Исход чумы

– Есть такое место, – мечтательно произнес Егорка. – Хорошее место.
– Жить там собрался? – хмуро спросил Макс.
– Зачем жить? Нет, «Страна Радости» не для того существует, – рассмеялся паренек.
– А для чего?
– Есть там одно местечко, в котором один аппарат имеется.
– Какой еще аппарат?
– Ну, типа гадальный, знаете такой? Подходишь к нему, платишь монетку, загадываешь желание, а он тебе карточку выдает с предсказаниями.
– И что?
– Так вот, есть там, в «Стране Радости», такой аппарат, называется «Исполнитель желаний». Понимаете?
Глаза Егорки горели, а сам он едва сидел от нетерпения на месте.
– Не понимаю.
– «Исполнитель желаний»!
– Ну?
– Этот аппарат исполняет желания!
– Егорка, не все, что так называется, действительно это делает. На заборах тоже много чего пишут.
– Да вы не понимаете! Этот аппарат на самом деле исполняет желания!
– Типа как та легенда, что по Зоне ходит? – усмехнулся Макс. – Шар желаний? Ну-ну.
– Нет, это правда!
– Постой, – задумался Максим. – «Страна Радости» – это что же, какой-то парк аттракционов, что ли? «Страна Радости» – это его такое название?
– Ну да, – кивнул Егорка, посмотрев на спутника так, словно тот говорил очевидные вещи.
– Ты идешь в парк аттракционов «Страна Радости», чтобы поиграть в «Исполнитель желаний»? – Макса начал пробивать истерический смех, и парень не мог ничего с этим поделать.
– Нет, не поиграть, – очень серьезно ответил Егорка, дождавшись, когда Макс просмеется. – Я хочу загадать желание.
– Какое? – утирая слезы, спросил парень.
– Чтобы болезнь исчезла. Понимаете? Чтобы не было ничего этого, чтобы не умерли люди. Пусть все вернется назад. Отмотается, как видеокассета на видике.
– Егорка, это же бред! Ну неужели ты не понимаешь?
– Это не бред! – задыхаясь от возмущения, ответил парень. – «Исполнитель желаний» на самом деле исполняет желания. Знаете почему?
– Почему? – улыбаясь, спросил Макс.
– Потому что туда внедрили артефакт из Аномальной Зоны.
Смеяться перехотелось. Максим настороженно глянул на Егора, спросил:
– Откуда ты это знаешь?
– Мне отец сказал, перед самой смертью. Он у меня из военных, они с Зоны артефакты вывозили на перепродажу, он у меня в специальном подразделении служил. И вот он мне и рассказал, что там они с друзьями спрятали самый ценный камень, который исполняет желания. Вот я и иду в «Страну Радости». Чтобы загадать желание на исполнение. И не будет тогда болезни, не будет смерти, не будет всего этого. – Егорка махнул рукой в сторону унылого пейзажа. – Ничего не будет.
А потом, схватив свою сумку, начал там копошиться.
– Вот, смотрите.
Он достал с самого дна мятый альбомный лист, свернутый в несколько раз.
– Что это?
– Посмотрите.
Максим развернул лист.
На нем был изображен детский рисунок – дом с трубой, корявенькие люди, семь человек, стоящие возле дома, взявшись за руки. Внизу было написано:
Пусть все вернется обратно, все будут живы и никто не умрет.
– Это что?
– Это мое желание. Его нужно засунуть в автомат желаний, и оно сбудется.
Холодок пробежал по спине Макса. Он пристально посмотрел на парнишку, пытаясь понять – серьезно ли он это говорит?
Серьезней некуда. Но и безумцы со всей серьезностью верят в свои бредни. А парень, кажется, того, крышей поехал напрочь.
– Ну так что, пойдем вместе? – после паузы произнес Егорка, забирая рисунок и вновь укладывая его на дно рюкзака. – Шахтинск как раз по пути в «Страну Радости». А вдвоем безопасней.
– Ладно, – устало ответил Максим.
Ему уже было все равно. Усталость окончательно затуманила его разум, парень скинул рюкзак, подложил его под голову и задремал. Нужно было отдохнуть. Нужно было набраться сил. Как можно больше сил. Чтобы принять все случившееся.
