Кросс по грозовым тучам (СИ)
Голос МихМиха пропилил холодным лезвием.
— Принял, — отправил он в ответ короткую мысль по форме.
— Ваша задача приблизиться к Орфорту, собрать информацию об агрессоре и отправить ее по заданным координатам капсулой-шифтером. Дальше действуйте по обстановке.
— Я должен приземлиться на Орфорте?
— Действуйте по обстановке. Нам нужна информация, и только.
— А как же Ирт Флаа?
— Действуйте по обстановке, капитан Граув. Нам нужна информация.
А свою задницу спасай сам, капитан Граув. Если сможешь… Возможно, раньше он расхохотался бы в ответ на такой приказ, но не теперь… теперь какая разница.
— Есть собрать информацию и действовать по обстановке.
— Удачи, капитан. Стартуйте.
Зеленое чудовище не иначе как прямо сейчас усмехается в уродливые ротовые отростки. А когда железный хлам с названием 'Гордость Португалии' исчезнет с поверхности Луны, с удовольствием осмотрит своими буркалами наконец-то очищенное место. И проутюжит его лунным грейдером для пущего эстетического наслаждения.
Готовясь к серии прыжков сквозь галактики, 'Гордость Португалии' плыла по орбите Земли. Удивительно, но все системы работали идеально, словно это новый, только сошедший с заводских стапелей корабль. Как могло случиться, что столь ладно скроенную машину бросили на Луне и распотрошили?
— Ты тянешь время, — прорычал Ирт.
Изоморф кружил по палубе вокруг. Мимо Тима, мимо пустующих мест для офицеров служб корабля. И следующий круг. Из-за хищных, нетерпеливых перемещений трудно было сосредоточиться. В условиях запущенной внутрикорабельной гравитации, когда не требовалась силовая защита, Ирт выглядел как человек, и белые глаза поблескивали от едва сдерживаемого бешенства. Главное, сейчас не думать о том, что будет дальше, и как получится, действовать по обстановке. Тим напряженно выпрямился и вернулся глазами к карте маршрута.
— Нужно рассчитать оптимальный маршрут. А я один все делаю. Не мешай, если не хочешь пролететь мимо Орфорта?
Ирт в один рывок оказался рядом. От него шел жар. В любой момент может прикоснуться и очутиться под кожей. Сработает ли магнитный удар здесь, за пределами орбиты Плутона, или охрана снята, и все зависит от силы воли самого Тима? 'Действуйте по обстановке, капитан'.
— Не смей думать о том, чтобы не лететь прямо на Орфорт! Иначе проверю, на сколько голубатов тебя можно разделить.
Ирт сбивал, заставлял нервничать, а эта злоба…
— Не смей угрожать, проклятый репейник! Или командуй сам крейсером. Посмотрим, как ты его разделишь.
По лицу изоморфа пробежала яростная, нечеловеческая гримаса, но он отступил на шаг.
— Почему не летим? Что-то не так с этим… кораблем? — спросил изоморф глухо, через силу.
— Нет, все хорошо. Лучше, чем я думал. Только скорость ответа на команды… Но нам хватит.
— Не хватает центральной жилы… — Ирт повторил фразу зловещим голосом инсектоида.
Тим вскинул брови, нельзя недооценивать способности Ирта и жажду контроля.
— Да, не хватает. Будем пользоваться радио коммуникациями.
— А с чем соединяются эти провода?
— С другими. Они частично остались и идут по обшивке к отсекам жизнеобеспечения, топливным, арсенальным и платформам смежного функционала.
— Струны мертвой скорлупы, — усмехнулся изоморф, показывая белоснежные клыки.
— Струны, — прошептал Тим, вспоминая Чагу в фиолетовой нише, протягивающего исхудавшие руки.
— Я очень хорошо знаю, что такое струны, дружок капитан. Не слишком отличаются от ростков. Смогу сделать так, чтобы они пели для тебя.
