Удачный брак

Я надеялась, по моему лицу не видно было, что я сочла это предательством. Пол пошел выпить с Вэнди Уоллес? После того, как я рассказала ему, как мерзко она себя повела, когда я пришла к ней? Разумеется, это самое настоящее предательство, пусть я и видела, что оно грядет.
— Точно, я забыла, — сказала я Глории. — Передай, пожалуйста, что я заходила.
Я побрела в свой кабинет, чтобы взять кое-какие документы домой. Такое чувство, будто меня ранили. Но не мне судить Пола. Я сама только и делала, что искажала правду: о своем браке, о своей семье, о себе. Но Милли я сказала правду: я не ставила перед собой задачу обманывать.
К началу первого своего учебного года я приехала к ухоженному кампусу Корнеллского университета в нормальном состоянии, но с трудом. К тому моменту я прошла достаточную терапию, чтобы двигаться вперед, но этого было мало, чтобы излечиться в общепринятом смысле слова. Я стояла посреди пустой комнаты в общежитии, куда меня привезли не родители, некому было помочь мне устроиться, некому было поплакать на прощание, и я ощущала, что снова соскальзываю в депрессию с пугающей скоростью. Словно бы где-то притаилась гигантская черная дыра отчаяния, которая засасывала меня. Но потом появилась моя соседка, жизнерадостная блондиночка с огромными невинными глазами и приветливыми родителями. И тут мне на выручку появилась новая версия моей собственной истории — круглая сирота, никто из родственников не сидит в тюрьме. С того момента именно это стало моей правдой.
Эта правда была куда приятнее действительности: папа в конце концов нашел постоянного клиента, который украл его деньги, разрушил бизнес и — как считал папа — убил мою мать, доведя ее до сердечного приступа. Они долго спорили в квартире у того мужика, куда, как доказало обвинение, отец вломился, хотя он настаивал, что поступил так исключительно, чтобы найти доказательства мошенничества. Завязалась борьба, в результате которой тот парень получил удар кухонным ножом в живот. Папа утверждал, что это произошло случайно. Но присяжные ему не поверили, в итоге его признали виновным в предумышленном убийстве и приговорили к двадцати пяти годам в тюрьме. Вот что бывает, если убиваешь кого-то, совершив взлом. Расстроился ли отец? Только я одна знала, что он вернулся вечером домой и как ни в чем не бывало поужинал, поглощая пищу с незаурядным аппетитом. А еще только я одна знаю, что он попросил меня солгать и обеспечить ему алиби. Я вежливо отказалась.
Так что я сказала своей соседке по Корнеллу, что потеряла обоих родителей, а потом то же самое повторила Виктории и Хизер в Пенсильванском, Заку и наконец Сэму. Но он «потерялся» всего лишь на севере штата в исправительном учреждении под названием Эльмира. Перед поступлением на юрфак я на законных основаниях взяла себе девичью фамилию матери, решив, что юридические фирмы могут отнестись предвзято. Так и было, я была права. Как и прокуратура. Я прошла проверку после нескольких раундов пугающих вопросов. Но я ошибалась в своей способности вытеснить правду.
Правда всегда была при мне.
Ожидая лифта, я снова, к своему раздражению, увидела Глорию, которая у глянцевой стойки администратора в дальнем конце помещения говорила с какой-то женщиной. Скорее даже не говорила, а выговаривала. Я без конца жала на кнопку вызова лифта.
— А вот и она! — крикнула Глория в мою сторону, когда я собиралась войти в лифт. Черт. — Привет, Лиззи, к тебе тут Мод.
Когда я повернулась, в мою сторону уже шла подруга Аманды. Она явно была огорчена, и мне совершенно не хотелось с ней общаться. Судя по виноватому выражению ее лица, мне не удалось скрыть неприязни.
— Простите, что вот так вот заявилась, еще и в субботу. Но я оставила вам пару сообщений. Ко мне приходили из прокуратуры… и мне нужно кое-что вам рассказать. Я не думаю, что это может подождать.
Классно.
— Конечно. Без проблем, — соврала я.
— Не могли бы вы вернуться на минутку, чтобы мы могли поговорить?
 
Мы направились обратно в мой кабинет.
