Сейчас или никогда (СИ)

Он был каким-то дерганным, суетился. Он подошел к ней, протягивая повязку на глаза.
— Что это? — ей все больше не нравилась вся сложившаяся ситуация.
— Надень, пожалуйста.
— Я не хочу. Меня это всё уже напрягает.
— Да не буду я с тобой ничего делать. Просто надень.
Она с сомнением смотрела на этот кусок ткани в руке Саши, и, не зная толком зачем, но взяла эту маску и надела себе на глаза. Она услышала, как щелкнул багажник и как Саша что-то оттуда достал.
— Надеюсь, это не лопата. Ты меня пугаешь.
— Ха-ха. Тебе не о чем переживать, — он вел её за руку куда-то, сквозь маску в полумраке уже ничего не было видно.
— Ты слишком часто это повторяешь.
— Аккуратно, — он обхватил её за талию, под ногами она почувствовала камни. По звукам вокруг она смогла понять только одно — рядом плещутся волны о камни, и они в где-то богом забытом месте.
Откуда в ней была такая в нем уверенность, сложно сказать, потому что её не было. Её успокаивала мысль, что странно дважды спасать свою жертву от гибели, хотя может ему самому хотелось прервать её жизнь.
«Надо было хоть кому-нибудь написать, где я. Почему хорошие мысли приходят так поздно!»
— Пришли. Подожди, — он куда-то отошел, Карина стояла, не двигаясь и не издавая ни единого звука, пытаясь прислушаться, что же он делает, но шум прибоя заглушал всё вокруг. — Всё. Открывай.
От увиденного у Карины перехватило дыхание. Камни вокруг образовывали подобие пирса, но были достаточно высоко выложены, чтобы вода не достигала их и не затапливала. Млечный путь яркой полосой делил небо на две части, а вокруг сияли миллионы звезд, которые не охватить одним взглядом. Она никогда не видела такого неба.
— Я хотел показать тебе это место, — голос Саши вывел её из транса и она, наконец, заметила, что он пришел сюда не с пустыми руками, а с корзинкой для пикника и парочкой пледов.
— Саш, это безумно красиво!
Карина боялась пошевелиться, будто это сон, что сложно спугнуть неловким движением. На глазах от такой красоты невольно навернулись слёзы.
— Ты чего? Умоляю, только не плачь.
Он моментально оказался рядом, притянул к себе и крепко обнял, зарываясь лицом в её волосы. Карина ощущала, как бешено бьется его сердце. Она же не могла остановить слезы, лишь сильнее прижалась. Ей было так тепло, так уютно, как не было никогда. Весь мир остановился для них. Только звезды были свидетелями зарождения какого-то нового, неизвестного ранее ей чувства: безопасности.
— Если мы так будем стоять, то точно замерзнем. Пойдем хотя бы сядем, — живот Карины заурчал невероятно громко. — И ты, кажется, хочешь есть.
— Да. Ты прав. Что-то я расчувствовалась от такой красоты, — Карина утерла слезы, радуясь тому, что сегодня не красилась.
Она с жадность набросилась на еду, Саша смотрел на неё и умилялся её аппетиту.
— Я что-то не подумал, что ты будешь настолько голодной, поэтому не взял ничего серьезного.
— Нифего фтфафного, — Карина даже не пыталась прожевывать пищу.
«Если не поем — точно умру прямо здесь».
— Млечный путь сложно увидеть. Осень — отличное время. Только смотреть надо из такого вот темного и отдаленного от города места. Я так рад, что мы успели, — он завороженно смотрел на небо, свесив ноги с камней навстречу воде.
— Ты каждую девушку сюда приводишь? — Карина сразу же пожалела о своем вопросе, но сказанного не воротишь.
— Конечно. А за углом я их потом закапываю.
Карина подавилась последним куском бутерброда. Хорошенько откашлявшись, она посмотрела на Сашу и в голос рассмеялась.
— Ну у тебя и шутки!
Он протянул руку к её лицу, убирая крошки с губ легким, едва ощущаемым движением. Карину пробрала дрожь. Вокруг море, звезды, и только они одни. Саша начал было убирать руку, но Карина перехватила её и сцепила их пальцы в замок. Она боялась дышать и смотреть на него. На смену нежности в его глазах вспыхнула страсть, его взгляд обжигал кожу. Она видела, как он смотрит то на её губы, то на шею, то опять в глаза. Она ощущала себя кроликом перед сильным львом, только этот кролик очень хотел, чтобы его съели.
 