Тим не успел сказать 'нет', и даже дернуться в сторону. Осознал удар, жар, окативший тело, и закричал. Иглы впивались в позвоночник, в шею, плели тончайшую сеть под кожей головы и прорастали к вискам. Жала двигались, боль наполнила до краев, и тело звенело хрусталем от остроты и запредельности ощущений. Даже крик не мог опустошить, только расплескивал наружу колючие искры. Миллиарды молекул информации бурлили в голове, как во взбесившемся от температуры бульоне. 'Гордость Португалии' со всеми пушками, эрегаторами и парусами вплывала в сознание, раздвигала помягчевшие кости до самых краев безграничной вселенной. Тим терял себя в этом безумии.
— Тише, тише, не ори, капитан, сейчас боль пройдет, — голос Ирта звучал неожиданно мягко, баюкал. — Корабль теперь твой. Мертвая скорлупа слышит тебя, как живая, и споет, как захочешь. Я — твои струны, дружок.
Перед взором с невозможной резкостью стелилось звездное небо: уют Млечного Пути и презрение чужих галактик. Тиму не нужен пульт управления, он может руками дотянуться до голубых планет, крыльями закрыться от жара расплавленных звезд. Может сминать хроновакуум и ловить солнечный ветер в паруса. Чувствует нетерпеливую вибрацию плазменных двигателей, биение пульса гравитационных полей, кровотоки данных под обшивкой корабля.
— Успокойся, капитан, мертвая скорлупа споет тебе на струнах любое желание. Она все твоя, до малейшей трещины и неровности. Лети на Орфорт, дружок.
Он полон Иртом, а тот растет в плетении проводов корабля. Странно, страшно и необъяснимо, но Тим сам стал кораблем. Больше не нужны ни мыслеприказы, ни расчеты.
Капитан второго ранга Тимоти Граув просто прыгнул, сминая пространство и время.
Глава 31. Кристаллы
Адмирал Харли Макгрей лохматил рыжие жесткие волосы и скользил взглядом по вертикальной голограмме скопления астероидов, с которым час назад столкнулись эсминцы разведки.
— Код три, пять, семь, кросс-переход четыреста, сектор сорок, — помоги товарищу, — напевал он по-особому проникновенно.
— Направление зет — на альфа тридцать семь — помоги товарищу.
Слева и справа от адмирала теснились руководители аналитических отделов, офицеры служб глобальной, локальной и оперативной навигации, главы групп силовых установок и арсенала. Все с недоумением смотрели на поющего и, казалось бы, полностью ушедшего в себя командующего флотом. Начальник штаба генерал Евгений Рофельд едва сдерживал улыбку. Знал эту милую особенность Харли — в трудные минуты напевать коды трансгалактических передач, словно лирические песни о дружбе и взаимовыручке.
— Что не нравится, адмирал? — решил он прервать затянувшийся концерт. — Такие плотные потоки астероидов часто встречаются.
— А-а?
Макгрей медленно повернулся и рассеянно посмотрел на Рофельда. Через пару мгновений его взгляд вернулся к голограмме и данным, всплывающим на боковых экранах.
— Думаю, ты не прав, не часто встречаются. Похоже, поток искусственный.
Офицеры скептически переглянулись. За пару месяцев экспедиции никто из них не успел до конца привыкнуть к новому командующему. Знали, что за его плечами были морская пехота, боевые вылеты, адмиральская школа и правильные решения. Иначе вряд ли бы он командовал экспедициями по исследованию пространства на самом краю Дальних Пределов. Но все-таки Макгрей производил впечатление человека мечтательного, слегка не от мира сего. Сейчас особенно заметно.
Рофельд, худой, длинный, смуглый — полная внешняя противоположность Макгрею — резко шагнул вперед, всматриваясь в строчки данных, бегущих слева и справа от проекции массивного нагромождения астероидов.
— Почему думаешь, что искусственный, Харли?
Адмирал как-то смущенно потер пальцами лоб и, чуть повернувшись к своему начальнику штаба, бросил:
— Их траектория не характерна для свободных космических тел.
— Считаешь, управляемая?
— По крайней мере, не кеплерова.
К экранам приблизился руководитель сектора аналитической разведки, полковник Штаббель. Остальные остались стоять у стола штаба управления флотом, с поверхности которого транслировалась пропорционально уменьшенная голограмма и флота, и астероидов. Гигантское скопление существенно превосходило флот экспедиции. Астероиды шли плотным облаком, а корабли, как обычно это бывает на марше, были рассредоточены и двигались по разным орбитам от 'Большой ноги'.