Феникс (СИ)

— А причём здесь предатель? — обратился к нему отец, с осторожностью косясь на меня.
— Над её телом воспаряет бессмертный, занявший сосуд другого убогого. А как всем нам известно, мы не можем вмешиваться в равновесие.
— Ты не ответил на вопрос!
— Я могу ошибаться, но. — брат скривился. — Это один из наёмников, что около сотни лет назад перерезал половину «зажравшихся» чертей. Я как раз работал в управлении по борьбе с преступностью, пытался раскрыть это дело, но демона так и не нашли. Скрылся. Выяснилось только то, что с ним очень часто контактировала половина нашего совета, дабы избавить себя от «неугодных».
— Рога у тебя не из того места растут, раз упустил его! — я зарычал, не в силах сдерживать рвавшегося наружу демона. Ему данная информация пришлась совсем не по душе. Кости захрустели, ткани стали рваться. Вторая ипостась была рядом.
— Прибереги запал для третьего круга! — отец остановил мою сущность, заключив меня в силки из тьмы. Боль мгновенно отрезвила.
— Прекрати! Ты сделаешь больно ей! — зарычал, пытаясь вырваться. Отец сразу же ослабил хватку.
— Мы ещё поговорим с тобой об этом! — рыкнул, заскрипев зубами.
— Ей? — удивленно вопросил Дей.
Звук открывающейся двери заставил нас смолкнуть. Асмодей, не стучась, вошёл в зал под руку со своей дочкой. Хмурый вид змея не сулил ничего хорошего, а ехидная предвкушающая улыбка Аллет и подавно.
— Что ты себе позволяешь!? — взревел отец, полыхнув тьмой. Крылья вдруг стали сбрасывать перья, превращаясь в жилистые, свидетельствуя о гневе папеньки.
— У меня тот же вопрос к твоему сыну! — рыкнул змей, не обращая внимания на своего повелителя.
— Я давно предлагал ему голову открутить. — тихо произнёс Дей, чтобы слышал только я.
— Надо было тебя послушать. — наблюдая за серьёзно настроенным змеем, проговорил я.
— Отбрось эти формальности, Люц, и давай всё обсудим, как семья!
— А ты разве член нашей семейки? У нас таких больных на голову нет. — издевательски вопросил Дей.
— Почему моя дочь должна терпеть выходки твоего сопляка!? — пропустив мимо ушей комментарий братца, змей обратился к отцу.
— Конкретнее. — тот хмуро покосился на меня.
— Какое право он имеет таскать белокрылых шлюх в свои покои?! — для меня его слова стали сродни красной тряпки для быка. Мгновенно озверев, я кинулся в его сторону, но Дей вовремя перехватил меня, оттаскивая назад.
— Шкуру с него снимем позже. Потерпи. — прошептал братец, пуская по телу волну спокойствия, но она мало чем помогала.
— А ты не думаешь, Ас, что дети разберутся сами? — переведя с меня глаза, отец обратился к змею. — Это их жизнь.
— Это моя дочь! — прошипел тот. — Она недостойна такого!
— Вы посмотрите на святую невинность! — усмехнулся брат, отпуская меня. — Да она сама наставила ему рог больше, чем у него за всю жизнь было баб. Прыгает по членам, как лягушка. — змей от такого сравнения побагровел, после чего покрылся чешуёй, готовый вот-вот продемонстрировать свою ипостась.
— За что я уважаю тебя, братец, так это за прямолинейность и желание помочь ближнему своему. — хмыкнул, расплывшись в улыбке.
— Вы…
— Довольно! — остановил его трансформацию отец. — Они разберутся сами!
— Ты соверш…
— Не переходи грань, Ас. Я твой повелитель. — полыхнув тьмой, отец с силой воздействовал на него, поставив на колени. Сопротивлялся тот долго. Хруст костей трещал на весь зал. — Знай своё место!
— Остановитесь! — взмолилась Аллет. — Папа! — бросилась к скрючившемуся от боли змею.
— Прошу прощения, мой повелитель. — прокряхтел из последних сил, выплевывая кровь.
— Жду вас в своём кабинете через пару часов. — обратился к нам отец и, получив утвердительные кивки, освободил Аса и направился на выход из зала.
— Папа, ты как? — Аллет попыталась поднять змея на ноги, но из-за сломанных костей это не удавалось. — Доволен!? — врезалась в меня взглядом, полным ненависти.
— Ты должна задавать этот вопрос себе, шлюха. — хмыкнул Дей и, скользнув по ней кривой улыбкой, не скрывая отвращения, направился к дверям. — Не желаешь выпить, братец? — бросил через плечо.
 
