Князь Рысев 2 (СИ)
Но колоться он не хотел. Несмотря на все, я чуял, что поганец прячет в недрах головы пару-тройку тайн, о которых не расскажет никогда и ни при каких обстоятельствах.
Я присел на корточки, склонился над ним, выдохнул, посмотрев в сторону.
Наверное, пришла пора играть немного иначе.
— Ночка тебе кто?
— Что? — Вопрос его одновременно и удивил, и напугал. Майка правильно поняла, что давить в первую очередь стоит на девчонку, чтобы получить, что нам надо. Биска как будто знала об этом с самого начала, но молчала. Уверен, спроси я ее об этом, она лишь пожмет плечами и скажет, что не ее дело рассказывать нам, как и что устроено в преисподней. Да и еще кому! Наглому эксплуататору!
То, что она сама держала в плену своего младшего и слабого собрата, ее нисколечко не смущало. Словно где-то внутри нее был особый перечень особых понятий о свободе.
— Ну девчонка, велес.
Я лишь краем глаза глянул себе за спину. Одно лишь упоминание о ней заставило Майку вздрогнуть. Огненная дочь Тармаевых норовила впасть в какой-то свой, одной ей доступный транс. Я же сделал себе пометку, что неплохо было бы заняться тем, чтобы изучить способности — ее и Биски. Чтобы хотя бы знать, кто и на что способен. До сих пор я давал своим девчонкам полную свободу действий, а если хочу вписаться в эту большую игру с офицерами и подчиненными, надо хоть что-то менять.
— Не трогайте ее!
— Мы ей даже поможем. — Я врал и не краснел. Меня терзали большие сомнения, что там можно было хоть что-то сделать. Но жизнь подчас оказывалась той еще сукой и завсегда была рада напомнить, что чтобы иногда остаться человеком, надо не по-человечески и беспощадно врать. — Это твоя дочь?
Мое предположение в тот же миг разбилось о фырканье Биски. Будто ее удивляла сама мысль, что мне мог прийти в голову подобный бред. Значит, не дочь. Ну не сестра же, верно?
— Мне казалось, что чертям дай только волю, так они замучают-задавят всякого, кого только поймают. Откуда такое, кхм, человеколюбие?
— Ты помнишь сказку про аленький цветочек? — вдруг спросила меня дьяволица. Я кивнул в ответ.
— Думаешь, он сам разросся до таких размеров? Жрал, как не в себя?
Дьяволица кивнула на корчившегося под ее ногами грешонка. Сейчас он уже не выглядел столь массивным, что часом ранее. Уверенность и самолюбие сменились визгливым, жалким заискиванием — словно вместе с частью потрохов Биске удалось вырвать у него с корнем и все самоуважение.
Я же ждал, что чертовка скажет дальше. Дивясь моей непонятливости, она выдохнула и покачала головой.
— Попался же бестолковый на мою голову. Она что-то вроде его аленького цветочка. Он питался ее грехами. И питается до сих пор, оттого и сумел стать настолько… отвратительным, верно, Иоганн? Нравится под моим копытом? Я хочу почуять на нем твой крохотный, лживый язычок! — Она вновь придавила его, заставляя делать все, что только ей захочется.
— Ее грехами? — Я указал большим пальцем себе за спину, не скрывая сомнений. Казалось, что если у нее какие грехи и были, то разве что с гулькин хрен. — Ей же едва восемнадцать!
Я только что понял, что Майка, по самой сути, жестоко пытала ребенка. Захотелось вернуть все и остановить ее до того, как она натворит глупостей.
— Много ты о восемнадцатилетних знаешь, — не менее зло, чем прежде, фыркнула Биска.
— Ладно, допустим. Если у него все было так прекрасно и он мог расти, сколько влезет, зачем ему потребовалось на кого-то работать? Чтобы защитить ее? Правильно, Иоганн?
На этот раз он мне не ответил. Что ж, его осознанный выбор, я же продолжил:
— Тебе ведь уже терять нечего, верно? Биска вернула тебя к тому состоянию, в котором ты был много… дней, лет? Не знаю, кучу времени назад, верно. Но ты все еще жаждешь, чтобы мы ее не добивали. И молчишь.
— Я рассказал все, что знаю! — выплюнул бесенок, теряя последние остатки воли. Где-то на грани его крохотной тушки перла со всех сторон детская, ничем не прикрытая истерика — будто он сейчас плюхнется на пятую точку и изойдет на нет слезами.
