Последний дар жреца
— В четверг по телевизору была отличная передача о городах Европы, — сказал Сэм. — Вы не смотрели? Я просто сфотографировал экран.
— Врешь! Фотография с экрана не получилась бы такой четкой!
— Вы ошибаетесь, Рудольф, у этой камеры очень хорошее разрешение. Два миллиона пикселей, если не ошибаюсь... Вы же всегда выбираете лучшее, правда? А теперь прошу прощения, мне нужно пойти разогреться.
И он поспешил встать из-за стола во избежание дальнейших расспросов...
Когда Сэм вошел в зал, перерыв был еще в полном разгаре. Многие обедали, дожевывая прямо на трибунах свой сэндвич, а участники соревнования разбились на группы рядом с татами.
— Ну ты сегодня молодец! — похвалил Сэма Пит Морет. — Никогда еще не видел тебя на таком подъеме!
— Спасибо!
— Ты знаешь, с кем встречаешься в четверти?
— Я... Я пойду посмотрю.
На самом деле Сэм сначала зашел в раздевалку, потому что увидел рядом с мониторами Монка, а ему совсем не хотелось выслушать от него новую порцию издевательств. Монк рядом с мониторами... От этой мысли у Сэма вдруг потемнело в глазах, пока он мыл руки в туалете. Монк рядом с мониторами! Ну конечно, какой же он идиот!
Сэм быстро надел кимоно и поспешил к судейскому столу. Монк — компьютерный гений, Кэти ведь ему говорила. Именно Монк отвечал за работу компьютеров в спортклубе — и мог запросто подтасовать результаты жеребьевки так, чтобы Сэм прошел несколько туров и в конце концов они обязательно встретились! Может, он нарочно назначил ему слабых соперников... Это объясняло, почему утром у него всё получалось так легко!
— Извините, у вас есть таблица четвертьфинала?
Джонатан Робин, секретарь клуба, послал таблицу на печать, вынул лист из принтера и протянул Сэму:
— Удачи, Фолкнер!
Сэм погрузился в таблицу со стрелками и прямоугольниками. Четвертьфинал А: Джерри Пэкстон против Сэмюела Фолкнера. Уф! Не Монк! И Джерри Пэкстона Сэм знает — не монстр, но крепкого сложения и очень упрямый, проиграть ему будет не позорно! Проиграть и таким образом избежать встречи с Монком! Сэмюел выдохнул и улыбнулся: он станет защищаться не слишком активно — и выйдет из турнира целый и невредимый, но при этом вполне достойно! И пусть Рудольф подавится своими рассуждениями о дисциплине и характере! В худшем случае, если Пэкстон допустит грубую ошибку... Сэм снова заглянул в таблицу: Четвертьфинал В: Милтон Фарли против Рональда Джоли. Значит, в худшем случае в полуфинале он встретится с одним из этих двоих! Жизнь прекрасна при любом раскладе!
Сэм оглядел трибуны, пытаясь обнаружить своего следующего противника. Публика возвращалась в зал, чтобы продолжить смотреть турнир, и многие зрители пересаживались или стояли в проходах, дожидаясь своих друзей. Джерри наверняка тусуется со старшими на северной галерее... И вдруг Сэма будто молнией ударило. Пэкстон действительно оказался на северной трибуне, но он сидел в стороне от остальных ребят, на одном из нижних рядов, и его рука нежно приобнимала за плечи Алисию Тоддс... Его Алисию Тоддс! АЛИСИЯ ТОДДС ЗДЕСЬ! И она встречается с Джерри Пэкстоном!
Сэму пришлось прислониться к рекламному стенду, чтобы не упасть. У него перед глазами снова возник образ Изер и наложился на внешность Алисии в узких джинсах и черной короткой майке с открытым животом. Ее красота освещала весь спортивный зал — Сэм видел это даже с такого расстояния. Пэкстон жадно целовал ее — так, будто она только что приехала, и пальцы их рук нежно переплетались. Сэму показалось, что его сейчас вырвет... От охватившей его радости не осталось и следа, и он почувствовал, как сердце буквально съеживается в груди. Дыхание стало прерывистым, перед глазами всё поплыло. Алисия... Конечно, момент был не самый подходящий, но ему необходимо было с ней поговорить. Между ними существует связь, о существовании которой она даже не догадывается, но эта связь сильнее всего на свете. Сильнее робости Сэма и его страхов... Да, он просто обязан с ней поговорить.
