Вечность по имени Любовь (СИ)
- Люба, я не помнил, что двадцать седьмого. Получается, что через тринадцать лет мы с тобой поженились. Это судьба.
- Ну вот, стою я в углу, всех разглядываю, мне казалось, что это бал, сейчас король с королевой выйдут, фантазия разыгралась. Вдруг ко мне подходит Саша и приглашает танцевать. Правда, познакомиться мы не успели, и танцевать тоже. Отца вызвали на работу, он завез меня домой и уехал. Я его сутки дома ждала. А Саша мне потом часто снился.
- Да, все так и было, - Саша продолжил рассказ, - а я увидел милую девочку с очень грустными, черными глазами и понял, что она моя судьба. А еще я в тот день решил стать врачом. Вот, пришлось приехать в Москву, стать врачом, встретить девочку с черными глазами и завести такую большую семью.
- Ладно, поели, хватит воспоминаний. Ваня и Боря, уберите со стола и помойте посуду. Мариша, ты перевод принесла?
- Да, конечно, только, мама, можно я раньше к папе?
- Иди ко мне, моя маленькая девочка,- Саша посадил Марину к себе на колени.
Валера в обнимку с Инной сидели на противоположном диване, Сережа с улыбкой смотрел на жену. Люба подошла к Сереже и обняла его.
Часть 7
- Ты, почему не спишь? Инна, с тобой все в порядке?
- Ты чего переполошился?
- Теперь ты моя жена, я за тебя отвечаю.
- Перед кем? Валера, ты серьезно?
- Перед Богом, людьми, родителями, перед собой и тобой. Тебе мало?
- Пойдет. Я просто думаю о нас с тобой. Мне все так ново и непривычно. Понимаешь, ты у себя дома, а я еще даже не запомнила, где чья комната.
- Главное, запомни нашу и кухню, а в остальные просто не заходи.
- Валер, я вчера в пять утра побежала ставить чайник в одной рубашке и в кухне наткнулась на твоего отца, он варил кофе. Я так испугалась, выскочила, а он мне спокойно говорит «Сейчас налью кофе и уйду к себе, не стесняйся» Я чуть не умерла от страха.
- Отец всегда встает в пять, у него привычка. Потом варит кофе и маме несет. Ты в следующий раз халат накинь.
- Я ему теперь в глаза смотреть не могу, вот опозорилась.
- Я думаю, что он давно забыл. Инна, у меня классные родители, ей-богу, не надо их бояться. У тебя куча комплексов. Расслабься. Ты даже со мной напряжена, может, что не так?
- Я тебя не устраиваю, как женщина? Скажи честно.
- Мне хорошо с тобой, а опыт придет со временем. Что ты везде ищешь подвохи?
- Валера, правда, ищу и всего боюсь. Боюсь плохо приготовить ужин, боюсь показаться глупой, боюсь сделать что-то не так. И в результате все делаю не так. Твои родители, наверное, думают, где он нашел такое убожество.
- Ну вот. Ты еще и плачешь. Ты знаешь, думать о тебе они будут только в одном случае, если увидят, что мне плохо, а мне с тобой хорошо. И беспокоиться тебе не о чем, поняла?
- Правда?
- Лучше иди ко мне и расслабься.
Она уснула в его объятиях. Валера продолжал смотреть на свою жену. Они женаты почти месяц, она скована и закомплексована. Он не знал, что делать. Родители стараются, как могут, они все дороги ей, забегают. Но похоже, от этого только хуже. Он услышал, как закрылась входная дверь. Все, родители ушли.
- Инна, вставай. Ты конечно очень красивая, когда спишь, но нам надо на работу.
- Что? Да, Валера, я заснула. Совсем заснула. Боже, мы же опаздываем. Давай вставать.
Они быстро собрались, выпили кофе и побежали на работу. Планерка уже началась. Они тихо открыли двери и на цыпочках вошли в зал. Валера поднял глаза и встретился взглядом с отцом. Тот немного укоризненно покачал головой. Валера пожал плечами и сел.
Инна не пришла к Борисову на занятие, он прождал ее минут десять и спустился в приемный покой.
- Инна Викторовна, чем Вы так заняты, что пропускаете занятия?
- Я, Александр Борисович, думала, что больше занятий не будет, я же не могу теперь заниматься с вами.
- Вы уже знаете больше меня?
- Нет. Я просто подумала…
- А если нет, то почему вы отказываетесь получать знания? Я лично занимаюсь только с вами. Если вы решили отказаться от занятий, я займу это время чем-то другим. Но вы напишите объяснительную. Пройдите в мой кабинет и напишите.
