Дело времени (СИ)
— Вроде нет никого, поворачивай, — Аквист во все глаза смотрел налево. — Поехали, поехали, не стой!
* * *В городке они добрались до вокзальной площади, привязали мотик цепью к специальной железке, возле которой скучало еще с десяток таких же машинок, и отправились по магазинам.
— Так, чего там Бонни велела купить? — Аквист вытащил список. — Сухое молоко, лхус, мясные и рыбные банки… а это что?
— Чего — что? — не понял Шини.
— Вот это! — Аквист ткнул пальцем в список. — «Ткань серая, можно темно-зеленая, без рисунка, два метра, нитки в цвет». Где мы это возьмем, спрашивается?
— Н-да, задачка, — протянул Шини. — Слушай, давай вначале разведку сделаем, а потом будем закупаться?
— Правильно, — едва слышно шепнул ему Эл. — Двигаться гораздо лучше с пустыми руками, чем с грузом.
Аквисту Ал, видимо, сказал что-то примерно такое же, потому что Аквист тут же кивнул, соглашаясь.
— Пошли на разведку, — он огляделся. — Может, с того края площади начнем?
«Тот край площади» представлял собой маленький рыночек, на котором местные торговали нехитрые деликатесы и продукты. Шини углядел неплохой сыр, потом до них донесся острый пряный запах вельшевской колбасы, затем они увидели бабку, торгующую отличный рибир, а потом заметили деда, который продавал «медовый сахар».
— Сахару хочу, — мечтательно произнес Шини. — Сто лет его не пробовал!
— Так мама же тебе вроде передавала, — напомнил Аквист.
— Ага. Когда мы были на третьем курсе, — Шини поморщился. — Ты бы еще первый курс вспомнил. Слушай, сахару купим обязательно. Он так пахнет!.. С ним каша очень вкусная получается.
— Стоило нам закончить учебу, как ты вспомнил про то, что ты из поварской семьи, — съехидничал Аквист. И тут же получил от Шини подзатыльник.
— Я не вспомнил, — зло ответил Шини. — Это вы забыть не даете. Сделай то, сделай это… Вот не буду больше ничего готовить, и крутитесь, как хотите. Вспомнил… урод ты всё-таки!
— Ну ладно, ладно, — примирительно ответил ему Аквист. — Ты… ого! Смотри, вот это машинища!..
Шини повернулся и глянул туда, куда показывал Аквист.
На площадь выезжала машина, да какая! Она двигалась на шести колесных парах (задняя сдвоенная), была длинной, имела затемненные окна. Цвет её кузова был темно-серым и отливал металлическим блеском.
А номер…
— Ох ты, государственная, — пробормотал Аквист. — Большой какой-то начальник.
Такие машины они лишь очень изредка видели в Шенадоре, в самом центре города. И очень странным было сейчас увидеть такой агрегат здесь, в маленьком городишке, где такому большому начальству делать было ну совсем уже нечего.
— Пойдем, посмотрим? — предложил Шини.
— Пойдем, — согласился Аквист.
— Стоп! Стоять! Ни с места!!! — раздался у обоих в головах крик Ала. — Куда?!
— Посмотреть, — шепотом ответил Аквист.
— Вслух не говори, достаточно просто подумать. Посмотреть — это хорошо, но это может быть опасно, — Ал говорил быстро, торопливо. — Сейчас объясню, как подойти, чтобы на вас не обратили внимания. Так… у вас есть косынки?
— У меня есть, — Шини вытащил из кармана свою повязку для головы. — А зачем?
— Чтобы тебя не узнали, идиот. С твоими рыжими волосами ты светишься как фонарь. Завяжи голову. Плотнее, чтобы косички не было видно. Аквист?
— А?
— Не «а». Оглянись.
Аквист послушно оглянулся.
— Лоток видишь?
Рядом действительно стоял лоток, на котором продавалось всё подряд — от самовязаных теплых носков до шерстяных поясов. Торговала этим товаром какая-то старая бабка.
— Подойди и сопри то, что сгодится, — потребовал Ал.
— Да пошел ты! Я лучше куплю, — возмущению Аквиста не было предела. — Вот еще, воровать…
— Хорошо, купи. Но быстро!
Аквист послушался и через пару минут стал обладателем серо-синего платка, которым поспешно завязал голову.
