Вторые (СИ)

Самые везучие еще могли протянуть какое-то время, но затем все равно бы погибли — сгорели бы, как только станция подошла бы достаточно близко к местной звезде…
Я включил связь, открыл внутренние каналы станции.
— Есть кто живой? — не особо надеясь на ответ, спросил я.
Естественно, в ответ мне была лишь тишина.
— На станции есть живые? Кто-нибудь?
В отличие от офицеров, решивших уничтожить все и всех, я намеревался спасти людей, если они тут еще остались.
Однако я повторил вызов несколько раз, но так и не дождался ответа.
Если даже кроме меня на «Волне-3» остались живые, бодрствующие люди, ответить мне они не смогли.
Черт! Так ведь это нам повезло разжиться костюмами, а остальные где бы их достали, если был приказ уничтожить скафы и корабли?
Я даже по лбу себя хлопнул, точнее по шлему, совершенно о нем забыв.
Но все же есть еще надежда, быть может, получится по-другому.
Я врубил общую связь, и сейчас мой голос должен был зазвучать из динамиков в каждом отсеке, в каждом коридоре.
— Внимание! Говорит офицер экспедиции второй волны ‒ Берк. Я нахожусь на мостике корабля, и могу вам помочь. Дайте мне знать, что вы живы. Воспользуйтесь системами внутренней связи или включите режим тревоги в вашем отсеке. Повторяю…
Свое сообщение я проговорил еще два раза, а затем принялся ждать.
Ничего. Нигде аварийка не сработала, никто не пытался со мной связаться…
Хреново. Неужели на «Волне-3» я остался совершенно один?
Нет, были здесь еще люди, но все они спали в своих капсулах и, естественно, услышать меня не могли.
Пока ждал «техников», пока надеялся, что кто-то на станции попытается-таки выйти со мной на связь, я начал переключаться между каналами, имею в виду, внешними.
Черт его знает, вдруг удастся засечь переговоры наших? Пусть даже слабый сигнал от «Ранчо» — это уже будет неплохо.
Впрочем, не особо-то я и надеялся на это. Если мне удастся «отжать» корабль «техников», то как-нибудь сам до «Ранчо» доберусь, и пытаться выйти на связь, просить о помощи не придется…
Я щелкал каналы, однако везде была полнейшая тишина. Никаких переговоров, никаких сигналов. Вообще ничего.
Если у «техников» здесь, поблизости, несколько кораблей, то к станции они летят в режиме молчания. Ну, или же используя шифрованный канал, «тайную» частоту.
Не знаю, зачем, но я врубил частоту, которую использовали наши группы. А вдруг кто-то, залетевший черт знает куда в поисках модулей, оказался в зоне действия передатчика «Волны-3»?
— …ышно! Отзовитесь! «Волна-3», прошу выйти на связь! Как слышно? Отзовитесь!
Запись, просто запись. Голос на записи был усталым, подавленным, но таким приятным, так как голос этот я бы смог бы узнать из тысячи!
Но этого просто не может быть! Просто не может!
  
Глава 26. Сила G
 
Однако я слышу голос, он звучит и звучит. Да, это запись, но явно сделанная недавно. Голос уставший, я чувствую, что Нора, наговаривавшая «вызов», уже давно не спала, она вымотана, обессилена.
Но она, черт возьми, жива!
Она жива! И судя по тому, что не просит помощи, а наоборот, пытается связаться со станцией, со мной, корабль тоже цел.
Алекс! Техас! Они, выходит, тоже уцелели?
Я буквально вцепился в микрофон, и лишь в последнюю секунду заставил себя удержаться, не нажать клавишу.
Нельзя…нельзя!
Ведь рядом «техники». И я уверен, что они давным-давно отследили канал, давно его слушают.
Почему они до сих пор не захватили его? Быть может, не нашли.
Да! Скорее всего, не нашли.
Уверен, что в том метеоритном поле, где все и произошло, нашему кораблику здорово досталось. Он отвалил в сторону, потерялся где-то в глубинах космоса. Нора просто не смогла найти станцию, не смогла ее отследить, подлететь к ней.
Ведь если бы у нее получилось — она бы не вызывала меня, она бы уже высадилась на «Волну-3».
Уж я-то ее знаю, и в том, что она будет делать, уверен.
Они живы, но с ними пока нельзя связываться. Нельзя сказать, что я жив и планирую выбраться отсюда. Нельзя говорить, что я задумал. Попытайся я это сделать, и «техники» поймут, что здесь все вовсе не так, как рассказывал Митчелл. И что они тогда предпримут?
 
