Моя по закону и без... (СИ)

У трапа нас уже ожидает картеж из двух машин представительского класса.
Не успеваю вдохнуть до мурашек родной воздух, как Темир отдаёт очередной короткий приказ.
— По машинам, у нас мало времени.
Так и хочется напомнить о том, что он не на своей территории и надо бы вести себя поскромнее.
— Камаль, ты едешь с юристами сразу в офис, — командует сходу мой муж. — Я отвезу Аяну в гостиницу и сразу к вам присоединюсь.
Мне это послышалось или как? Моё тело тут же закипает от возмущения.
— Аяна, ты собираешься садиться в машину? — Слышу за спиной слегка раздраженный голос Темира. Неудовлетворённый мужчина сейчас пребывает не в самом лучшем расположении духа. Под раздачу попадают все. Даже водитель, который во время не подорвался, чтобы открыть передо мной дверь.
— Я надеюсь, ты везёшь меня домой? — Не выдерживаю и спрашиваю сразу, как только автомобиль трогается с места.
Судя по всему, Темиру не понравился мой вопрос. Наградив меня осуждающим взглядом, он развернулся ко мне всем корпусом и коснулся тыльной стороны ладони моего лица.
— Твой дом находится в другой стране, а здесь ты только в гостях. Привыкай к этому, Аяна! Мы едем в гостиницу. — спокойным голосом, но со стальными нотками разъясняет мой муж.
— И все же, — не унимаюсь я. — Зачем размещаться в гостинице, если мы можем поехать к отцу? Я соскучилась по нему, в конце концов! — Не выдерживаю и перехожу на повышенный тон.
— Ты кажется забыла правила, которые мы с тобой проговорили, Аяна. Никогда, слышишь, никогда не пытайся оспаривать мои решения. — смотрит внимательно на мою ладонь, а затем берёт в свою и переплетает наши пальцы. — Пока я буду подписывать контракт, ты будешь ждать меня на территории гостиничного комплекса. — подносит мою руку к губам и нежно целует. — Потом, если пожелаешь, мы поедем к твоему отцу и ты увидишься с ним. Ясно?
Смотрю на него и не понимаю, что происходит с моим мужем. Он сейчас совсем не похож на человека, который мечтает от меня избавиться, пусть даже на время… Я бы сказала, наоборот, пытается привязать меня к себе настолько сильно, насколько только возможно. Будто я действительно значу для него больше, чем я предполагаю.
Что это? Чувство собственничества?
Так хочется спросить его об этом, но вместо этого просто послушно киваю, заведомо зная, к чему приведет наш разговор.
— Умница. — проводит ладонью по моим волосам и прижимает меня к себе, а мне в этот момент хочется завыть от боли, что разрывает меня изнутри. — Если хочешь, можешь позвать к себе подругу в моё отсутствие. Уверен, вам есть что обсудить…
— Спасибо, позвоню ей когда заселимся.
Внутри меня происходит перезагрузка и моё настроение, как шкала на градуснике стремительно ползёт вверх.
***
Теперь я понимаю, почему мой муж не захотел останавливаться в нашем доме.
Президентский номер, в который мы заселились, по своей роскоши напоминает королевский дворец, который целую неделю будет в нашем полном распоряжении, точнее в моём… Если верить словам Давида, мой муж вернётся обратно как только решит рабочие вопросы.
Наспех приняв душ и переодевшись в дорогущий костюм, который ему доставили пару минут назад, Темир уехал на важную встречу.
Он не запрещал мне покидать номер и выходить на улицу и я могла бы с лёгкостью этим воспользоваться. Однако сейчас я понимаю, что подрывать его доверие не стоит. Слишком дорого мне это обойдётся. Но и сидеть просто так в этом, пусть и роскошном гнездышке, я не собираюсь.
С недавних пор я перестала строить планы на будущее, заведомо зная, что Темир их с лёгкостью подкорректирует, на своё усмотрение. Поэтому беру телефон и набираю Катюху. Мне сейчас жизненно необходимо с ней увидеться. Темир сказал, что у него серьёзные переговоры, а это значит, что освободится нескоро.
Спустя пару гудков слышу знакомый звонкий голосок.
— Аяшка, как я рада тебя слышать. Я так соскучилась! — пищит в трубку моя девочка.
