Безмолвный ковчег

В то же время чрезмерное, бесконтрольное рыболовство продолжается. В Северном море только одной третьей части всей трески и пикши удается прожить более 12 месяцев. Рыб, естественная продолжительность жизни которых – 10 лет, отлавливают еще тогда, когда они не достигли возраста для производства потомства. Из-за практики ловли рыбы, не достигшей зрелости, в Ирландском море уже полностью исчезли скаты. Они живут 70 лет и больше, и соответственно медленно взрослеют, что и оказалось причиной их гибели.
В июне 1995 года на конференции по защите Северного моря, проходившей в Дании, выступал Международный совет по исследованию моря. Это отнюдь не маленькая группа людей, не имеющих никакого влияния и не располагающих проверенными научными данными, а организация, в которую входят консультанты-ученые с мировым именем. Совет сделал вывод, в котором утверждается, что некогда многочисленная макрель уже исчезла из торгового оборота (то есть в морях этой рыбы осталось слишком мало, чтобы ее ловить), и если никаких радикальных мер не будет принято, то треска исчезнет уже фактически (то есть вымрет совсем) в ближайшие 5 лет.
Стоимость всех этих разрушений является еще одной проблемой. Согласно подсчетам Организации по пище и сельскому хозяйству при ООН, весь мировой улов оценивается примерно в 70 миллиардов долларов, а содержание флотилий и создание рынков сбыта обходится в 124 миллиарда долларов. Разница между этими двумя суммами сглаживается за счет субсидий. Таким образом, океаны опустошаются, а каждый из нас это еще и оплачивает.
К сожалению, это не единственная проблема. Как показали голландские и немецкие исследования, из-за тяжелых металлов, сточных вод, пестицидов и полихлоридных бифенилов, особенно в северных морях, 40 % плоских рыб имеют злокачественные опухоли, язвы и кожные заболевания. Ученые также установили, что полихлоридные бифенилы, одни из самых токсичных веществ, теперь распространились через пищевую цепь по всем мировым океанам. По их мнению, эти яды теперь попали в жировые ткани практически всех известных морских животных. Полихлоридные бифенилы, в частности, открывают дорогу заболеваниям, таким как рак.
Международная организация Гринпис провела самостоятельное исследование, в результате которого было установлено, что почти треть икринок в основных нерестилищах Северного моря неправильно сформированы, а больше половины имеют отклонения в генетической структуре.
Мы не изолированы от мировой пищевой цепи, а являемся ее неотъемлемой частью. Даже миллиарды фунтов, которые мы тратим на производство гофрированной туалетной бумаги и дезодорантов, не меняют наш статус в этом мире: мы по-прежнему принадлежим к одному из видов животных. Полихлоридные бифенилы, затаившиеся в жировых тканях других существ, также находятся и в наших тканях, и эта проблема гораздо более актуальна для мясоедов, чем для вегетарианцев, и тем более для веганов.
Сегодня проблему истощения рыбных ресурсов пытаются решить с помощью создания аквакультур – промышленного разведения рыбы. Но интенсивные методы разведения вредят не меньше, чем насилие над природой, более того, рыбные хозяйства во многом зависят от эксплуатации природы.
Одним из первых видов рыбы, разводимых в неволе, стал лосось. Именно эта рыба восхищает нас своими потрясающими миграциями из океанов в реки и обратно. Она настолько решительна и сильна, что перепрыгивает через водопады и плавает вертикально вверх по водопадам. И что мы сделали с этим чудом природы? Мы попытались вытравить из этих рыб удивительные природные инстинкты, всегда направляющие их обратно в родные места, и заточили их в сетчатые контейнеры в озерах и морских заливах. Это все равно, что сажать в клетки ласточек. Большая плотность населения делает рыб, как и людей, более восприимчивыми к заболеваниям. В рыбных хозяйствах расплодились в больших количествах морские вши, оттуда они проникли в окружающую водную среду, где ими начали заражаться другие рыбы, живущие на воле. В некоторых районах по этой причине численность морской форели сократилась на 80 %. Токсичный пестицид Дихлорвоз, применяющийся против морских вшей стоит на первом месте в списке Департамента окружающей среды Великобритании среди 24 самых токсичных веществ, которые используются в стране. Он действует уже при минимальной концентрации 0,1 к 1 000 000 и помимо паразитов, уничтожает ракообразных, моллюсков и других обитателей моря. Он может вызвать катаракту у рыб, содержащихся в неволе, а также и у 55 % дикого лосося. Вряд ли частично или полностью ослепший лосось сможет справиться с трудностями выживания в естественной среде.
