. С другой стороны не хочется оставлять за спиной такую огромную компанию, и не хочется бросать людей на смерть. Может это и глупо, вступаться за незнакомых людей, но тому, кто не ходил по лезвию ножа — не понять.
— Они тут! Мочи их! — завопил один из преследователей. — Гранату давай, светошумовую!
Э нет, гранаты мне не нужно. Я, пользуясь своей невидимостью, выстрелил в крикуна сбивая его с машины и тут же перекатился за другое укрытие. Один выстрел — одна позиция. Рано или поздно или одна или другая сторона заметит меня по падающим гильзам, или характерным вспышкам пламени, или ещё чему, поэтому лучше не подставляться.
— Кто это стрелял? Откуда?
Охотники выпустили несколько очередей не давая высунутся игрокам.
Те даже и не думали высовываться, а головорезы из пикапа палили без остановок. То, что нужно. Пока их внимание было направлено в другую сторону я аккуратно мелкими шажками стал продвигаться дальше то и дело, замирая и скрываясь за бетонными блоками, кучами кирпичей и прочим мусором.
Аккуратно обойдя стрелков я залёг сзади автомобиля и, уже не боясь быть обнаруженным, выпустил очередь выкашивая всех бойцов, затем ещё одну, на всякий случай прошивая тела, и добавил в окошко пикапа чтобы достать наверняка водителя и пассажира рядом с ним, а потом воцарилась тишина.
Не стонали раненные — их просто не было, не шевелились игроки — они просто не хотели попасть под дружественный огонь. А затем тишину нарушил голос:
— Максим, это ты?
Такой знакомый голос.
— Максим, не стреляй, — из-за одной из бетонных плит высунулось дуло винтовки с повешенной на неё белой майкой.
То есть, когда-то майка была белой, теперь её цвет несколько изменился. Я не двигался, не демаскируя себя. Следом за майкой аккуратно показался человек. Девушка. Аня — слуга Мао, которая помогала мне убить всех господ, организовавших игры. Выжила только Мао.
Аня вышла и показала пустые руки. Остальные не спешили показываться, но я отчётливо видел их сквозь Маску.
— Аня, ты, что ли?
…Всего встреченных игроков оказалось пятеро — Аня, испанский полицейский Хоссе, или правильнее говорить — бывший полицейский, бывший военный в отставке Хаим, чемпион по стрельбе Йозеф, и хмурая девушка по имени Роза, не пожелавшая называть свой род деятельности и Родину.
Все пятеро участвовали в играх в качестве гладиаторов и смогли выжить после начала игр и добраться досюда, и уже недалеко от этого места объединиться. После этого на их след напали охотники, и преследовали, пока не вмешался я.
 
Открытой враждебности никто не испытывал, но подозрителен был каждый. И каждый старался не поворачиваться к другим спиной. Исключение составляла только Аня. Она безбоязненно поворачивалась ко мне спиной, и вообще, всячески выражала доверие.
— Аня, а ты здесь откуда? — между делом поинтересовался я. — Или будет правильнее спросить, «зачем?»
— Помочь тебе, — пожала плечами та. — Мао как обычно сделала на тебя очень большую ставку. Она в тебе нисколько не сомневается. Если бы я не знала её, то сказала бы, что она влюбилась.
— А что бы ты сказала, если бы знала её так хорошо, как сейчас?
— Сказала бы, что она очень и очень сильно тебя уважает.
— Это уже обнадеживает. Это всё?
— Не-а, Даши рассчитал моё участие в этой игре, и сказал, что если я буду участвовать, и объединюсь вместе с тобой, то вероятность выигрыша увеличиться… очень и очень сильно. Что выигрыш составит восемьдесят пять процентов.
— Нормально, — я замялся, не решаясь спросить, но переборол себя, и спросил:
— Как там… Ты знаешь, о ком я говорю.
Аня внимательно посмотрела на меня, и ответила:
— Всё в той же клинике. У неё лучшие врачи. А ещё, моя сестра постоянно сидит с ней. И днём и ночью. Она сделала это своим долгом. Что касается её выздоровления… Максим, только ведь несколько дней прошло.
Я отвёл глаза.
— Не печалься, — взяла меня за руку Аня.
— Да, — кивнул я приходя в себя.
Рядом остановился, кашлянув Хаим.
— Да? — я повернул голову, с эти человеком нужно держать ухо востро, как и со всеми, несмотря на свои годы он ещё очень крепок, и мускулист.
Вместо ответа бывший военный протянул мне мешочек.
— Камни, — сказал он. — Там у охотников было очень много. Я запретил остальным трогать их и отсчитал твою долю.
— Хорошо звучит. Как от человека, у которого есть совесть. Или хороший расчёт.
— Есть и то, и другое. Я не опускаюсь до подлости, обворовывая человека, который спас мне жизнь. И уж точно не отпускаюсь до предательства, стреляя ему в спину. А насчёт расчета, то… Нужно быть полным дураком, чтобы стрелять в человека, который может исчезнуть вникуда и возникнуть из ниоткуда. И при том, с пятью тузами в рукаве.
— Разумно.
Мешочек перекочевал ко мне.
— Какие у тебя, — глянул на нас бывший военный и поправился. — У вас планы? Я вижу, вы очень хорошо знакомы.
— А почему я должен о них говорить?
— Знаешь Максим, причины есть. Как минимум потому, что я могу очень и очень хорошо помочь. В своё время я воевал немало, и делал немало, могу сделать бомбу из обычного чая или стирального порошка. И ещё, я служил в армии, и понимаю, когда лучше исполнять приказ, а не играть, как молодняк в Рембо. Ты спросишь почему старый Хаим всё это говорит? Так просто — мне тут недавно одна маленькая птичка рассказала, а точнее целый индюк, за которого я сейчас играю, что один зарвавшийся и самоуверенный ракшас, который выглядел как огромная лиса с кучей хвостов устроил игры смертников, в которых принял участие Безумный Макс. И знаешь что? Безумный Макс спас всех людей, убил этого Ракшаса и его дружков, а после сжёг его логово и поставил каждому из этих ублюдков памятник, как напоминание всем, кто попробует нарушить правила. А после, насвистывая ушёл. Его теперь так и зовут — Палач Яо, или Убийца Яо.
— И ты решил, что это я?
Военный скривился.
— Макс, ты не представляешь, как они испугались. Испугались просто до усрачки. До такой усрачки, что словами просто не передать — откуда-то из заснеженной Росси выбирается Безумный Макс, после чего хладнокровно расправляется с сильнейшими из них и уходит. У каждого из них теперь есть твоя фотография. И никто из них не горит желанием встречаться с тобой.
— Серьёзно? У них есть моё фото? Так они узнали, что я участвую в игре?
— Нет, они видят только как Охотники убивают игроков. За всеми игроками они не могут уследить и ограничиваются этим, но на твоём бы месте, я бы почаще одевал маску.