— Не все, — поправил его. — Я просил от тебя назвать имена тех, кто заставил тебя бегать по адресам и уничтожать компрометирующие улики. Ты сказал при первой нашей встрече, что хотел встретиться со мной. Значит, у твоих хозяев были четкие инструкции насчет меня?
Я опустил к нему оттопыренный мизинец, будто предлагая прямо здесь и сейчас примириться. Святочертый моего жеста не оценил, скорее всего, даже не понял.
— Давай сделаем так. Ты расскажешь мне все, что знаешь. Я мог бы убить тебя…
— Болезненно, — заверила Биска, хищно ухмыльнувшись. Она как будто уже представляла, какой аттракцион мучений сможет ему устроить. Иоганн сглотнул.
— Но оставлю тебя в живых. Накажу Биске, чтобы она держала тебя… в приемлемых условиях. И как-нибудь, но окажем помощь твоей девчонке. Договорились?
Словно у младенца, его глазенки заблестели, я же поймал на себе недоумевающий взгляд дьяволицы. Подобные пакты ей точно не нравились. Грешонок вцепился в мой палец, отдаваясь на откуп сплошному доверию.
— Если так… обещаешь? Слово даешь?
— Мамой клянусь! Ну, говори же.
Он выдохнул. Где-то внутри этого порося по-прежнему боролось желание остаться верным до конца, пусть даже и ценой жутких унижений. На мою радость, победило иное.
— Ладно, раз так, тогда слушай. — Иоганн мерзко захрюкал. — Дня три тому назад мне велели передать деньги и письмо эльфианцу, что тут жил. Догадываюсь, что ты уже встретился с ним. Вероятно, его постигла печальная участь.
— Деньги сам передавал? — спросил я, он отрицательно затряс головой.
— Через Ночку. Другие меня не видят, для этого требуется быть либо темным магом, либо меченным преисподней. Ты же знаешь и сам.
Я кивнул в подтверждение его слов. А Биска-то говорила — аленький цветочек! Выходит, девчонка нужна ему еще и для ведения дел? Вполне удобно получалось: мило выглядящая девочка-коровка, в которой никто не заподозрит дурного. Большая грудь, крепкое телосложение — мало ли, зачем девица время от времени наведывается в притоны, подобных тому, где жил эльфианец? А если что, она сможет о себе позаботиться. Не думаю, что кто-то в здравом уме решит связываться с огненным магом, едва только увидит ее фокусы. Сарказм внутри усмехнулся, кивая на обугленную тушку, мол, девчонка, может быть, и выглядит простой, как три копейки, но вряд ли в живых оставались те, кто успевал встать у нее на пути. Не будь с нами Майи, кто сумел бы отвести ее первый удар? Что-то подсказывало, что выжила бы после него разве что Биска, но уж точно не я.
— Хорошо, — кивнул, — продолжай. Ты ведь наверняка не к каждому в посыльные нанимаешься, верно? Хорошо за такое платят чертям? И чем?
— Душами, — ответила за него Биска прежде, чем он успел разинуть свой поганый рот. Отвернулась, будто мысль о подобной плате была ей неприятна и противна. Я же лишь пожал плечами — раз Иоганн не опровергает ее утверждение, скорее всего, так оно и есть. Спрашивать, зачем демону нужны души, зря слова по ветру трепать; тут уж и ребенок догадается.
— Те, кто желал тебя убить, состоятельные люди. — Он как будто решил идти издалека. Будто даже уменьшившись до размеров простого грешонка, все еще таил попросту меня запугать.
— Говори яснее. — Я нахмурился, не собираясь позволять ему подобной глупости. Биска даже без моего знака придавила поганца, потом еще раз и еще. Лицо дьяволицы светилось самой настоящей неподдельной радостью. Неужели это в самом деле так здорово — давить сородичей?
И кто эти самые состоятельные люди? Уж не Евсеевы ли? Если рукой моей так называемой сестры было написано письмо, в котором меня требовали самым банальным образом убить…
Святочертый сдавленно хрюкнул, прежде чем ответил.
— Они состоятельные, но не благородные, — выпалил он.
Я едва не подавился от возмущения, но лишь кивнул, соглашаясь с его доводами. Правда, если так, то это выводило моих кровников из-под подозрения. Или же, как раз наоборот, только подтверждало их участие в заговоре? Через третье лицо, дабы не светиться…