— Не забыла ещё свою бедовую подругу? — Пытаюсь скрыть радостные нотки в голосе. — Небось уже с Панкратовой снюхалась, признавайся!
 
— Совсем дура что ли! — Возмущается обиженным голосом. — Я днями и ночами сама с собой разговариваю, чтобы не лопнуть от переизбытка информации в твоё отсутствие. Меня в дурку скоро заберут, а ты издеваешься!
— Слушай, а пиццерия, которая рядом с нашим домом ещё работает? — Спрашиваю, а сама слюни на подушку пускаю, вспоминая нашу любимую пиццу.
— Ты нормальная? — Спрашивает с каким-то подозрением, как будто реально сомневается в моей адекватности. — Я тебе душу изливаю, а ты о еде думаешь. Твой полоумный муж тебя ничем не накачивает?
Ох накачивает, подруга. Вот только «чем» — тебе лучше не знать…
— Если не хочешь чтобы я протянула ноги от голода, то поднимай свою пятую точку и дуй в пиццерию за нашей любимой пиццей! А потом на такси ко мне. Адрес сейчас скину.
— Самолёт что ли пришлешь за мной? — Всё так же подозрительно спрашивает, а я закатываю глаза.
— Не тупи, Катюх, я в городе!
В трубке повисло молчание. Я уж подумала, что она отключилась, а потом как заорёт!
Крики, переходящие во всхлипывающие рыдания с достаточно громким высмаркиванием, заставили меня саму немного прослезиться.
Через сорок минут на пороге моих «скромных» апартаментов стояла моя лучшая подруга с огромной пиццей и громко дребезжащим пакетом.
Десять минут горячих объятий с безудержными рыданиями и вот мы уже сидим на огромном диване и распиваем горячительные напитки, которые подруга так предусмотрительно прихватила с собой.
— Ну ничего себе ты устроилась! — Присвистывает подруга в своей манере. — Всё-таки твой заморский принц тебя балует. Не то что наши Пети да Васи, от которых мороженого не дождёшься…
— С удовольствием поменялась бы с тобой местами. И мороженого мне не надо, — вздыхая произношу, глядя куда-то в пол.
— Всё настолько плохо? — С прищуром спрашивает подруга.
Кажется время для того чтобы подурачиться подошло к концу и сейчас Катюха ждёт от меня полного откровения, как раньше, когда у нас не было друг от друга секретов.
И я рассказала! Рассказала как есть, от начала и до конца. С моих плеч как будто свалилась огромная гора, когда я поделилась с подругой своим тяжелым положением, вызывающим душевную боль. Изначально не планировала посвящать её в такие подробности, но видимо алкоголь сделал своё дело. Теперь она знает всё.
— Аяшь, ты же понимаешь — если вернёшься туда, твоя жизнь превратится в ад! — Пытается трезво рассуждать и у неё это получается. Катюха стойко держится, несмотря на приличное количество выпитого алкоголя. Видимо моя история так сильно её потрясла, что в какой-то момент мне показалось, что она переживает больше чем я.
— Я уже и так одной ногой там, — невесело улыбаюсь себе под нос. — Его предательство разделило мою жизнь условно на до и после. Рай — ад… Понимаешь о чем я говорю?
— Проблема в другом, дорогая… То что ты считаешь предательством, твой муж таковым не считает! Скорее всего для них это обычное дело. В этой стране мужчины правят всем. Ты либо живешь по их правилам, либо …
— Либо, что? Что ты предлагаешь? — В отчаянии перехожу на крик.
— Развестись. Вот что я предлагаю. У моего отца хорошие юристы, которые обязательно помогут. Да и дядя Серёжа в стороне не останется. Ты его единственная дочь. Не думаю, что он желает для тебя такой участи.
— Мой отец приложил немало усилий, чтобы я оказалась в таком положении. Не думаю, что он чем-то поможет. За всё это время он даже ни разу не позвонил мне.
— Но почему? — Не понимает подруга.
— Там замешаны большие деньги, Кать. В случае развода, он потеряет всё.
— Хорошо же твой муж подготовился. Видимо так боялся за свою репутацию, что предпринял необходимые меры, загнав вас обоих в угол.
— Да, поэтому и увёз меня к себе. Чтобы «глупостей» не наделала. Я всего лишь разменная монета в его бизнесе, не более.