Феникс (СИ)

И у меня почти получилось проскользнуть бесследно, но в последний момент, после облегченного выдоха, мою скромную персону всё же заметили. Стараясь не обращать внимания, я пошла дальше.
— Ты глухая, куколка? — прилетело уже более грозное, нежели было несколько секунд назад.
— Оставь её в покое. — попытался утихомирить буйного друг.
— Отвали!
Не обращая внимания на их баталии, я шла дальше, мечтая, как можно скорее добраться до дома. Было желание перейти на бег, но привлекать такое внимание своим страхом я не хотела.
— Нехорошо игнорировать людей, куколка. — только я облегченно выдохнула, как меня рванули за руку, разворачивая на 180 градусов. Сердце от такого аттракциона глухо ушло в пятки, позабыв о своих рабочих функциях. — Я за это наказываю. — сжал мою конечность, остервенело смотря в глаза.
— Отвали. — наконец вышла из ступора и, резко рванув, освободила ноющую руку из лап этого сумасшедшего.
— Не рыпайся! — рыкнул и снова двинулся на меня, но я успела отскочить. Но вот незадача, спиной уперлась в кого-то. Такого твердого, стального и непрошибаемого. От нахлынувшего страха инстинктивно сжалась, приготовившись к ужасному.
— Тебе ясно дали понять, ублюдок, отвали. — послышался рокочущий грубый бас, вызвав в душе смешанные чувства.
— Пошёл к чёрту, к….
Договорить тот не успел. Скала, что стояла позади меня, резко закрыла меня своей широкой спиной, схватив паренька за грудки. Без малейших усилий он поднял его воздух, рыкнув почти нечеловеческим голосом.
— Только после тебя!
Я не знаю, что происходило за моей защитой, но кажется, было что-то опасное, ведь после доли секунды в крепких тисках громилы, нападавший ломанулся от него как от чумы. Как от чего-то опасного, страшного, ужасного.
— Я тебе говорил, не ходить в одиночку. — послышалось рокочущее. — У тебя инстинкт самосохранения напрочь отсутствует? — скала повернулась ко мне, напугав своим хищным выражением лица до чёртиков.
— Пошел ты! — рыкнула спустя долю секунды шока и, развернувшись, полетела в сторону дома.
— Вот так и нужно было действовать пару минут назад.
— Что тебе нужно? — резко развернулась, врезавшись в тёмные глаза. — Ты следишь за мной?
— Ты слишком высокого мнения о себе.
— Козёл. — негромко процедила сквозь зубы и, развернувшись, направилась дальше, но мертвая хватка, сковавшая мою руку в том же месте, что и тот тип несколько минут назад, остановила меня.
— Не смей поворачиваться ко мне спиной, пока я с тобой разговариваю. — резко рванул меня на себя, впечатав спиной в твёрдую грудь. Большая ладонь окутала шею, напугав этим жестом до ужаса, но это были цветочки, ибо горячее дыхание, опалившее ухо, вообще выбило землю из-под ног. — Я ведь тебя предупреждал сидеть дома. — от низкого шёпота по телу потекли всполохи искр, вытворяя со мной настоящее безумие.
— Тебя забыла спросить! — рыкнула в ответ, пытаясь вырваться, но он меня ещё сильнее прижал к себе. — Отпусти. — хотела произнести угрожающе, но вышло так слабо и уже на грани истерики, что самой стало противно за себя. Склизкий страх блуждал по телу, отравляя меня своими щупальцами.
На удивление, удерживать меня никто не стал. Как только эта фраза слетела с губ, мужчина резко убрал руку с моей шеи и немного отстранился, но отходить не спешил. Я спиной чувствовала, как окаменело его тело, как тяжело вздымалась грудь, но продолжала стоять рядом, не решаясь делать шага.
Странное ощущение не давало действовать. С одной стороны, мужчина пугал меня до чёртиков всем своим видом, но с другой, как бы парадоксально это не звучало, казался островком защиты. Рядом с ним я чувствовала себя в безопасности. Он казался надежным.
— Пошли. Я провожу. — бросил сухо, обходя с боку и подталкивая меня вперед.
— Мне не нужна сторожевая собака.
— Тебя забыл спросить. — ответил моей же монетой, не обратив внимания на колкость. Или просто её проглотил.
Делать было нечего, пришлось идти бок о бок с этой пугающей скалой, искоса поглядывая на резкие немного устрашающие черты лица. Мужчина снова раз за разом скуривал сигареты, удушая меня едким дымом. Хорошо хоть до дома идти оставалось всего пару минут. Эта мысль немного взбодрила.
 
