Начало (СИ)

– Конечно, отец, – кивнула Елена и внимательно посмотрела на отца. – Сдаётся мне, ты не просто так затеял разговор о Бельском?
– Ты права, – кивнул тот. – Вы все трое должны стать ему друзьями!
– Что?!
На этот раз на него смотрели три пары глаз, в которых возмущение сочеталось с небольшой толикой любопытства. Правда, любопытство было только во взгляде Елены. Дети знали своего отца. Просто так Сергей Ильич Трубецкой говорить бы ничего не стал.
– Зачем нам набиваться в друзья этому дере… – Вероника вовремя осеклась, но ее взгляд красноречиво говорил о том, что она хотела сказать по этому поводу.
– Сейчас я не могу вам сказать всего. Еще рано. Но вы знаете, что наш род теряет свой авторитет и влияние. У трона Шуйские, Годуновы, Разумовские, а Трубецкие постепенно переходят во второй эшелон кланов… Нет, мы пока еще в десятке великих родов, но если так пойдет дальше, можем потерять это место. А все из-за возвеличивания Годуновых. Нам нужен кто-то, кто сможет стать противовесом роду Годуновых, который сейчас начал слишком быстро набирать силу… И внезапно появившийся Бельский, которого все считали погибшим, как нельзя кстати.
– То есть ты хочешь его использовать? – уточнил Виктор. – Но как он может стать противовесом? Извини, отец, но я повторюсь, у него нет ни связей, ни влияния, ни союзников. И, думаю, нет денег, учитывая, как он был одет на экзаменах! Или… – Он подозрительно посмотрел на отца. – Ты знаешь что-то, чего не знаем о нем мы? – заключил он.
– Браво! – демонстративно захлопал в ладоши Сергей Ильич. – Именно так! Но вы это узнаете чуть позже, когда будете вместе учиться!
– Вместе? – обратила внимание на последние слова отца Вероника. – С чего ты решил, что мы с ним в одной группе будем учиться?
– Я не решил – я это знаю! А насчет твоих слов, сын, поверь: все может измениться! – вдруг весело улыбнулся Трубецкой. – И когда это произойдет, вы должны быть рядом с ним и, повторяюсь, стать его друзьями. Настоящими друзьями. Как вы это сделаете, меня не волнует. Считайте, это последнее для вас поручение, перед тем как станете настоящими наследниками нашего рода!
– То есть это заключительный экзамен? – вырвалось у Вероники.
– Именно так, – кивнул Трубецкой. – Виктор, иди, подумай над моими словами. А мне надо с девочками поговорить с глазу на глаз.
Виктор ушел с каким-то задумчивым видом. Порадовало Сергея Ильича то, что он не увидел в своем сыне разочарования и недовольства. Похоже, тот уже начал думать, как можно окрутить Бельского. Это хорошо. Чувства часто мешают принятию правильного решения и влияют на возможность мыслить логически.
– Теперь с вами, мои девочки. – Он ласково посмотрел на напрягшихся дочерей, не привыкших к такому отношению со стороны всегда строгого – в отличие от их матери – отца. Хотя в этом доме Софья Трубецкая, родившая своему мужу троих детей, не имела права голоса, но, как ни странно, ее это полностью устраивало. Все проблемы решал муж…
– Вы не думали о замужестве? – вдруг спросил он сестер, которые растерялись еще больше.
– Рано еще, отец, – наконец ответила Елена.
– Двадцать два года – это не рано, – наставительно заметил Трубецкой, – тем более что появился кандидат.
– Кандидат? – Теперь в глазах девушек был явный интерес.
– И кто же этот счастливчик, что поведет мою сестру под венец? – ехидно поинтересовалась Вероника, косясь на насупившуюся Елену.
– Ну, вы его уже имели честь видеть! Даже знакомы с ним. И да, я еще не решил, кто из вас станет его женой…
Теперь напряглась Вероника.
– И кто же это? – спросила Елена, не сводя глаз с отца. – Голицын? Орлов? Долгорукий?
– Никогда не угадаете. – В глазах того плясали весёлые искорки, что еще больше нервировало девушек.
– Да кто же он, папа? Говори уже! – не сдержалась Вероника.
– Веромир Бельский.
  
Глава 20. Древняя гидра – 2
 
– Ты сейчас серьезно? – вырвалось у Вероники, когда она, наконец, обрела способность говорить. – Скажи, что пошутил.
 
