Хозяйка Алмаза (СИ)

“Поэтому, пожалуйста, сними цепи с моего сердца, позволь мне уйти”, - пела Шафран.
Алмаз смотрел в окно. Видимо, он не любил песни под гитару, потому что как только Шафран запела, он предпочел удалиться в дальний конец комнаты. Лорд Ильнар задумчиво смотрел на огонь.
- Вам понравилось? - спросил у меня лорд Ильнар, как только Шафран закончила петь.
- Красивый романс, - неопределенно ответила я, - впервые я услышала эту песню, когда была еще ребенком.
- Нельзя было спеть что-то повеселей? - проворчала себе под нос леди Сольвейг, - милорд, можно я на пару минут украду вашего резервуара раз уж у меня теперь нет своего? - спросила она и, не дожидаясь ответа, увлекла Шафран за собой в коридор.
Я заметила, что слуги, которые стояли возле дверей в ожидании указаний, снова застыли в неподвижном положении.
- А вы не боитесь, что супруга использует ментальные чары против вас? - спросила я у лорда Ильнара.
- Она проделывала это, когда мы встречались, хоть им и запрещается воздействие на других магов. Но однажды Сольвейг допустила серьезный промах, и я заставил ее выдать мне персональный амулет от ее чар. А после свадьбы тесть подарил мне универсальный амулет, ограждающий ментального воздействия любого мага, чтобы я мог спокойно хранить их фамильные тайны, - улыбнулся лорд Ильнар.
Леди Сольвейг вернулась в гостинную и подошла к нам, а Шафран вернулась на свое место возле окна и снова принялась за вышивание.
- Мощный амулет - залог счастливой семейной жизни, - усмехнулась леди Сольвейг, приобняв супруга за плечи, - такова специфика жизни с ментальным магом.
- А как я узнаю, что вы меня не замораживали?
- Околдовывать гостей - неприлично! - воскликнула леди Сольвейг, - и, как уже сказал милорд, нам запрещено воздействовать на других магов.
- Но как можно узнать об этом воздействии? - спросила я.
- На входе у нас висят амулеты для недоверчивых особ, - сказала Сольвейг, усаживаясь рядом с супругом, - и, как я вижу, вы решили воспользоваться одним из них. Чтобы ментальщики не злоупотребляли своими способностями в браслетах магов стоит индикатор, который реагирует на ментальное воздействие.
- Браслет фиксирует только серьезные нарушения. Мелкие колебания энергии он не замечает, - пояснил лорд Ильнар, - говорят, некоторые умельцы научились обходить встроенную в браслет защиту, вот и доверяй после этого ментальщикам.
- Вы, между прочим, взяли одну из ментальщиц в жены. И в связи с этим могли бы не пятнать нашу репутацию без веских на то причин, - леди Сольвейг надумала губки, и сделала вид, что обиделась.
Но вместо того, чтобы просить у нее прощения, лорд Ильнар притворился, что ничего не заметил, и предложил показать мне оранжерею.
Выйти на улицу зимой и почувствовать аромат цветов и листвы было немного странно. Если бы не металлическая конструкция купола, которая ясно просматривалась в свете луны, то я бы подумала, что вместо двери шагнула в портал и вышла в землях, которые расположены намного южнее.
Заметив яблоко на ветке, я сошла с мощенной камнем тропинки, сорвала его и попробовала на вкус. Яблоко было зеленое и выглядело намного меньше тех, что растут на Юге. На вкус оно тоже сильно отличалось и было похоже на вязкую траву, чем на фрукт.
- Эти деревья я вырастил из косточек, которые привез с собой, - сказал лорд Ильнар, - правда, пришлось немного ускорить процесс. Для еды эти яблоки не годятся, - заметив, что я поморщилась, - но, когда деревья цветут, распространяя сладковатый аромат под куполом, мне кажется, что я снова гуляю по саду, в котором любил проводить время будучи ребенком.
Я второй раз откусила от яблока. Рот наполнился вяжущим горьким вкусом. Постеснявшись бросать огрызок себе под ноги, я сжала фрукт в ладони и превратила его в пепел, который я развеяла над кустом, мимо которого мы проходили.