Не знаю, но это точно сулит мне массу проблем, так что нет. Сначала нужно разделаться с ними, а уж затем…
Мое внимание привлекло мигание одного из индикаторов.
Я тут же начал переключать изображение с внешних камер станции и довольно быстро увидел, в чем причина: к станции медленно приближался корабль. Он разворачивался, поворачивал стыковочный шлюз к шлюзу станции, готовясь пристыковаться.
Вот и «техники» пожаловали. А это значит, что времени у меня осталось всего ничего…
— Пусти их! Пусти!
Внезапно раздавшийся шепот заставил меня замереть и начать оглядываться по сторонам.
Это что еще за хрень?
Уже мерещится всякое видно от усталости…
Я бросился к шлюзу, через который внутрь станции должны были попасть «техники».
По пути проверил заряды, убедился, что с ними все в порядке, что они сработают, стоит мне только подать сигнал.
Закончив с этим, я проскочил мимо шлюза по коридору, спрятался в одном из служебных отсеков.
Заранее его выбрал — крайне удобное для меня место: довольно близко к шлюзу, да к тому же, сюда можно было вывести картинку с камеры, я мог видеть, что происходит за стеной, сколько «техников» выйдет из шлюза.
И я замер, принявшись ждать.
***
«Техники» уже были внутри. С минуты на минуту внутренние двери шлюза должны были распахнуться, и тогда…
Тогда нужно дать им возможность пройти дальше, добраться до мостика, а затем нажму на кнопку, и…
Двери ушли в сторону, и первый из «техников» перешагнул порог.
Он был в общем зале, озирался по сторонам. В руках его было оружие, которое он, без сомнения, легко применит, стоит ему только почуять угрозу для себя.
Следом за первым появился второй, третий…
Всего четверо. Но вперед двинули только трое. Четвертый явно намеревался остаться возле шлюза.
Вот ведь, черт!
Охрану на входе в корабль я как-то не ожидал увидеть.
Более того — эти уроды, едва оказавшись на станции, тут же закрыли шлюз. Уверен, что еще и воздух откачали на всякий случай.
С одной стороны, глупое решение — если нужно будет срочно отступать, сделать это они не смогут — шлюз ведь не откроется.
Хотя…
Они в скафандрах — откроют дверь «принудительно», заскочат внутрь, закроются там, и просто перейдут в корабль.
Нормальная мера предосторожности.
Вот только для меня она была совершенно не в тему — даже если взрывом удастся убить этих троих, даже если и четвертого, сторожившего дверь в шлюз, я успею пришить, то вот заскочить внутрь корабля я вряд ли успею.
Готов поспорить — внутри остался пилот, и если хоть что-то пойдет не так, он тут же отстыкуется и отойдет на безопасную дистанцию.
А даже если я успею заскочить в шлюз, проникнуть на корабль, у него будет уйма времени, чтобы стереть все навигационные данные из базы звездолета, а далее…
Он, думаю, попытается прикончить меня. Ну а если не получится — самовыпилится. И хрен мне тогда, а не точные координаты основной станции «техников».
Черт…как-то я слишком уж поторопился, не обдумал все как следует…
— Пусть идут…веди их, веди…
Опять этот чертов шепот! Что вообще происходит? Я что, с ума схожу? Этого еще не хватало!
Мой взгляд был прикован к монитору, на экране которого я видел «техников», двигающихся по залу, однако внимание мое почему-то было обращено не к самому изображению, а к системным сообщениям, отражающимся в нижнем левом углу, точнее к одному из них.
«Синхронизация гравиплит…завершено».
И именно это сообщение привело меня к довольно-таки рисковой, но, в случае успеха, отличной идее.
Если все удастся — я нейтрализую всех «техников». И тех, что сейчас идут через зал к коридору, ведущему на мостик, и того, что замер с оружием в руках у шлюза, и даже пилота, оставшегося внутри корабля.