Он, как робот, двинулся в направлении северной трибуны и неловко остановился прямо перед влюбленной парочкой.
— Привет!
Они посмотрели на него, удивленные тем, что кому-то вздумалось их отвлекать.
— Фолкнер? — проворчал Джерри. — Вроде бы начало еще не объявляли?
— Нет, но дело в том...
— Мы с Сэмюелом давно знакомы, — перебила его Алисия голосом, от которого стало хорошо на душе. — Жили раньше по соседству.
Она посмотрела на Сэма, и он не мог прочитать ее взгляд: в нем были одновременно и интерес, и любопытство, и, возможно, немного горечи, но главное — воспоминания, так много воспоминаний! Сэмюел впился ногтями в ладонь, чтобы не заплакать.
— Да ладно, ты знаешь Фолкнера? — удивился Пэкстон. — Ты мне не говорила!
— Мы не виделись уже года три... — ответила Алисия. — Я понятия не имела, что он захочет с нами заговорить! Наверное, это только из-за предстоящего боя...
— Прости меня, — проговорил Сэм. — Я... Я повел себя ужасно глупо. Надо было прийти к тебе и всё объяснить. Но у меня в голове тогда такая каша была! Я виноват... А ты... ты изменилась!
«Ты ужасно красивая, — добавил он про себя, — и наверняка по мне видно, что я по-прежнему в тебя влюблен».
— Надеюсь, это комплимент, — рассмеялась Алисия. — Ты тоже подрос.
Пэкстону надоело слушать их разговор:
— Ладно, Фолкнер, давай! Сейчас на татами разберемся, окей? Лучше пойди пока разогрейся с малышом Моретом, тебе это пригодится.
— Да-да, не буду вам мешать...
Он попятился прочь от трибуны, понимая, что выглядит ужасно глупо. Алисия не отрывала от него взгляда, а Пэкстон провожал презрительной ухмылкой, как бы говоря: «Вали, недомерок, ты до этого еще не дорос! Алисия — моя!»
О том, чтобы сдаться в предстоящем бою, больше не могло быть и речи...
19 «ХАНСОКУ-МАКЕ!»
Поединки финального этапа соревнований проходили на центральном татами. Четвертьфинал младшей категории завершился, и настало время группы 14–16 лет. Сэм, охваченный глухой яростью, немного потренировался с Питом. Время от времени он бросал взгляд на Алисию, но она сидела отвернувшись в другую сторону. Ну ничего, в конце концов она обязательно на него посмотрит.
— Сэмюе-е-е-ел Фолкне-е-ер!
Под шум аплодисментов он вышел на ковер и поклонился сопернику.
— Хаджиме!
Начало схватки было непростым. Сэмюел и Джерри устроили настоящий рукопашный бой, стараясь поймать друг друга за рукав или отворот дзюдоги. Сэм был не намерен сдаваться: шесть веков назад он помог прапрапра...бабушке Алисии Тоддс избавиться от шультгейса, и теперь он не позволит, чтобы над ним насмехались в присутствии прапрапра...внучки Изер! Пэкстон уже несколько раз пытался сбить его с ног, пользуясь собственным весом, но Сэм держался. Он полагался на заносчивость противника и его чрезмерную самоуверенность — Джерри ни на секунду не сомневался в том, что он сильнее! Проблема была в том, что он был выше Сэма сантиметров на пять-шесть, и надо было стараться не подпустить его к себе. Сэм изобразил одну или две атаки — не столько потому, что надеялся заработать на этом очки, сколько из опасения, что иначе его оштрафуют за отсутствие боевого духа. В ходе третьей минуты, когда Сэм уже чувствовал, что подступает усталость, Джерри ослабил защиту: уверенный в своем превосходстве, он выпустил отворот кимоно Сэма, схватил его за воротник и дернул назад, надеясь, что противник потеряет равновесие. Сэм не раздумывая, как молния, завел плечо под руку Пэкстона, одновременно пригнул колени и рванул вперед. Тело Джерри нарисовало в воздухе красивую кривую и рухнуло на ковер. Шарах!
— Иппон! — крикнул арбитр.
Трибуны взорвались дружным воплем. Сэм победил! Он выпрямился, не вполне веря в произошедшее... Бабушка посылала ему воздушные поцелуи, а у Рудольфа вид был такой, как будто он сам проиграл. Двойная победа! На северной трибуне Алисия Тоддс поднялась со своего места. Вот теперь — да, она на него смотрела!