Вслед за ним вышел и я, затылком чувствуя ненавистный взгляд «женушки».
  
Глава 9. На грани
 
***Эллен(Флер)***
И вот этот вечер, перешли все границы,
И думает девочка, как не влюбиться.
Тебе настоящая так хочет открыться,
Но страх грузом давит, прося утопиться.
Защита твоя, надежные плечи,
Так важен ей будет ваш будущий вечер.
Спокойно и ласково только с тобой,
Такой обходимый, такой ей родной.
Не опытно, глупо, ты что натворила?
А может, ты просто его полюбила?
И только под утро, проснувшись от сна,
Она поняла, какова здесь цена.
Закончив последнюю строчку самого важного для меня стихотворения, что не давала мне покоя уже вот три дня, я быстренько собралась и поспешила на встречу с Тимом. Сегодня тот самый день, на который была запланирована запись песни. На душе царит счастье, я не могу нарадоваться, что одно моё желание в скором времени сбудется.
Раньше я и представить не могла, что моё творчество, все мои чувства, вложенные в него, выйдут в свет. Я так боялась, что меня осудят, начнут презирать, ведь в нашем мире так просто «загнобить» человека и его любовь к своему делу. Теперь же все страхи опущены, барьеры сняты. Я поверила в себя и свои силы. Я со всем справлюсь.
— Папуль, я ушла. — крикнув вглубь дома, натянула на ноги кеды и, запрыгнув в верхнюю одежду, поспешила на улицу.
— Опять опаздываешь, Ленн. — не успела выйти за дверь, как словила смешки от Тима.
— А ты что…
— Да мимо проезжал. — перебил он меня. — Вот и подумал, заеду-ка и за тобой, а то вдруг опять что приключится. Ты у нас магнит для проблем. — пакостно ухмыльнулся.
— Сейчас этот магнит съездит тебе по самодовольной роже. — надулась, обидевшись на слова друга.
— Ладно, ладно, не кипятись. Ты же знаешь, не могу без издёвок. — улыбнулся, заключая меня в объятия.
— До сих пор не понимаю, как дружу с такой сволочью. — сама расплылась в улыбке, охотно потянувшись к крепкой шее.
На самом деле здесь всё просто. Знакомы мы с ним уже очень давно, почти с детства. Вот уже почти 14 лет дружим, и я просто не представляю жизни без этой лукавой ухмылки и смешков.
— Ну что, готова исполнить мечту? — поинтересовался Тим, заглядывая в мои глаза.
— Да-а.
— А что так неуверенно?
— Ты же меня знаешь. Я всегда во всём сомневаюсь. — тяжело вздохнула, не желая признавать данный факт.
— Ты у нас такая. — хмыкнул и, открыв для меня дверь авто, пропустил вперёд. Не медля, занял и водительское место, после чего мы тронулись с места.
Настроение было такое, что хотелось плясать от счастья, улыбка сама растеклась по лицу, не желая сходить. Даже небольшие пробки не смогли испортить боевого настроя. Тим с серьёзным видом следил за дорогой, но время от времени, косился на меня, еле сдерживая такую же счастливую улыбку. Он был рад, что я, наконец, начала улыбаться.
В последнее время была угрюмей тучи, ибо с того дня, как мы с Эшаем перешли ту черту, я почти не покидала своих мыслей. Плавала глубоко внутри себя, мучая глупыми раздумьями или же надеждами. С одной стороны, этот поцелуй был желанным, но с другой, глупый страх, подсевший глубоко на подкорках сознания, заставлял отдаляться от желаемого мужчины.
После того дня я похолодела, словно омертвела. Стала похожа на робота. В сторону мужчины смотреть не могла, стеснялась. Это не ушло и от него. Эшай пытался поговорить со мной, но я отнекивалась, находила сотни оправданий, дабы не быть с ним один на один. После он словно потерял ко мне интерес. Оставил в покое, похолодел. Даже сейчас, когда видится с отцом, ведёт себя так, словно меня нет.
— Земля вызывает Эллен. — ладошка, маячившая прямо перед глазами, заставила выплыть из мыслей.