Недоучка

По большому счету смотреть было не на что. Рутина! В диспетчерской – месте проведения селекторного совещания – до сих пор не выветрился электрический запах начальственного гнева. Кабинеты директора и зама закрыты и поставлены на электронные печати. Из рекреации, находившейся рядом с аналитическим отделом, исходил тонкий аромат свеженарезанных фруктов, явно привезенных с чужой планеты, и волнительное амбре выдержанного алкоголя.
«Странно. Кто это сегодня посиделки устраивает?»
Внезапно заработал коммуникатор на руке. Жерес нажал кнопку приема. Голос начальника спросил:
– Кой?
– Слушаю, шеф.
– У ворот входного периметра сотруднику внешней охраны предъявили жетон охотника. Предъявивший его молодой человек хочет перейти через Врата на другую планету. Пойди встреть его и проводи ко мне в кабинет.
– Слушаюсь, шеф.
В это же время в комплексных зданиях бодрствовала не одна только служба безопасности. Помимо персонала Крута, занимавшего цокольный этаж второго комплексного здания, на втором этаже зависли комиссары, прибывшие на планету Ясунь с проверкой, но ни те ни другие друг другу не мешали, они даже пересекались редко: безопасники работали с живыми особями цивилизованных миров, а комиссары корпели в архивах.
Крут нередко использовал в своей работе детектор лжи. Цель такой процедуры проста как мир. Прибывших к новому месту чиновников он проверял на предмет прошлых делишек, старожилов, владеющих конфиденциальной информацией, пытал о ее целостности и сохранности. При проведении служебных расследований он, естественно, тоже использовал допросную.
Детектор представлял собой небольшое помещение, в котором, для того чтоб вытянуть из подозреваемого правду, не требовалось обматывать его проводами. Оператор всего лишь проводит собеседование, между делом задавая нужные Круту вопросы, ну а сам он, сидя в тесной кладовке, смотрит через зеркало на испытуемого, наблюдая за индикатором прибора и сектором процента правдивых ответов.
Детектор лжи не читает мысли и не может узнавать о сокровенных тайнах кого-либо, он только фиксирует физиологические показатели при ответах на задаваемые вопросы. А жаль! Крут вздохнул по поводу своего бессилия в таком нужном деле.
Но жаловаться было грех. Рядом с ним сидел мозгоправ, получающий зарплату в полтора раза выше, чем его непосредственный начальник. Вот он-то как раз в особых случаях и подключался к работе, когда детектор не давал полной картины и требовалось прояснить какие-то моменты.
Валькарник – человекоподобное существо с планеты Гартара системы Горгона. На человека он похож весьма отдаленно, разве что теплокровный. В остальном – заросший шерстью лилипут с большой головой. Он первым и подал сигнал тревоги, обратив внимание на то, что парнишка не тот, за кого хочет себя выдать.
Время для проверки было. В связи с большим потреблением энергии и малым потоком посетителей планеты Ясунь начальство приняло решение держать переход открытым всего два часа в сутки. А за сутки Крут мог из кого угодно душу вытрясти.
«Так в чем же нехорошем замешан этот молодой представитель гуманоидной расы?»
По связи он вызвал Оника, дежурившего сегодня в таможенной зоне.
– Занеси в допросную два стакана сока. Молодому человеку – заряженного.
– Будет сделано!
– Поторопись, а то ведь парень ушлый попался. Сдается, что чувствует подвох.
От непрерывного часового общения у парня, видать, горло пересохло, а потому, жадно выпив предложенный сок сморовца, он вырубился за считаные секунды.
– Валькарник, – обратился Крут к гартарианину. – Теперь он твой. Жду результатов…
* * *
Прибыть и встрять в подобную ситуацию Мунку Кха Руабу было не привыкать: как-никак вторая сотня лет жизни пошла с того момента, когда он из клерка среднего звена выбрался в советники. Третий месяц шла проверка планеты уровня четвертого класса, и результаты ее оставляли желать лучшего. Проверялось все: управление, религия, торговля, строй, но в основном – развитие молодой цивилизации. Как говорится, аборигенам пинка в нужном направлении дали, скорость полета подкорректировали, а по прошествии некоторого времени проверяют. Только вот проверять пока особо нечего: народы на континентах развивают сами себя ни шатко ни валко – как их местные боги на душу положат.
