W&H (СИ)
— Тебе надо выспаться, — посоветовал Ксавьер, переглянувшись с Инид.
— Т-с, — недовольно фыркнул Гарри. Он махнул рукой и, не прощаясь, пошёл в Невермор явно недовольный тем, что ему не верят.
— Он точно не брат Уэнсдей? Например, двоюродный, — сказал Ксавьер, обернувшись к Синклер.
— Фыркает прямо как она, — согласилась Инид.
***
Через несколько часов Гарри перехватила Уэнсдей, которая была в таком же шоке, как и он сам недавно. Это явно выдавала её растрёпанная причёска и слегка расширенные зрачки. Мимо проходили ученики, которые нет-нет да бросали на них двоих насмешливые взгляды. Все прекрасно знали о том, что именно Аддамс настаивала на убийстве, а Блэк её в этом поддерживал.
Они проговорили минуты три, как Гарри подметил, шли на рекорд. Раньше все их разговоры занимали считанные десятки секунд. Гарри ясно видел, что она сомневалась в том, что произошло в лесу, либо сомневалась в собственном рассудке.
— Роуэн действительно мёртв. Это не он, — уверенно заявил Гарри. — Этот Роуэн не знал, что я был на поляне, и выглядел растерянно, как только я об этом упомянул.
— Зря ты это сделал, — моментально нахмурилась Уэнсдей.
Он в ответ неприязненно фыркнул, потому что и сам понимал, что зря вспылил и вывалил на телепата новость о своём пребывании в лесу. В свою защиту Гарри мог заявить, что растерялся и вспылил, а также попробовать оправдаться тем, что он никак не ожидал увидеть этого парня живым, но зачем? Вряд ли Уэнсдей интересовали чужие отмазки, а он не обязан был перед ней отчитываться.
— В любом случае, — спохватилась Аддамс, — директор попросила меня передать тебе, что нам нужно вступить в кружок до конца сегодняшнего дня, — девушка выглядела недовольной, — а по поводу Роуэна… Уимс запретила с ним разговаривать. Он был исключён и сегодня же отбывает первым поездом.
Гарри чертыхнулся. Теперь даже с этим псевдотелепатом поговорить не получится, по крайней мере, пока тот находится на территории школы.
— Ты выбрала себе клуб?
Гарри быстро пролистал бумаги, закреплённые на планшете. Там были названия и краткие описания всех клубов Невермора, коих оказалось порядочно.
— Нет. Тебе что-то приглянулось? — скорее для проформы спросила в ответ Аддамс.
— «Жужжащие», — сказал Гарри, указывая в списке на клуб, который был одним из последних. — Единственный клуб, где всего один человек.
— Один человек… — задумчиво пробормотала Уэнсдей, — теперь, получается, будет двое. — Гарри кивнул. — Что ж, мне это подходит. Идём.
Уэнсдей быстрым шагом направилась на выход и буквально не оставила ему выбора, кроме как следовать за ней. Видимо, Аддамс знала, где обитали пчеловоды, так что он не стал с ней спорить.
Они прошли мимо четырёхугольного двора, где ребята занимались хоровым пением; как показалось Гарри, в этом кружке были одни сирены. Во дворе за академией они наткнулись на Ксавьера, стрелявшего из лука. Гарри он показался весьма умелым в этом деле, хотя при них ни разу не попал в центр мишени. Они втроём немного поговорили. Как оказалось, Роуэн был всегда со странностями, но после приезда Уэнсдей и Гарри вовсе крышей поехал, напугав Торпа.
— Телепатия влияет на мозг, ну… вы понимаете. — На секунду Ксавьер задумался, а потом, видимо, вспомнив, что тот как бы телепат, обратился к Гарри: — Извини.
— Ничего страшного, — безразлично пожал плечами Гарри. Ему действительно было всё равно, потому что он к телепатии вообще никакого отношения не имел.
Пока Аддамс показывала виртуозное владение луком, на лету прострелив яблоко, а затем пригвоздив его в центр мишени, Гарри смотрел на Ксавьера, который в свою очередь восхищался Уэнсдей.
Гарри вряд ли можно было назвать глупым парнем, так что догадаться о симпатии, которую Торп испытывал к Аддамс, было несложно. За прошедшие недели он несколько раз наблюдал, как Ксавьер рисовал портреты Уэнсдей у себя в блокноте, когда думал, что его никто не видит.