– Какие уж тут шутки! – хмыкнул Трубецкой. – Никаких шуток!
– Я не пойду за него! – отрезала Елена и невольно вздрогнула от ставшего каким-то пронзительным взгляда своего отца, который рывком поднялся из своего кресла. Сейчас перед ними стоял не их отец, а глава рода Трубецких, маг пятого ранга, один из сильнейших магов Российской империи.
– Ты выйдешь за него, если я скажу! – отчеканил он. – И более того, будешь изображать из себя счастливую невесту! А до этого станешь вместе с сестрой и братом, как я говорил, его другом. Это не обсуждается! Это ясно? Еще кто-то хочет обсудить мое решение?
Сестры, переглянувшись между собой, дружно замотали головами.
– Вот и хорошо! Можете идти. И помните, – остановил он их, когда они уже стояли около двери, – это последний раз, когда вы смеете выказывать неповиновение отцу! Вы не знаете того, что знаю я. Так что больше разговоров не будет. И держите меня в курсе ваших успехов. До начала учебы время еще есть, у вас прекрасная возможность продумать свою тактику. И мы еще поговорим об этом!
– Да, отец, – синхронно поклонились девушки и выскользнули из комнаты.
– Молодежь! – тяжело вздохнул Трубецкой, вновь опускаясь в кресло. Он позвонил в звонок, лежавший на столе.
– Да, ваше сиятельство? – осторожно заглянул в кабинет слуга.
– Позови мне Веремеева. Чтоб тотчас был! – резко приказал он.
– Да, ваше сиятельство, – испуганно кивнул тот и исчез.
А через три минуты в кабинет вошел сам Веремеев. Глава Службы безопасности рода Трубецких.
– Звали, Сергей Ильич? – уточнил он, останавливаясь перед главой рода.
– Садись, Сергей Сергеевич, – предложил ему хозяин кабинета, махнув рукой на диван. – Нам долгий разговор предстоит.
– Внимательно слушаю…
– Ты выяснил по поводу этого Бельского?
– Да, господин.
– Ну чего ждешь? Рассказывай.
– Веромир Бельский родился в две тысячи сто восьмидесятом году. Никаких способностей к магии выявлено не было. Мы порылись в архивах Имперской канцелярии. Там оказалось несколько результатов тестов, проводившихся при поступлении в младшую и среднюю школу. Никаких способностей к магии у него обнаружено не было. До войны, начавшейся между Годуновыми и Бельскими, он был абсолютно серым существом, и только то, что он оказался единственным ребенком Бельских, делало его наследником. Ну, а когда началась война, мать спасла его. Вообще Евгения Петровна Бельская, урожденная Стапанова, оказалась на удивление предприимчивой женщиной. Сергей Бельский умудрился отправить ее заранее в Санкт-Петербург, где та с помощью старых знакомых мужа сменила свою фамилию на девичью и просто спряталась. Убийцы, посланные Годуновыми, ее не нашли. А потом вышел императорский указ о прекращении войны. Мы знаем, что Годуновы еще год искали ее, потом и прекратили поиски.
– Но почему он появился именно сейчас? Кстати, что он вообще знает о той войне?
– Все есть в Рунете, господин.
– В Рунете нет правды, Сергей, – покачал головой Трубецкой, – там нет того, что знаем мы с тобой. Думаю, не знают это даже наследники Годуновых. Так что известно это нам с тобой да Ваньке Годунову. А ведь он нас тогда крепко подставил.
– Вы чувствуете за собой вину? – удивленно посмотрел на своего господина глава Службы безопасности.
– Я?! Вину?! – рассмеялся Трубецкой. – А с чего я ее должен чувствовать? Я не был причиной войны и не был ничем обязан роду Бельских. А то, что было… Это слова, Сергеич, лишь слова…
– Тогда зачем вы сейчас поручили собрать информацию о нем?
– Да, информацию… – Сергей Ильич отдал мысленный приказ, и через несколько минут слуга поставил перед ним бутылку коньяка, блюдечко с лимонами и два пузатых стакана. Трубецкой сам разлил коньяк и подтолкнул по столу бокал своему собеседнику. – Пей, Сергееич. И рассказывай…
– Да, господин. Год назад мать Веромира умерла. Рак, четвертая стадия. Денег собрать на операцию они не успели…