* * *
Встали через пару часов. Погода стояла пасмурная, и было сложно понять, что сейчас – утро, день или вечер? Собрали вещи, остатки мяса разделили, спрятали в рюкзаки. Выдвинулись в путь. Все делали молча. Максим был угрюм, под стать погоде, а Егорка, видя состояние своего спутника, с разговорами благоразумно не лез.
 
Шли по дороге. Пару раз набредали на брошенные автомобили. Максим сразу же оживлялся, бежал к транспорту, вытаскивал оттуда скелеты и пытался завести двигатель. Но каждый раз эти попытки оканчивались неудачей. Аккумуляторы были давно севшими. И Максим вновь становился угрюмым, погружаясь в серые думы.
Один раз, когда попался на пути очередной автомобиль, Максим приказал сесть за руль Егорке, а сам принялся толкать машину.
– Заводи! Ключ! Поворачивай!
Авто дергалось, чихало, но не заводилось. Оно было мертво, как и все здесь вокруг.
– Проклятье! – выругался Максим, окончательно выйдя из себя. – Проклятье! Дьявольщина!
Он принялся пинать дверь машины, потом перешел на крыло, потом и вовсе со всего размаху ударил прикладом автомата по лобовому стеклу. То с треском лопнуло, обдавая Егорку мелкими крошками осколков.
– Пешком дойдем, – осторожно произнес Егорка, вылезая наружу и отряхиваясь. – Осталось не так много.
– Не так много? – переспросил Максим, как-то недобро поглядывая на парня.
– Верно, – кивнул тот. – Шахтинск должен быть… – Парень задумался, огляделся. – В паре дней отсюда.
Макс рассмеялся.
– Ты-то откуда знаешь?
– Знаю, – ответил тот, надув губы.
– Ты понимаешь, что ты сумасшедший?! – не своим голосом закричал Максим. – Ты же свихнулся! Ты это понимаешь?
– Я не сумасшедший, – строго произнес тот.
– Иди к черту! – злобно прошипел Максим и пошел по дороге вперед, даже и сам не зная куда.
Злость овладела им с головой. Частью разума он понимал, что парнишка тут ни при чем, но вымещать злость было не на ком, и Макс уже не мог остановиться.
Подул пронизывающий ветер. Потрепав потные волосы Макса, он охладил пыл. Парень остановился, повернул лицо к ветру и начал глубоко дышать чистым морозным воздухом, приходя в себя.
Это помогло. Холод, так подозрительно пахнущий приближающейся зимой, привел мысли в порядок.
– Какой сейчас месяц? – спросил Максим, оглядывая небо.
Оно было серым, напитанным влагой и стелилось низко, порой вязнув в верхушках высокий елей, стоящих у самого горизонта.
– Парень, какой сейчас месяц? – с еще большей настороженностью повторил вопрос Максим.
– Я не знаю, – ответил тот виновато. И быстро добавил: – Но дело к зиме. А может, и уже зима – ночью совсем холодно.
– Зима, – задумчиво произнес Максим.
Еще одна новость ударила его обухом по голове. Зима. Холод, ветер, мороз. Выбил страйк всех неприятностей, какие только можно придумать. Попал в покинутый мир, где все умерли.
«Все, кроме моих близких», – тут же поправил себя Максим.
И сколько идти до Шахтинска, неизвестно. Если холод будет наступать быстрее, то вскоре ночи будут не такими приятными. Нужно будет искать более надежные укрытия, которых тут очень и очень мало.
Эх, найти бы карту. Понять точно, где он сейчас находится. Составить маршрут. Все рассчитать. Тогда было бы гораздо легче. А сейчас все в каком-то гадском подвешенном состоянии, в полной неизвестности и строится лишь на словах странного паренька, за адекватность которого сложно ручаться.
– Надо идти, – холодно произнес Максим. – Пока не пошел снег.
– Снег? – удивленно переспросил Егорка и глянул на небо.
И словно в подтверждение его слов с неба упала первая снежинка.
– Ничего себе! – радостно воскликнул Егор. – Ты видел! И вправду снег!
– Твою мать, – шепнул себе под нос Максим. И добавил: – Пошли. Поторапливайся!
За первой снежинкой последовала вторая, третья, и вскоре с неба вовсю повалили «белые мухи». Егорку это веселило, а вот его спутник, напротив, становился все более хмурым.