Пламенные эвкалипты

Эбби закрыла лицо руками и не видела, что Джек смотрит на нее, потрясенный до глубины души.
— Может, вам лучше прийти в другой раз, когда Эбби успокоится? — через какое-то время предложил Джек.
Хит вскипел. Он ожидал слез, но того, что Джек бросится защищать Эбби, не ждал никак.
Эбби встала.
— Нет, погодите, — вздохнула она. — Мне нечего скрывать, и я скажу все, что знаю, — прибавила она следом. И обратила на Джека влажные от слез глаза. — Я должна была рассказать вам о том, что случилось, до того, как вы взяли меня к себе. Мне не хотелось вас расстраивать, но ведь тогда я была сама не своя. Потеряла отца, а потом…
— А потом оказалась замужем за богатым человеком, и его через несколько часов не стало, — со злорадством вставил Хит.
— Довольно, Хит! — отрезал Джек. — Понимаю, вы переживаете потерю отца, и я вам сочувствую, только, пожалуйста, не кричите на Эбби.
Хит недовольно поджал губы.
— Эбби, если ты в состоянии, думаю, тебе лучше объясниться, — продолжал Джек.
Эбби облегченно кивнула, почувствовав поддержку Джека.
— Тогда я начну с самого начала, — согласилась она. — Несколько дней назад на руднике погиб мой отец и с ним еще двое. — Она посмотрела Хиту в глаза. — Когда ваш отец явился на кладбище, уже после похорон отца, я сказала ему, что ответственность за те смерти на руднике лежит на нем, потому что он не содержал свои машины в исправности.
— И вам, конечно, захотелось денег! — язвительно заметил Хит.
Подобное замечание задело Эбби.
— Я злилась, что он даже не удосужился прийти на рудник, после того как там погибли трое его рабочих, и на кладбище он не пришел, когда хоронили моего отца. Да, мне хотелось, чтобы он оплатил их похороны, только и всего, — сказала она в свою защиту.
— Продолжайте, мисс Скоттсдейл. Интересно знать, как вы согласились выйти замуж за человека, которого считали виновником смерти вашего отца.
— Так считала не я одна, мистер Мэйсон, но и большинство рабочих. Отец же ваш думал по-другому, а еще он сказал, что договорился о чем-то с моим отцом, и это касалось меня.
— И что же это был за договор? — прищурившись, вопросил Хит.
— Судя по тому, что сказал мне папа вечером, перед тем как погиб, ваш отец собирался на мне жениться, — призналась Эбби, — но я не хотела выходить за него, потому что любила Нила Тэвиса, который погиб вместе с моим папой.
У Эбби по лицу снова покатились слезы. Она не могла забыть Нила. Джек протянул ей носовой платок, и она приняла его с благодарностью.
— То есть вы пытаетесь убедить меня, что хотели выйти за рудокопа, а не за богатейшего человека? — спросил Хит, не веря своим ушам.
— Именно это я и говорю, и то же самое сказала папе. Когда же ваш отец упомянул про какой-то договор, я сказала, что не верю ему, и, честно признаться, даже если бы и поверила, никогда не приняла бы его. Я и представить себе не могла, что выйду за старика, которого к тому же не люблю. — Ее голос дрогнул от волнения.
Лицо Хита выражало недоверие, а Эбби между тем продолжала:
— Я сказала вашему отцу, что собираюсь искать работу, чтобы самой себя содержать.
— И как, нашли? — с усмешкой спросил Хит.
— Нет, я нигде не могла ее найти, и думаю, в этом тоже виноват ваш отец.
— Неужели? — не скрывая враждебности, произнес Хит.
— Ни для кого не секрет, что он пользуется большим влиянием в Берре.
— Может, и так, да только какое ему было дело, найдете вы работу или нет?
— Вижу, вам верится с трудом, да и мне самой тоже, но, думаю, он хотел надругаться надо мной, чтобы потом я уже никуда от него не делась. — Эбби понимала, что ее история звучит глупо, да и отчаяние ее было слишком велико, чтобы принять все за чистую монету. — Мое положение было ужасно, когда посыльный привез мне записку от вашего отца, своего хозяина. В той записке говорилось, что он пересмотрел свою ответственность перед родными и близкими рабочих и хотел бы обсудить, как возместить понесенную ими утрату.