Инна шла в кабинет директора ни жива ни мертва. Она совершенно искренне полагала, что не может заниматься со свекром. Что это неприлично. И что ей теперь писать в объяснительной? Зачем она вышла замуж? Все было так хорошо. Папа ей гордился, она работала в институте, сам Борисов оценил ее знания и начал с ней заниматься, он предложил ей поступать в аспирантуру на следующий год. Боже, это было такое счастье, быть аспиранткой академика! Отец ликовал. А вместе с красавцем Валерой все рухнуло.
Теперь она его жена. Она взяла его фамилию, думала сделать ему приятно. Но даже из этого ничего хорошего не получилось. Фамилия привела к ответственности, она не могла сделать ни одной ошибки, ей все тыкали в глаза, что она примазалась к звездной семейке. Те же медсестры подтрунивали над ней. Когда они флиртовали с Валерой, им было все равно, из какой он семьи, а к его жене теперь придирались все. Работа стала адом. Инна проклинала себя за свою любовь. Она вспомнила сегодняшнее утро и поняла, что самыми счастливыми были те полчаса, когда все ушли из дома, и она была с мужем наедине. Но в результате они опоздали на работу. Что делать? Как ей жить дальше? Сейчас она получила выговор от Борисова, и домой она сегодня не пойдет. А где теперь ночевать? И как ей быть с Валерой? Она вошла в приемную, слезы катились градом, она даже всхлипывала. Из кабинета Корецкой вышел Николай, с улыбкой посмотрел на Инну, вернулся и в двери сказал:
- Люба, тут твоя сноха вся в слезах.
Люба выскочила из кабинета.
- Инна, девочка, что случилось?
- Все, все плохо…- она совсем разрыдалась.
- Зайди ко мне, сейчас мы все решим. Иди, Коля, я сама.
- Я не могу, мне надо к директору, - причитала Инна,- мне надо объяснительную писать.
- Иди сюда, - Люба обняла девушку, - пойдем, ты в моем кабинете поплачешь, а Татьяна скажет Александру Борисовичу, что ты у меня. И все будет нормально.
Инна вошла в кабинет, она плакала навзрыд минут двадцать. Люба поставила перед ней коробку с бумажными платочками. Сама подошла к окну и стояла, глядя в окно. Она слышала, как в приемную вошел Саша, она всегда узнавала его шаги, слышала, как секретарь доложила, что Инна у Корецкой, что она плачет. Судя по звуку, Саша вошел к себе и Татьяна вслед за ним. Люба налила в стакан воду и валериану в мензурку, молча поставила перед снохой. Та выпила и стала разглядывать Любу.
«Они с Валерой совсем не похожи, и какая она уставшая, - Инна только сейчас заметила темные круги под глазами Любы, желтоватый, какой-то болезненный цвет лица. - Она переживает и молчит, интересно, с мужем она тоже молчит? Как странно, но рядом с ней мне хорошо, вот сейчас мне хорошо. Надо заговорить, объясниться, сказать что-то хорошее, хотя бы поблагодарить за участие, понимание. И еще, я не хочу отсюда выходить»
- Инна, ты остаешься? У меня через полчаса операция. Я тебя не гоню, я могу уйти, позвонить твоему заведующему, чтобы тебя не искал, и сиди здесь. Вот тут в подсобке кофеварка, чай, печенье. Ты не стесняйся, договорились? А объяснительную писать не надо. Саша будет с тобой заниматься, и вовсе не потому, что ты его сноха, а потому, что ты талантливая, умная девочка и из тебя выйдет толк. А ты больше не будешь пропускать занятия и опаздывать на работу. Ты же понимаешь, что на работе он директор, а не отец Валеры. Валере тоже достается, и от него, и от меня. Кстати, когда мой сын сдавал хирургию в институте, я ему поставила четверку, хотя он отвечал очень хорошо. Понимаешь, очень хорошо, но не отлично. Он дулся на меня неделю, а потом понял, что иначе нельзя, что его планка выше, чем у других. Все, я пошла, поговорим дома.
Инна осталась одна. Как все просто оказывается. Она ничего не сказала, а Люба все поняла. Надо пойти извиниться перед Борисовым. Инна зашла в подсобку. Там был умывальник, душевая кабина, диван и журнальный столик с кофеваркой и чайником . Инна умылась несколько раз холодной водой и пошла к Борисову.