Сказка про попаданца (СИ)

Два капитана в этот поход были назначены уже из расовых инков. Двое лучших, самых опытных, по два года водивших каботажники в Северную Америку. Кстати, надо бы континентам названия придумать. Северная и Южная Инка? А Австралия тогда будет Западной Инкой. Пусть так и называются, не нужны нам никакие Америки.
Второй Азиатской экспедиции предстояло основать торговые фактории в Японии, Корее, Китае, Малайзии, Индии и Индонезии и столичные города-форты в Австралии, Тасмании, Новой Зеландии, Папуа-Новой Гвинее, на Гавайском и Марианском архипелагах.
Появилась возможность застолбить владения не только правом первооткрывателей, так почему бы ей не воспользоваться. Да и торговля с Восточной Азией уже довольно скоро станет намного интереснее европейской.
В январе 1525 года пришло известие о смерти короля Англии и Ирландии Генриха Восьмого Тюдора. Якобы от инфлюэнцы, но с чего бы здоровому (в другой реальности он прожил до 1547-го) и молодому (тридцать три полных года) за три дня умирать от банального гриппа? При том, что больше никто из его окружения инфлюэнцей не заболел. Так не бывает. Это с ума поодиночке сходят, а гриппом болеют все вместе. Сложно ставить диагнозы через океан, но в этом случае почти наверняка произошло убийство — отравление ядом.
Кому выгодно? Да почти всем. Проще перечислить тех, кому это невыгодно. За последние два года своего правления, Генрих Восьмой настроил против себя почти весь английский двор. Кто-то не одобрял его планы о разводе и новом браке — повод-то надуманный, как не крути. Кто-то осуждал беспричинное убийство герцога Саффолка — по-другому неправедный суд над Чарльзом Брэндоном и его казнь почти никто не воспринимал. Кому-то не нравился выбор королём стороны Папы Климента Седьмого, и почти все осуждали беспрецендентное сближение с Московией — «Братский союз» с дикарями, с Ордой.
Причём, союз этот очевидно в пользу Орды. Кампания 1524 года принесла московитам Литву, Силезию, Померанию, Пруссию и Бранденбург, а Англии только город Данциг и войну с Ганзейским союзом, а ведь очень многие теряли из-за этого большие деньги. Деньги, из-за политики Генриха Восьмого, теряли почти все — почти прекратилась торговля с большей и богатейшей частью Священной Римской Империи, поддержавшей Мартина Шестого (Лютера), с Испанией и Бургундскими Нидерландами (владениями Карла Габсбурга), а вот теперь враждебной стала ещё и Ганза. Доходы же от выгоднейшей торговли с Новым Светом получал только сам Генрих Тюдор — этой торговлей монопольно занимался Королевский флот.
Так и получилось, что хоть чем-то недовольными оказались абсолютно все.
— Нет, милейший граф. Инфлюэнца возникает не по астрологическим показаниям — это чушь. Инфлюэнца — вирусная инфекция. Для крепкого и молодого мужчины почти не опасная, не опаснее обычной простуды. Даю девяносто девять процентов на то, что короля Генриха Восьмого отравили. Именно поэтому я вам не рекомендую возвращаться в Англию прямо сейчас.
Сэр Томас Мор, граф Саффолк, на минуту задумался:
— Тогда у меня конфискуют графство, ваше величество.
— Скорее всего. Но потерять только графство всё-таки лучше, чем всё равно его потерять, но уже вместе с головой. Вы хоть представляете себе, какая драка сейчас начнётся в Англии? А ведь именно вас там считают виновным во всём — и в организации преследования герцога Саффолка, и в подстрекательстве короля к разводу, и в лоббировании союза с Русским царством.
— Я не одобрял развода, а тем более не имею отношения к делу Чарльза Брэндона. Всё это время я находился здесь, в Новом Свете, и никак не мог влиять на происходящее в Англии, ваше величество.
— Я это знаю, граф. Только вам это ничем не поможет. Кто бы ни пришёл сейчас к власти в Англии, виновником он назначит вас.
— Вы полагаете, что Екатерину Арагонскую не признают правящей королевой?