 
Планета сравнительно новая, населена мыслящими существами пятого порядка и аналогична множеству планет в двух десятках миров. После его инспекции и соответствующих выводов там, на самом верху, решат, в каком направлении продвигать развитие молодой цивилизации и стоит ли вообще продвигать. Может случиться и так, что после ознакомления с предоставленными материалами планету превратят в очередной отстойник душ.
Исходя из этого, советнику приходилось дозированно активировать происходившие в разных реальностях процессы, поэтому к своему предшественнику, проводившему проверку более пяти сотен лет назад, у нынешнего проверяющего были большие нарекания. «Эх, предшественник! Твоя вина!»
А уж предшественник – невооруженным взглядом видно было – местными реалиями особо не заморачивался. В пущенном в ход этнографическом материале узнавались бывшие в употреблении верования с какой-то другой, отсталой планеты. С какой? Мифология с множественным числом богов сомнительного качества, явно взятых из легенд чужой планеты. За уши притянуты.
Например, боги Белобог и Чернобог. У ясунцев, проживающих на этом континенте, был лишь Черно-бог, точных данных о Белобоге до недавних пор не было. Теперь он прочно угнездился в умах аборигенов, созданный на основе белого диска полярного сола, а Чернобог – на основе бога Чора, сола мира мертвых. Ну ладно! Советник Гачик Хурмян навязал культ бога Кола – пусть, здесь хоть все ясно. Рода – родственники, родные! Проекту развития подобное не противоречит, в любом случае поначалу основной упор на семью делается. Это когда стадо неадекватных млекопитающих, отличных по умственному развитию от остальных, населяющих планету особей, превращается в общество – род. Выводы? Значит, приемлемо.
Как отрицательный элемент в проделанной предшественником работе – искусственно созданный пантеон повлек за собой отказ от верований в отцов, в частном случае Создателей, заменив их на оккупантов чужого мифотворчества. Но это не единственный перекос в развитии цивилизационного процесса. У Хурмяна и его команды получилось обожествить деревья и между делом заселить планету генетическим шлаком, разнородных особей которого местные называют нежитью.
Зачем это ему было нужно? Теперь уж и не узнаешь, пять сотен лет канули в никуда. Вернуться к истокам баловства советника Гачика начальник сектора запретил. Что-либо менять на двух других континентах планеты тоже посчитали нецелесообразным. Теперь и храм Единого останется неприкосновенным. Но в ситуации с ним лет через пятьсот веру в него можно будет хотя бы подкорректировать, подогнать под Создателей. «Получится, нет? Есть ли случаи исправления подобного творческого идиотизма?»
– Аркон, – позвал он одного из помощников. – Прогони ситуационно программу развития планеты через компьютер. Хотелось бы знать, какой аналог может получиться из подобной мешанины верований и политических устремлений аборигенов.
Аркон ввел предоставленные шефом данные. «Железо» в считаные секунды разложило ситуацию на атомы и выплюнуло на экран результат.
Советник поморщился, читая неутешительный вывод электронного мозга:
– Земля. Планета-отстойник.
Выругался. Ну и зачем он столько дней корпел, проверяя множество реальностей Ясуни?
Объявил команде:
– Сегодня переход уже закрыт, но это даже к лучшему. Есть время для сборов. Завтра с утра возвращаемся в секторальную штаб-квартиру.
Отвлекся, задумавшись. Мысли о проделанной целой командой работе, как оказалось, помноженной на ноль, не прибавили положительных эмоций и без того пребывающему в неважном настроении советнику Кха Руабу.
«Однако груз ответственности с каждым прожитым десятилетием становится все тяжелей. Своими позитивно-дутыми отчетами некоторые чиновники высокого ранга вводят координаторов секторов в заблуждение. Те, в свою очередь, отчитываются перед вышестоящими. В конечном результате во Вселенной рождаются вот такие вот отстойники, для очистки которых приходится тратить колоссальную энергию, выброс которой порождает черные дыры».