— Знаете, я до сегодняшнего дня даже не смотрела на вашу карточку. Я даже не знала, что вы здесь работаете… — Мод махнула поверх плеча в сторону Глории. Я не представляла, откуда они могут быть знакомы, и, честно говоря, не хотела знать. Мне хотелось как можно быстрее выдворить Мод. — Я даже не была уверена, что офис открыт, но попытка не пытка.
— Да, учитывая наш ненормированный рабочий день, нас несложно отыскать, — сказала я. Подразумевалось, что это прозвучит беспечно, но вышло скорее едко.
Я включила свет в кабинете и поставила сумку. Мод слегка шатнуло, когда она села.
— Ой, с вами все в порядке?
— Да. Наверное, сахар, — слабо предположила она. — Я диабетик. Все будет нормально, но нет ли у вас какого-нибудь сока?
— Конечно, — сказала я и метнулась к ближайшему автомату с закусками. Вернувшись, я протянула Мод небольшую бутылочку апельсинового сока. К счастью, ее лицо снова обрело краски. Меньше всего я хотела, чтобы она хлопнулась в обморок прямо у меня в кабинете.
— Спасибо, — сказала Мод и сделала жадный глоток.
— Мне кого-то вызвать?
В идеале кого-то, кто заберет вас домой, чтобы не надо было продолжать беседу. Я уже решила, что не стану упоминать о галлюцинациях Аманды, пока не пойму, что вообще с этим делать. Но меня так и тянуло спросить Мод, раз уж она тут. Может, она что-то заметила.
— Нет, все в порядке, — ответила она.
— Вы сказали, что к вам приходили из прокуратуры, — осторожно начала я. — А вы не запомнили имя?
— Все та же Вэнди Уоллес, — сказала Мод. — Она такая… грозная.
Не самые плохие новости для Зака. Раз Вэнди решилась лично нанести визит, значит, она хоть немного, но обеспокоена своим делом.
— А что именно она сказала?
— Ну, я рассказала, что мы с Заком были вместе… — промямлила Мод, и теперь сразу становилось понятно, что она врет. — А она заявила, что если я скажу это под присягой, то она лично позаботится, чтобы меня на год упекли за решетку.
— То есть она имеет в виду, что вы лжете. — Я постаралась выразиться дипломатично.
— Видимо, да, — сказала Мод, хотя ее это не особенно утешило. — Но она еще упомянула о нашей вечеринке, мол, мы с Себом становимся соучастниками убийства. Она сказала, что родные Аманды засудят нас за причинение смерти по неосторожности.
— Ну, для начала вы не можете считаться соучастниками преступления, поскольку вечеринка имела место до того, как она погибла. У Аманды нет родных, так что гражданский иск маловероятен. Вэнди Уоллес блефует. А что касается лжесвидетельства, то вы еще и присягу-то не давали, — сказала я, хотя и не сомневалась, что с радостью бы уцепилась за алиби от Мод, если бы не могла иначе освободиться от дела, хотя у меня и имелись неподтвержденные сомнения относительно правдивости ее слов. Вот в кого я превратилась благодаря Заку: согласна подстрекать свидетельницу к даче ложных показаний, даже не удостоверившись наверняка, что занимаюсь именно этим. — Так что пока вам не о чем беспокоиться.
— Хорошо, — сказала Мод, но без особого облегчения. Когда она сжала губы, ее рот дрогнул. — Если честно, я тут из-за Себа.
Себа? Если Аманда и впрямь отправилась с кем-то наверх, как предположила Вэнди Уоллес на слушаниях, мог ли это быть Себ? Он очень привлекателен, и они с Мод предположительно практикуют секс с другими партнерами. Это их вечеринка. Я подалась вперед и схватилась за край стола.
— Что вы имеете в виду?
На какое-то мгновение мне показалось, что Мод сейчас зарыдает, но она скривилась и закрыла глаза. Черт побери. Неужели Себ прикончил Аманду? Такое возможно?
— Себ убедил меня, что нужно прийти и рассказать вам правду, — наконец произнесла она. Я схватилась за стол покрепче. — Я не была с Заком в тот вечер.
— Ох. — Это было все, на что я способна. Мод только что лишила меня единственного, что у меня имелось в весьма небогатом арсенале защиты — алиби Зака.