— Может и признают, только я ведь про реальную власть говорю. Её возьмёт одна из партий — та партия, которая устранила короля, а потому лучше подготовлена к взятию власти. Впрочем, и Екатерина теперь вряд ли к вам расположена. Не торопитесь, граф. Вас ведь пока не отзывают, вот и не торопитесь. Пока вы здесь — вы очень влиятельная фигура, важный союзник для любой партии, а там вы будете всем мешать. Всем без исключения.
 
— Но ведь рано, или поздно, меня всё равно отзовут.
— Поздно лучше, чем рано, согласитесь. Всякое может случиться. Например — вступление в эту игру русской царицы Марии Тюдор. Я бы такую игру поддержал. Не хотите возглавить её партию, граф?
— Это очень неожиданное предложение, ваше величество. Я должен подумать.
— Думайте, конечно. Торопиться вам сейчас противопоказано.
Двадцать первого марта 1525 года, Савелий и Эль Чоло подвели итоги «первой пятилетки» своей деятельности в Империи Инков.
Перепись населения провели в 1524 году. Подданных императора насчитали двадцать восемь миллионов. За пять лет произошло удвоение. В большинстве за счёт присоединения новых «диких» племён, но и своя внутренняя «цивилизованная» рождаемость дала очень ощутимый прирост. Заметно улучшился и увеличился рацион питания, а это сразу повлияло и на рождаемость, и на выживаемость детей. Да и перенаселённости теперь не допускали.
Каждый год, по нескольку молодых семей уходили из старых посёлков осваивать новые земли. Сотни тысяч людей переселялись на плодородные равнины по обе стороны Анд, а десятки тысяч пополняли население городов — пролетарии ведь экономике тоже очень нужны.
Рост производства внутреннего валового продукта точно посчитать пока невозможно, но примерно, на вскидку, увеличился ВВП раз в шесть-восемь. Естественно, такой темп в дальнейшем сохранить не удастся, его обеспечила созданная с нуля промышленность и ввод в оборот новых сельскохозяйственных культур, но теперь и удвоение за пятилетку будет отличным результатом. Ведь удвоение будет происходить от уже имеющегося, а имеется немало, прямо скажем.
Впрочем, и удвоение — далеко не предел. Войны на своей территории Империи Инков не угрожают, земли для расселения хватит лет на триста, «дикие» племена научились покорять лаской, природные ресурсы колоссальные, а к торговле с Европой скоро добавится торговля с Восточной Азией — рынком в разы большим, чем европейский.
Во внешней политике удалось занять место арбитра. Пусть и не конечной инстанции, но довольно авторитетного. Учитывают интересы и пожелания Империи дружественные: королевства Франция и Португалия, Русское царство, Венецианская республика, Ганзейский союз и даже турки-османы. Англия теперь под вопросом с временным статусом нейтрала. Противники только Испания, в части подконтрольной Карлу Габсбургу, и Священная Римская Империя, в части поддержавшей Антипапу Мартина Шестого.
Им же хуже. Дружественные Империи Инков державы вооружаются новейшими образцами пушек и ружей на все деньги, в расчёте вернуть своё трофеями именно с недружественных государств. Впрочем, недружественные тоже вооружаются, но втридорога, через вторые-третьи руки, а такая торговля разорит их очень быстро. Торговля с Империей Инков всех европейцев, со временем, разорит, но некоторые из них продержатся дольше и успеют стяжать славу военных побед.
Европейцы в Новый Свет едут, как и раньше, только теперь они не колонизаторы, а «эмигранты-гастарбайтеры» со статусом кандидат в полноправные подданные. Землю им дают, но у тех, кто за пять лет не заслужит полноценное подданство лояльностью, примерным поведением и производительным трудом — её заберут обратно, а неудачника вышлют. Высылать теперь есть куда — будут заселяться западные территории, островов с людоедами-аборигенами там навалом.
Перебрался в Маракайбо весь конклав, поддерживающий Папу Климента Седьмого, перебрались из Италии творцы — архитекторы, скульпторы и живописцы. Вместо скромной церкви, начали строить огромный храм, самый большой в мире. По образцу, Базилики Святого Петра из той реальности. Москва ещё не заявилась Третьим Римом, а теперь уже и не заявится. Да и не Москва теперь столица Русского царства, а Царьград, бывший Кёнигсберг. Империей, в этой реальности, Россия станет уже в шестнадцатом веке. Уже стала, хоть и необъявленной пока. Это тоже достижение Савелия и Эль Чоло.