Последний дар жреца

— Отпусти его, Фридрих, — настаивала Изер. — Еще не хватало перебудить весь квартал!
Молодой человек неохотно отпустил Сэма.
— Может, вы мне что-нибудь объясните? — обратился мальчик к Изер. — Я вам уже сказал вчера: шультгейс мне не друг! Он тоже принимает меня за одного из этих бандитов!
— Да конечно, — проворчал <Фридрих. — Ведь он же сам их и послал...
— Фридрих убежден, что советник графа нанял этих людей, чтобы организовать нападение на кладбище, — объяснила Изер.
—      Но ведь советник надеется на вас жениться? — удивленно уточнил Сэм.
—      Он мошенник, — прошипел Фридрих. — Он хотел сломать руку Балтусу, чтобы тот не мог больше писать картины. Если не будет картин, то не будет наград за победу в конкурсе.
—      А если не будет наград за победу в конкурсе, то увеличиваются шансы получить согласие на нашу женитьбу, — договорила Изер. — Он знает, что отец поддерживает этот союз, потому что больше всего на свете хочет, чтобы я ни в чём не испытывала нужды. Но если бы в доме опять появились деньги, он бы снова засомневался.
Значит, шультгейс устроил Балтусу ловушку, чтобы помешать тому участвовать в конкурсе... Так вот почему советник был недоволен появлением Сэма! Неожиданный гость оказался незапланированным пунктом в его плане и едва всё не испортил!
—      А кроме того, — добавил Фридрих, — шультгейс занимается вещами, которые противоречат христианской морали. Я несколько раз был в его лаборатории. То, что он там делает, — это ведь колдовство! Таинственные порошки, старинные книги, банки с мертвыми животными... Нельзя пускать к нему Изер, он сведет ее с ума.
— У вас есть доступ к его лаборатории?
— Я служу лакеем в Принсенхофе — дворце, в котором он живет. Иногда прислуживаю ему в его башне. И когда он работает с этими своими проклятыми металлами, можете мне поверить, дым стоит такой, будто началось светопреставление!
—      Мы там и познакомились, в Принсенхофе, — уточнила Изер. — И с тех пор... С тех пор мы любим друг друга.
Сэмюел вообще-то и сам догадался.
—      И встречаетесь по ночам?
—      Отец слышать не хочет о том, чтобы мы поженились, — с горечью произнесла она. — А у Фридриха, может, и нет богатства, но зато он честный и отважный. Не то что этот выскочка Клугг, шультгейс — он и есть шультгейс!
— Клугг? — воскликнул Сэм. — Так шультгейса зовут Клугг?
— Нуда, а что?
— Но... но тогда вы правы! Это он! Это шультгейс! Он заплатил бандитам, и у меня есть доказательство!
Фридрих смотрел на Сэма так, будто того ужалила змея, от яда которой сходят с ума.
— Он над нами тут что, смеется?
— Изер, вы помните? — взволнованно продолжал Сэм. — Куртка, которую я забрал у одного из разбойников... В подкладке обнаружился тайный карман, а в нем — вексель, подписанный Клуггом. Понимаете, то же самое имя! Он обещал три ливра и двенадцать су за исполнение какого-то поручения. А поручение наверняка и состояло в том, чтобы напасть на вашего отца!
—      Подлый мерзавец! — воскликнул лакей. — Да ведь его за такое...
—      Успокойся, Фридрих, я прошу тебя! А этот вексель, — продолжала Изер с надеждой в голосе, — он у вас? Если мы покажем эту бумагу отцу, то раскроем ему глаза!
—      Увы! Вексель я отдал банкиру Гримальди, — признался Сэм. — Я не мог предположить, что он окажется так важен!
Повисла неловкая пауза. Влюбленные отвели взгляд, виду них был подавленный. Ведь избавление от шультгейса казалось уже таким близким!
— У меня есть одна идея, — заговорил Сэм.
У него в голове всё постепенно прояснялось. Если за нападением стоял Клугг, не мог ли он в тот момент прятаться где-то неподалеку, в лесу, чтобы убедиться в том, что всё пошло по плану? Согласно теории Сэма, когда Камень забрасывает путешественника в другую эпоху, монета должна находиться поблизости. Или, по крайней мере, не слишком далеко... Не было ли у Клугга в тот день с собой монеты?