 
Разумеется, у вшей уже начала развиваться устойчивость к Дихлорвозу, поэтому рыбоводы, разводящие лосося, стали переходить на другой химикат – Инвермектин, последствия применения которого, пока неизвестны.
Морское дно на территории рыбных хозяйств и рядом с ними представляет собой в прямом смысле слова черные пятна. Испражнения и остатки корма образуют слой грязи, на котором разрастаются морские водоросли. Это может привести к выделению огромного количества токсинов в морскую среду. Приходится регулярно передвигать клетки, и, как следствие, яды распространяются повсюду.
Жестокой насмешкой над рыбами, выращиваемыми в неволе, стала пища, которой их кормят – она получена на бойнях, а также изготовлена из рыб, пойманных специально для этих целей. Попробуйте понять смысл этого!
Не существует никаких правил по убою рыбы, и это ярчайший показатель нашего пренебрежительного отношения к этим животным. В одной только Британии ежегодно убивают свыше 50 миллионов рыб, выращенных в неволе. Разнообразие методов, при которых оглушение и смерть разделены большим отрезком времени, демонстрирует изобретательность и богатое воображение людей, придумавших такое. Некоторых бьют по голове деревянной доской, называемой «жрец» (и слово и способ взяты у рыболовов-любителей). Другим рыбам перерезают область за жабрами, и они умирают, истекая кровью. Чаще всего, сегодня рыб пропускают через контейнер с водой, насыщенной углекислым газом. А один из самых излюбленных методов – это вытащить лосося из воды и сразу же погрузить в толченый лед, где рыбы медленно задыхаются. Очевидно, при таком методе убоя мясо лучше всего сохраняет качество. А также рыбы дольше остаются в сознании, испытывая стресс и страдания.
Во время исследования, проведенного в Бристольском университете, на кафедре науки о мясе, были рассмотрены эти способы, и все они были признаны непригодными. Выяснилось, что часто рыбы полностью осознавали все, что с ними происходило, даже когда они лежали неподвижно, на первый взгляд, будучи без сознания или мертвыми, в результате применения того или иного метода. Если мы представим себе, что нас погрузили в чужеродный мир, где мы даже не способны дышать, то, возможно, мы, наконец, начнем осознавать тяжелую участь этих существ, которых часто считают холодными и бесчувственными.
Во всем мире в рыбных хозяйствах разводят ценные виды аквакультур, за которые люди платят огромные суммы. Это – креветки обыкновенные, пильчатые креветки, форель, лосось, желтохвосты. А прибрежные территории, на которых размещаются рыбоводческие фермы – это, чаще всего, заболоченные местности, считающиеся бесполезными, и поэтому их свободно эксплуатируют. На самом деле, они представляют собой очень важную среду обитания в океанах. Девяносто процентов морских рыб зависят от болотного разнообразия, особенно это касается нереста; в болотах обитает свыше 2000 видов рыб, ракообразных и растений. Болота предохраняют сушу от наводнений и эрозий, это питомник для всего живого в океане. Но их уничтожают настолько быстро, что это даже не подлежит подсчету. Какую бы страну Вы ни взяли – Индонезию, Филиппины, Малайзию, Таиланд, Эквадор, Панаму – везде темпы уничтожения болот стремительны. С 1960 года субтропические леса потеряли 70 % всех заболоченных лесов, во многом это произошло из-за рыбоводства. Каждые несколько лет хозяйства перемещаются на новые места, оставляя за собой опустошенные, истощенные участки земли.