Остановившись, я всего на долю секунды задержала взгляд на спутнике, а после пошла к двери. Около неё остановилась, вспомнив, что так и не поблагодарила за помощь. Совесть превыше гордости. Тяжело вздохнув, обернулась к мужчине.
— Спасибо за…
— Не благодари. — грубо перебил меня, подкуривая новую порцию сигареты.
— Тебя забыла спросить! Какой же ты…
— Какой?
— Несносный!
— Ты еще хорошего мнения обо мне. — хмыкнул, выпуская из ноздрей клубы дыма.
— Невыносимый, высокомерный и… — закончить «ласкательную» беседу я не успела. Дверь неожиданно распахнулась, из-за чего меня немного задела.
— Ленни, дочка, вот ты где! — послышался взволнованный голос папы. — Я столько раз тебе звонил, думал, уже что случилось.
— Прости, пап, возникли небольшие трудности. — и взгляд отца тут же устремился на эти «трудности».
— А вы…
— Не важно, папа. Он уже уходит.
— Эш… — мужчина осекся, прочищая горло, словно ему сложно было говорить. — Ваша дочь права, это не важно. Всего доброго. — и на этой ноте, не обратив внимания на наши вопрошающие взгляды, он развернулся и хотел уйти, но тут же повернулся обратно. — Присматривайте за ней лучше, я не всегда смогу быть рядом. — а вот от этого вообще впали в ступор. Даже папа не нашёлся, что сказать.
Мужчина же бегло посмотрел в мою сторону, а после развернулся и пошёл прочь от дома.
— Ленни, кто это был?
«Мой чокнутый ангел-хранитель!»— хотелось так ответить папе, но я сдержалась.
— Мой знакомый. Встретились около магазина, он и предложил проводить. — половину правды скрыла, не желая беспокоить папу. — Идём внутрь.
На этой ноте мы вошли в дом. След от этой встречи снова остался во мне как нечто странное. Было чувство, словно это ещё не конец, и мы снова встретимся.
  
5.1
 
***Флер***
Слабость. Ужасная, невыносимая слабость стояла во всём утяжелившимся от нехватки сил теле, взгляд плыл волнами, размывая все зримые объекты. Где я находилась, понять не могла. Даже мозг отказался думать, наполнившись густым туманом, мысли путались.
С тихим стоном и вырвавшимся из груди вздохом я еле-еле поднялась на локтях, пытаясь осмотреться, но выходило это с большим трудом. Глаза резало, в голове гудело. Одно было странно: огонь молчал. Спал где-то глубоко, изредка накатывая жаром к моему сердцу.
Более-менее привыкнув к странным ощущениям, я, наконец, смогла вернуть зрение. И хотя всё ещё было немного размыто, видела я куда лучше.
Холодная, отчуждённая атмосфера комнаты, в которой я оказалась, заставила сжаться. Вокруг витала дикая, настолько душащая энергетика, что мне стало дурно, волосы на затылке и те встали дыбом.
Медные тона стен, черно-белый усыпанный в шахматном порядке пол, лишь занавески были алыми, кроваво-красными. Из мебели присутствовал всего лишь небольшой шкаф из красного дерева, ножки и ручки которого были обрамлены золотом и серебром, чуть поодаль стоял рабочий стол, заваленный бумагами и прочей волокитой.
На кровати собственно сидела я. Шёлковые простыни ничем не отличались от основных тонов, таких же темных и холодных. По обе стороны располагались небольшие тумбочки с алыми ажурными светильниками.
Кресла и столик я заметила в последнюю очередь. Почему-то в ту сторону смотреть не хотелось больше всего.
У большого окна, находившегося рядом с дверью, ведущей на балкон, стояли два кресла с высокой спинкой и небольшой стеклянный кофейный столик, с располагавшейся на нем полупустой бутылкой, окурками и пепельницей.
Самым пугающим оказался тот факт, что на одном из кресел кто-то восседал. Дым, вившийся к потолку густыми волнами, доказывал это. Понимание, что нужно уходить, не заставило себя долго ждать. Как я здесь оказалась, узнаю позже, а пока нужно уносить крылья.