—      Он работает с металлами, правильно? — уточнил Сэм. — Я видел подсвечник, который он изготовил... А вы случайно не помните, монеты он никогда не делал?
 
—      Производить монеты запрещено, — ответил Фридрих. — Зато я видел у него в лаборатории разные тарелки, медали и много других вещей.
Медали...
— Что вы задумали? — спросила Изер.
— Вам необходимо доказать подлость шультгейса, верно? Я отправлюсь за доказательством прямо к нему в лабораторию. А Фридрих меня туда отведет.
16      АЛХИМИК
— Пс-ст-т!
Сэмюел обернулся. Фридрих стоял на пороге двери в глубине комнаты и подавал ему знак рукой. Среди трех сотен приглашенных в огромном сводчатом зале Принсенхофа их, конечно же, никто не заметил. Штук тридцать портретов, принимающих участие в конкурсе, были развешаны по стенам, но большинство гостей собралось у огромного стола, где слуги в сером и черном (цвета графа) разливали горячее вино со специями. Толпа восторженно зашепталась, когда в зал величественной поступью в окружении советников вошел Филипп Добрый, одетый в блестящую красную мантию, отражающую отблески свечей. Шультгейс стоял в его свите.
—      Пора! — шепнула Изер.
Сэмюел сделал вид, будто любуется картинами, и постепенно двинулся вглубь зала, держа в руках чашку с горячим напитком.
—      Друзья мои, — мелодичным голосом провозгласил граф. — Добро пожаловать в Принсенхоф! Я уверен, что изображатели Брюгге создали удивительные портреты. Давайте же взглянем на их работу, и конкурс начнется!
Раздались возгласы одобрения, и Сэм проскользнул в приоткрытую дверь.
—      На некоторое время все при деле, — шепнул Фридрих. — Пошли!
Они миновали несколько коридоров, пока наконец не дошли до башни, образующей угол дворца.
—      Вот тут живет шультгейс, — сказал Фридрих. — Лестница вниз ведет в кухню, а вверх — в лабораторию.
—      Мы никого тут не встретим?
—      Сейчас все обслуживают прием, даже сам шультгейс.
—      А как мы откроем дверь в лабораторию?
Фридрих потряс железным кольцом, к которому был прикреплен огромный ключ.
—      Прекрасно, — одобрил Сэм. — Лучше тебе остаться здесь, чтобы предупредить меня в случае опасности.
—      Ты не хочешь, чтобы я пошел с тобой?
—      Если нас обоих поймают, будет совсем глупо. Лучше стой на страже, так надежнее. Есть какое-нибудь место, где можно спрятаться, если что-то пойдет не так?
—      Верхний этаж над лабораторией, в самой верхушке башни.
—      Хорошо. Если кто-нибудь появится, беги меня предупредить, вместе спрячемся наверху. Ну а если повезет, то нас не заметят.
—      А как ты собираешься искать доказательство?
—      Что-нибудь придумаю. Мне всё равно еще кое-что нужно оттуда забрать.
Сэмюел бросился вверх по лестнице. На второй лестничной площадке он вставил ключ в огромный замок в форме волчьей пасти, толкнул дверь, и та громко заскрипела. В комнате оказалось не так темно, как он себе представлял, благодаря двум довольно большим слуховым окнам, через которые внутрь проникал свет. Комната была круглой формы — ведь она находилась в башне, — и в ней в невероятном беспорядке громоздились книги, какие-то бутылки, столы, заваленные листами пергамента, чучела птиц, непонятные гравюры... Металлические инструменты свисали с потолка, подобно связкам сосисок, и в воздухе витал устойчивый запах гари — это немного роднило лабораторию с мастерской Балтуса. Перед дымоходом стояла кирпичная печь, в которой Клугг, несомненно, проводил свои опыты. Еще тут обнаружилась полка с чем-то вроде реторты, чтобы дистиллировать спирт, склянки с травами и порошками, банки с маленькими животными — мышами и ящерицами, либо засушенными, либо плававшими в зеленоватой жидкости. Сэм призвал все свои небогатые познания в алхимии: он, например, слышал о философском камне (спасибо Гарри Поттеру!), о производстве золота то ли из свинца, то ли из ртути — вот, собственно, и всё. Придется полагаться на интуицию...