— Нормально, — в разговор вступил Эл. — Снимите куртки, спрячьте в сумки. А теперь идите к дальнему краю площади, по касательной к машине. На саму машину не пялиться, говорить друг с другом. Машина вас не интересует, ясно? И чтобы без нарочитости и театра. Просто идите.
Вскоре они уже стояли на другом краю небольшой площади, за стендом с афишами, и потихоньку наблюдали за машиной и её пассажирами. Оба ощущали всё нарастающую тревогу.
Водителем машины оказался здоровенный, на полголовы выше Фадана, мужик, с белыми, как снег, волосами и белыми бровями. Даже глаза у него, как показалось сперва Аквисту, были белые, только приглядевшись, он понял, что они серо-стальные. После него из машины вышла женщина — тоненькая, худая и стройная, как статуэтка, куда там Бонни до такой красотки!.. Правда, на взгляд Шини, красотка была плосковата, но это, конечно, дело вкуса. Потом у машины открылась задняя дверь, и на землю спрыгнули двое гермо — поджарых, подтянутых, одетых одинаково: темно-серые костюмы явно не фабричного покроя. Да и вообще вся четверка выглядела более чем хорошо. Их одежда и манеры выдавали то, что их обладатели явно не из простых смертных. Какое-то очень высокое начальство. Небожители.
— Шини, ты этого мужика видишь? — почему-то шепотом спросил Аквист, хотя шептать не было никакой необходимости. — Фадан говорил, что его тогда избивал…
— Помню, — мрачно отозвался Шини. — Такой же вот.
— Да не такой же, а именно этот! — с жаром воскликнул Аквист. — Всё совпадает. Женщина, двое гермо, белоглазый…
— Как ты сказал? — не понял Шини.
— Ну, белоглазый. Смотри, какие глаза у него.
— А, ну да. Действительно, белоглазый. Интересно, что они делают?
Белоглазый и его свита решительным шагом направились в сторону здания, на котором висела небольшая табличка «Городское управление». И скрылись за дверью.
— К другому начальству пошли, — сообразил Шини. — Интересно, зачем?
— Зачем? — переспросил Аквист. — Шини, побежали. Быстрее, обратно к мотику.
— Чего такое? — изумился Шини.
— Да не «чего такое», они нас ищут!!!
— Умница, — похвалил невидимый Ал. — Так, парни. Заходите в тот магазин, покупаете консервы, какие будут, и бегом.
— А эти? — Шини кивнул в сторону машины.
— В ваших интересах «этих» не ждать, — подсказал Эл. — Быстро, быстро, быстро! Чем скорее вы отсюда смоетесь, тем лучше.
Повторять Элу два раза не пришлось — и Аквист, и Шини перепугались, да еще как. В магазине они похватали с полок первые попавшиеся банки, даже не рассматривая этикетки, быстро расплатились, сунули банки в сумки, и рысью помчались к мотику. Уже отъезжая с площади они успели заметить, что дверь управления открылась, и белоглазый вышел на улицу.
На дороге Шини, сам того не заметив, всё больше и больше увеличивал скорость. В результате осадил его Ал, который понял, что еще пара рывков — и или мотик не выдержит, или Шини сделает какую-нибудь ошибку. Вскоре, однако, свернули на подъездную дорогу, и мотик поневоле сбросил скорость из-за ямок и канав.
— Вроде бы они нас не заметили, — проговорил Аквист. — Какая рожа поганая у этого мужика!..
— Угу, — поддержал Шини. — Как у рыбца у него рожа. Или как у дохлого вельша. Мерзкий тип.
— Проблема не в том, что он мерзкий, а в том, что оппоненты у вас серьезные, — Ал материализовался в воздухе и сел Аквисту на плечо. — Вы не заметили?
— Чего не заметили? — не понял Шини.
— Они вооружены. У обоих гермо было оружие, огнестрельное.
— Чего? — Шини едва удержал мотик на дороге. — Оно же запрещено! Его вообще никто и никогда не видел! Только в кино… про войну…
— Войны тоже никто и никогда у вас не видел. Только в старину, — поддел Ал. — Так?
— Ну, так, — осторожно согласился Аквист.
— Сколько лет не было войн на планете?
— Не лет, а веков, — уточнил Аквист. — Последняя война, локальная, была триста пятьдесят лет назад. А дальше…
— А дальше наступил мир во всем мире, — Ал явно издевался. — Странно, да?
— И что же в этом странного? — удивился Шини. — Вполне закономерно. Дипломатия поднялась на новый уровень, разумные сообразили, что войны экономически невыгодны, и…