- Нам с вами повезло оказаться носителями огненного дара в этом холодном климате, - сказал лорд Ильнар, - не будь я огненным магом, уже давно бы до смерти замерз в одну из этих бесконечных зим.
 
Я шла рядом с ним под кронами южных яблонь. Глядя на его смуглую кожу, волевые черты лица и черные глаза, слушая приятный для моего уха южный акцент, я как будто перенеслась на свою жаркую родину. В воспоминаниях ожили залитые светом зеленые долины, яркие краски цветов и фруктов и бесконечные тенистые сады, отчего на душе стало немного теплее.
- На юге куда более уместно владеть водной стихией, чтобы в любой момент иметь возможность освежиться. Или воздушной, чтобы охлаждать раскаленные потоки воздуха в дни, когда чувствуешь себя под палящим солнцем, словно на раскаленной сковороде.
- Это верно, - охотно согласился мой собеседник.
- Но хуже всего приходится людям, не владеющим магией, - заметила я, - от холода можно хотя бы обогреться дровами, а от жары нет никакого спасения.
Мы шли по круговой тропинке, огибающей особняк. Рассеянный лунный свет освещал деревья и зеленые кусты. Хоть в оранжерее и не было дополнительного освещения, я видела лицо собеседника ясно, словно днем. Когда мы проходили мимо очередного окна, отсветы свечей отражаясь в черных глазах лорда Ильнара были похожи на вспыхивающие и гаснущие огоньки.
- На Шафран нет ошейника? Могу я узнать, почему?
- Я считаю это излишним, как вы считаете излишними дополнительные столовые приборы.
- А как на это смотрят в Магистрате?
- Шафран не подчиняется власти местного энергетического ведомства, я ведь привез ее с Юга. Иногда мне делают устные замечания, но дальше этого, как правило, не заходит.
- Должна заметить, что для человека из высшего света у вас очень необычные взгляды.
- Некоторые считают, что я с причудами, но единомышленников с каждым годом становится больше. В обществе должны произойти перемены. И эти перемены начинаются с маленьких вещей. Мы не пользуемся энергией резервуаров без необходимости, в нашем доме вы не увидите изысков бытовой магии. Все это заставляет наших гостей задуматься.
- Меня удивили ваши порядки делить трапезу с резервуарами. Я имею в виду, что в богатых домах чаще всего такое не практикуют. Но, к примеру, в студенческой среде это уже норма.
- Я всегда забочусь о том, чтобы Шафран посадили за стол вместе со мной. Некоторые высокородные особы привыкли считать резервуаров за прислугу и обращаться с ними соответственно. Но я глубоко убежден в том, что резервуары и маги - партнеры. Если кто-то брезгует сесть за один стол с Шафран, я считаю ниже своего достоинства переломить хлеб с этим человеком.
- Шафран, наверное, не просто сносить все эти возмущенные взгляды.
- Первопроходцам всегда непросто. Но она - сильная женщина и разделяет мою решимость. В высшем свете меня считают позером. И не понимают, что дует ветер перемен. Кто-то должен положить конец несправедливости. Стоит только начать, и изменения не заставят себя ждать, словно снежный ком, который катится с горы и обретает мощь. Будущее за теми, кто смотрит на резервуаров как на равных. А те, кто не готов относиться к ним с должным уважением, останутся за бортом магического мира.
Я с изумлением слушала его речи. Он говорил так убедительно, что казалось, буквально на днях положение резервуаров измениться. На моей памяти еще никто не говорил так, кроме, разве что, Лисбет. И каждое слово его странной проповеди отзывалось во мне. Если эти перемены, о которых он говорит, и правда произойдут в ближайшем будущем, это откроет путь для воплощения моей самой главной мечты. Открыть школу магии для детей из небогатых семей. Если резервуары перестанут быть предметом купли-продажи и собственностью состоятельных людей, а смогут выбирать себе мага на добровольной основе, то у бедных появится доступ к полноценной магии стихий.
- Я думаю многие маги будут против этой идеи, ведь без резервуаров они не смогут полноценно развивать свои способности.
- Некоторые не могут их развивать и при наличии резервуара. Вот, например, вы, как и я, огненный маг. Стихия огня связана не только с источником энергии, но и с эмоциями. Но я не вижу ваш огонь, Азиза?