Всё это наталкивало его на определённые мысли, которые он не спешил озвучивать: для этого следовало бы найти хоть какие-то доказательства.
В любом случае они оставили Ксавьера в покое и на этот раз без остановок добрались до небольшой пасеки. Не то чтобы Гарри любил пчёл, но именно этот клуб ему казался подходящим.
Встретил их невысокий пухлый паренёк, который носил очки в толстой оправе и в целом производил впечатление наивного ребёнка. Представился он Юджином Оттингером и сразу же потащил Гарри с Уэнсдей внутрь небольшого сарайчика переодеваться. Паренёк был весьма возбуждён из-за возможности заполучить в свой клуб сразу двух новичков.
Когда уже переодетые в специальные защитные костюмы ребята вышли на белый свет, Юджин принялся тарахтеть о пчёлах и матриархате в их ульях; почему-то Гарри показалось, что Оттингер пытался этим фактом впечатлить Уэнсдей. Аддамс же вела себя странно: она быстро шепнула Гарри на ухо, что Роуэн уезжает, и в ту же секунду сбежала, оставив ребят вдвоём. Гарри даже не успел спросить, откуда она узнала эту информацию, но, право слово, это было наименьшей странностью Уэнсдей.
— Она сбежала, да? — улыбаясь, но немного грустно спросил Юджин.
— Вернётся. Мне кажется, ты ей понравился, — решил поддержать нового знакомого Гарри, который после его слов засиял, как начищенная монетка.
— Тогда займёмся пчёлами! — уже куда более весело воскликнул мальчик, потому что парнем Юджина язык назвать не поворачивался.
***
Гарри смог пересечься с Уэнсдей только через час. Девушка выглядела чрезвычайно задумчиво и недовольно, то есть — как и всегда. Делиться подробностями своего разговора она не хотела, но всё же под напором Гарри сдалась. Оказалось, что толком им с Роуэном поговорить не удалось, зато откуда-то Аддамс точно была уверена в том, что телепат никуда с вокзала не уехал, в поезд не садился, да и вообще всё это очень странно.
К тому же она притащила к Гарри и Юджину на пасеку Инид. Оборотень выглядела нервно, скорее всего, из-за близости насекомых, и брезгливо бросала взгляды по сторонам.
— Подытоживая, ты хочешь пойти в лес поискать доказательства того, что Роуэн мёртв? — Гарри смотрел на Уэнсдей достаточно скептическим взглядом.
— Да.
— И тебя не смущает, что битых три часа полицейские обыскивали весь лес, но так ничего и не нашли? — проговорил Гарри.
Его слова поддержала Инид, закивав так яростно, что казалось, с неё сейчас слетит не только антипчелиная шапка, но и голова.
— Нет. — Уэнсдей развернулась, чтобы уйти.
— С собаками, — уже прямо источая скепсис к её затее, добавил Гарри.
— Они могли что-то упустить, — безразлично пожала плечами Аддамс, уходя в сторону леса.
Гарри только махнул рукой. Переубедить в чём-то Уэнсдей было совершенно невозможно.
— Как ты думаешь, у меня есть шанс с Инид? — Юджин был на своей волне. Он поглядывал на Инид, которая задумчиво водила пальцем по банкам с мёдом, стирая с них слой пыли.
— Вряд ли, — честно ответил Гарри, положив руку на плечо пасечника. Оттингер грустно кивнул, признавая его правоту.
Следующие два часа, пока Уэнсдей шлялась по месту предполагаемой гибели Роуэна, а Инид вместо неё слушала бесконечный поток фактов о пчёлах, Гарри выполнял роль «защитника». Ребята запрягли его держать дымарь и иногда активно им размахивать, отгоняя раздраконенных пчёл подальше от него или Синклер. Причём, как подметил Гарри, к Юджину насекомые относились очень терпимо: за то время, пока они досаждали пчёлам, ни одна из них не предприняла попытки напасть на мальчика. Зато Инид они невзлюбили со страшной силой, отчего Гарри постоянно приходилось торчать возле неё и махать чёртовым дымарём, как палкой в каком-нибудь кунг-фу.
Но всё подходит к концу, даже, казалось бы, неисчерпаемый запас фактов и историй о пчёлах в исполнении Юджина. Это же заметила и Инид… Гарри так и не понял, приняла ли Синклер бубнёж Оттингера как вызов или решила отомстить, но теперь уже она напоминала пулемёт из сплетен.