Они одновременно подались вперед, словно были отражением друг друга в зеркале, и слились в страстном и желанном поцелуе. Она покусывала его нижнюю губу, отчего тот становился только напористее. Их языки сплетались снова и снова, заставляя каждого желать больше. Она запустила руки ему в волосы, Саша изучал руками её спину, бедра. В какой-то момент, она просто села на него сверху, ощущая, насколько серьезны его намерения на её счет. Он сжимал её бедра так, что, сжав сильнее, она ощутила бы боль, но он не позволял себе этого. Карине хотелось, чтобы она не переставал её касаться никогда. Она перешла с губ на его шею, вдыхая тот самый аромат, что опьянял её каждый раз, провела носом до уха и прикусила мочку. Саша издал сдавленный стон.
— Карина, подожди, — Саша попытался отстраниться. — Карина, минуту.
Она отстранилась, еле дыша, раскрасневшаяся, с недоумением смотрела на него.
— У меня телефон вибрирует в заднем кармане. Немного отвлекает, — она слезла с него, переводя дыхание. Карине было жарко, и он стала обмахивать себя пластиковой тарелкой. В ночной тишине она могла слышать, что говорит звонивший.
— Да?
— Сан Саныч, девочки, в общем, закончили. Но сказали, что там хозяин пришел. И он их выгнал, не заплатил, — Карина напряглась, пытаясь понять, о чем речь.
— Я понял. Спасибо. Я им сам заплачу.
— Хорошо. Тогда до связи.
Саша выглядел напряженно, он встряхнул головой и сразу же встал.
— Что случилось?
— Кажется, твой муж пришел на квартиру.
— Давид? — Карина не на шутку испугалась. — Но зачем?
— Я не знаю, но одну я тебя домой не отпущу.
  
Глава 11
 
У меня был целый день в запасе, чтобы побыть наедине и подумать. Работа не слишком этому способствовала. Выходные закончились, отгулы тоже. Размяв все свои кости небольшой зарядкой, я сварила себе ароматного кофе и упала на рабочее место.
За день моего отсутствия фирма не развалилась, и слава богу. Работодатели часто любят пугать фразами в духе «незаменимых нет», но каждый раз почему-то для них дикий стресс, когда какой-то из сотрудников увольняется. Сначала ведут себя к нам как скоты, затем плачутся, а чего это мы такие обидчивые.
Проведя пару часов за компьютером, разбирая чертежи и графики, я психанула. Открыла сайт с вакансиями и выкинула своё резюме в сеть. Это то, что я могла сделать прямо сейчас и то, что точно было в моей власти изменить. Сообщила о своем импульсивном действии мужу.
Вы: Я разместила резюме.
Саша: О как!
Вы: Не могу больше тут работать, каждый день одно и то же, и за копейки.
Саша: Ну и правильно. Ты явно сильно устаешь там.
Я пыталась подобрать слова, но в итоге написала Саше самую банальную фразу, которая только существует.
Вы: Мы можем сегодня серьезно поговорить?
Саша: Хочешь я приеду сейчас?
Я не стала отказываться. Так редко получается поговорить не при ребенке, и, если он готов это сделать сейчас, лучше не откладывать. Я не могла сидеть на месте, ходила из угла в угол. Чтобы как-то успокоить нервы и занять время, помыла посуду, протерла стол, еще раз сварила кофе, распушила вчерашние цветы, десять раз их переставила. Хотелось сделать пространство вокруг таким, чтобы ничего не отвлекало и лишний раз не отвлекало.
Я сидела за столом на кухне, прокручивая обручальное кольцо на пальце. Я часто так делала, когда хотела вспомнить причины, почему я за него вышла. Но причин не находилось. Разве они нужны? Я хотела связать с этим человеком всю свою жизнь. У нас часто возникают споры по разным вопросам, но мы всегда приходили к единому знаменателю. Но всё поменялось с рождением Вероники. Он как будто стал на ней зациклен, отодвигая меня на второй план.
Если раньше я могла себе позволить различные вольности, будь то гуляния до утра, спонтанная поездка с подругами на море, задержки на работе, различные хобби, отнимающие много времени и прочее, то теперь мне всё время приходилось сдерживаться. Сложно держать себя в ресурсе, когда нет того, чтобы тебя наполняло. Для Саши семья — смысл жизни, она его мотивирует и превозносит, для меня же… Что ни подумаю, звучит так, будто я чёртова эгоистка.