Хит знал, что его отец вряд ли был способен на такое благородство. Он и с одним-единственным грошом не расстался бы ни за что на свете — только в случае самой крайней необходимости. Между тем знал он и о том, что такая записка действительно была, — со слов Алфи. А что до содержания записки, ему хотелось удостовериться в ее подлинности самолично.
 
— Та записка у вас?
— Да, была у меня… Я, должно быть, оставила ее дома, когда уезжала в Берру. — Она молилась, чтобы та не понадобилась ей в качестве улики в ее оправдание, она помнила, с какой злостью разорвала бумажку в клочья.
— В землянке, — усмехнулся Хит.
Эбби покраснела и кивнула.
— Итак, вы ухватились за возможность поговорить о возмещении ущерба, — язвительно заметил Хит, — притом что собирались получить от моего отца деньги только на покрытие похоронных расходов.
У Эбби разрывалось сердце.
— Мать Нила умерла через несколько часов следом за сыном, и две его сестренки остались сиротами. Ваш отец, понятно, был их должником. А у меня не было денег, чтобы оплатить достойные похороны отца, — беспрестанно всхлипывая, сказала она. — Да, мы жили в землянке, но отец у меня был очень хороший, он работал не покладая рук, а гроб ему сколотили из сосновых досок, как простой ящик… — Не в силах сдержаться, Эбби разрыдалась.
В конце концов Хит проникся к ней жалостью, но не настолько, чтобы пожертвовать ради нее своим завещанием.
— Мне не хотелось быть столь резким, — сказал он. — Но поставьте себя на мое место. Я вдруг узнаю, что мой отец женится и умирает в одну ночь.
Эбби вытерла слезы и несколько раз глубоко вздохнула, в то время как Сибил передала Джеку стакан воды для нее.
— А что было потом, Эбби? — мягко спросил Джек, после того как Эбби выпила воды и успокоилась. Он считал, что будет лучше узнать всю правду сразу.
— Я отправилась в Холл. И когда приехала, мистер Мэйсон сказал, что собирается обедать. А я сказала, что не желаю сидеть с ним за одним столом, потому что считала его виновником смерти моего отца. Тогда он стал упрашивать, чтобы я выпила хотя бы вина. И я выпила, но всего лишь капельку, а потом мне стало нехорошо. Правда, к тому времени я не ела уже несколько дней и подумала, что это у меня от голода. Дальше помню только, как проснулась на другое утро оттого, что плакала какая-то женщина.
— Кто это был? — спросил Джек.
— Это оказалась одна из служанок, работавших в Холле. Я очнулась в какой-то странной спальне, в чужой постели. И тут увидела, что рядом со мной кто-то лежит. Это был Эбенезер Мэйсон. Тогда я еще не знала, что он мертвый, я просто испугалась, с чего это вдруг он оказался рядом со мной. Я выскочила из постели, когда в спальню вошли горничная с домоправительницей. Они-то и сказали, что я вышла замуж за мистера Мэйсона. Я не поверила, потому что ничего такого не помнила, а домоправительница указала на кольцо у меня на пальце. Мне казалось, что все это дурной сон. Потом домоправительница осмотрела мистера Мэйсона и сказала, что он мертв. Я не поверила и хотела было его разбудить, но она меня прогнала… — Эбби взглянула на Хита, который, казалось, был совсем сбит с толку. — Мне жаль, что вы потеряли отца. Я не знаю, отчего он умер, но я не имею к этому никакого отношения, клянусь Богом!
— Тогда зачем вы украли отцовскую лошадь и сбежали? — сердито вопросил он.
Эбби посмотрела на Джека и увидела в его глазах глубокую печаль и разочарование.
— Я в жизни ничего не украла, но мне стало страшно, вдруг меня станут обвинять, что я убила вашего отца. Конечно, мне далеко до идеала добродетели, но я никогда не решилась бы на это, — призналась Эбби, снова заливаясь слезами.
— Знаю, вы бы хотели, чтобы мы вам поверили, — холодно заметил Хит. Он думал об огромном наследстве, которое оставил Эбенезер. Знай Эбби об этом, она разыграла бы комедию получше. Только вряд ли у нее это выгорит — уж он-то не позволит.
Хотя Джек не знал, как ему относиться к истории Эбби, он решительно заявил: