Феникс (СИ)

Ещё около пяти минут я слушаю эти вопли, а потом, хвала всевышнему, они стихают. Облегчённо выдохнув, я вылезаю из-под подушки и уже со спокойной душой ложусь спать. Но сон совсем не идет. Каждый раз в голове всплывают те нежные касания, поцелуи, хриплый ласкающий слух голос.
— Демоны! — рычу, накрывая лицо ладошками. — Да вы издеваетесь!? — подскакиваю на кровати, снова услышав садистские крики мольбы не останавливаться.
Оглядывая комнату, наткнулась глазами на спящую соседку. Той шум совсем не мешал, спала как убитая, закутавшись в одеяло почти с головой. Нервозно рыкнув, я встала с кровати и пошла в сторону двери. Секс сексом, но и меру знать нужно. Не то, чтобы я ханжа, но психика у меня слабая.
Толкнув дверь, вышла из комнаты и почти сразу же завернула к ближайшему входу в следующую. Решительно посмотрела на деревянную поверхность и только потянула кулак к ней, чтобы стукнуть, пыл мгновенно поутих, но утробное рычание мужчины возродило его во мне обратно, вернув настоящей лавиной с примесью безумства и ревности.
Стук! Стук! Стук!
Три громких удара, каждый из которых был сильнее предыдущего. Звуки в комнате стихли, время словно остановилось. На трясущихся ногах, в странном предвкушении я ждала, когда же хозяин соизволит открыть дверь. Мгновение, и она распахнулась, обдав меня сильной волной ярости и раздражения.
— Что? — рявкнул мужчина, не смотря в мою сторону, но когда всё же взглянул, его раздражение уступило место удивлению, растерянности и… что это? Боль? А после настоящей безумной ярости и бешенству.
Один резкий шаг за дверь, и мужчина схватил меня за горло, приподнимая над полом. От такого поворота событий я растерялась, оцепенела, не знала, что делать дальше.
Тот же был настроен серьёзно, остервенело посмотрел мне в глаза, напугав своими до смерти. Тёмные, как ночь, они и так наводили ужас, а сейчас совсем могли убить одним этим ощущением. Языки убийственного пламени ураганом горели в зрачках, сменив цвет глаз с тёмного на алый, красный, почти кровавый.
— Кто. Ты. Такая!? — прорычал мне в лицо, до одури близко поднеся к своему.
  
3.1
 
***Эшерон***
— Почему тебя не было на открытии академии? — отец ураганом влетел в кабинет, накрыв его своей тёмной энергетикой.
— Были другие планы. — ответил равнодушно.
— Засунь эти планы, знаешь куда?! — рыкнул, заполыхав от гнева.
— У тебя всё? — сел поудобнее, облокотившись на стол.
— Если я завтра наведаюсь в ректорат, и тебя там не будет. — грозно навис надо мной, сверкая полыхавшими огнём глазами. — Забвение покажется лучшей перспективой. Ты всё понял? — щёлкнув пальцами, я поднес к губам бутылку эсры и немного отхлебнул. Отец скривился и, не сдержав в узде гнев, выхватил алкоголь из моих рук и запустил его в стену.
— Я приму этот пост! — зарычав, резко подскочил на ноги. — Но боюсь, твое детище не переживет моего правления!
— Не переходи грань, сопляк!
— Иначе, что?! Забвение!? — ярость бурлила в крови, разрывая меня изнутри. Я был уже готов сорваться в любой момент, но что-то держало меня. — Ты уже отправил меня в вечное забвение, лишив её! — незаметно для обоих ругань приобрела совершенно иные обороты.
— Сколько раз повторять, твою истинную убил не я?! — температура в кабинете резко подскочила, стены затрещали от нахлынувшей темной энергетики, не в силах её терпеть. Два безумных демона схлестнулись своим эго, подставив под удар весь Ад.
— А не ты ли сразу после её смерти решил женить меня!?
— Это здесь не причём! Благодаря ритуалу ты выжил! — мы стояли уже сосем вплотную, сверля друг друга яростными взглядами. Никто из нас не хотел сдаваться, но и это противоборство стало бессмысленным. — Послушай, сын. — отец тяжело выдохнул и отошёл от меня на пару метров. — Я как никто другой знаю, что такое потерять связь с парой, и поверь, твою смертную убил не я.
— Ты думаешь, я поверю тебе на слово, после всего, что ты вытворял в прошлом?
— Как знаешь. Я все сказал. — на этой ноте отец направился на выход, оставив меня один на один со съедающими душу мыслями.
 
Устало завалившись в кресло, я протяжно выдохнул, запустив пальцы в грубые волосы и оттянув их у корней. Боль в какой-то степени отрезвляла, но судя по всему, не сейчас.
Демон до сих пор бушевал, раскаляя всё внутренности до ужасной боли, выжигая всё, что только можно. По-хорошему бы сейчас принять вторую ипостась и немного выпустить пар, но этого «немного» Ад может не пережить.
Не сумев больше высидеть на месте, я резко подскочил с кресла и, открыв портал, отправился в эту гребаную академию. Ноги бы моей там не было, но отец все рога отшлифует, но своё возьмёт. Дьявол преисподней, мать твою!
Из портала вышел в своей преподавательской комнате и сразу же направился к стеллажу с эсрой и сигарами. Нужно унять шальные нервы, иначе точно придет пиздец всему.
Закурив сигарету и взяв в руку стакан, вальяжно завалился в кресло, вглядываясь в только-только зарождающиеся сумерки. Ночь тихо, не спеша, опускалась на мир. Звезды друг за другом принимали свои посты, сверкая в тёмной глади неба.
«Что, мать твою, происходит?»— в сердце что-то странно кольнуло, а потом по всему телу расплылось невероятное тепло. Словно невидимая сила успокоила все мои нервные окончания, полностью приведя в чувства. Демон довольно зарычал и совсем исчез в глубине моего темного «Я».
И я мог бы сослать эти ощущения на действие эсры и сигар, но чутьё мне подсказывало, что дело было не в этом. К тому же, ещё никогда эта дурь не оказывала на меня нужного воздействия. Но что тогда со мной творится? Какой «антидепрессант» так на меня подействовал?
От размышлений отвлек звук открывающийся двери, а после послышался цокот ненавистных каблуков.
«Бесы, а её какие черти притащили!?»— демон снова одичал.
— Так и думала, что найду тебя здесь, любимый. — пропела эта стерва, медленно плывя в мою сторону.
— Что ты здесь делаешь? — бросил через плечо, не имея желания поворачиваться.
— Пришла сделать приятное своему мужу. И вообще, я соскучилась. — протянула соблазнительно, коснувшись моего плеча.
— Так преступай! — рыкнул, еле поборов желание скинуть её руку и поджечь. Второе предложение пропустил мимо ушей, скривившись от отвращения.
Нежно касаясь пальцами моей шеи, Аллет обогнула кресло и, смотря прямо в глаза, опустилась на колени напротив меня. Медленно провела ладонью по голому торсу, спускаясь к ширинке. С предвкушением в глазах расстегнула молнию, облизав пересохшие губы и, положив руки на мои колени, медленно повела их выше, к бёдрам.
— Поживее! — схватив за шею, притянул ближе и рыкнул прямо в лицо.
Без промедлений она спустила брюки, следом боксеры и, смотря мне прямо в глаза, стала массировать член, вызывая во мне волны смешанного возбуждения и отвращения за него же. Приподнявшись, она скользнула языком по головке, вырвав из горла утробный рык. Ярость окунула в себя похуже ледяной воды.
Схватив Аллет за волосы, надавил на затылок, заставив взять член в рот полностью, и грубыми, резкими движениями стал насаживать её на него, сгорая от удовольствия и ненависти за тоже самое удовольствие.
В этот момент я ненавидел себя больше, чем кого-либо во всем мире. Отвращение было настолько сильное, что я был готов сжечь себя изнутри своим же огнем. Было ощущение, словно я предавал свою малышку, наслаждаясь с этой стервой, убивая всю свою горечь и боль за её счёт.
— Р-р-р-р! — рычание превратилось в рёв дикого зверя. Разрядка уже была близка.
Излившись, я прикрыл веки, зашипев сквозь крепко сжатые зубы. Натянул Аллет до упора, обливая горло тёплым семенем. Одновременно тело накрыла волна облегчения и ещё пущей ярости.
Утолив свой голод, отбросил девушку от себя, откинувшись на спинку кресла и прикрыв глаза. Нежная ладонь вдруг заскользила по бедрам, вынуждая выплыть из уединения.
— Свободна. — бросил сухо, поднося к губам стакан с эсрой.