Опасное материнство. Семья для сироты (СИ)

— Настя! — кричу я. — Прекрати!
— Это Валентин? — она поднимает на меня предельно невинные глаза. — Кристина пишет, что он был просто отпадным парнем, за которым бегала вся школа. У тебя есть фото класса? Хочу посмотреть.
Я заглядываю ей через руку и ужасаюсь.
— Ты создала чат для этого?!
— Ты слишком добрая и мягкая. Я уверена, что ты ни за что не пойдешь просить алименты от человека, который сделал тебе ребенка, так что мы позаботимся об этом за тебя.
— Перестань заниматься глупостями. — фыркаю я, накидывая сумочку на плечо. — Тем более, это не Валентин.
— Ты покраснела. — моргает подруга. — Значит, все-таки, это он.
Опять ее непревзойденно отпадная логика. Я покраснела только из-за того, что вспомнила - человек, который сделал мне ребенка, спустя много лет оказался несравнимо красивее этого Валентина. Но вряд ли об этом кто-то сейчас знает, кроме меня, поэтому все поиски Насти обречены на провал.
Я закатываю к потолку глаза и выхожу из ее кабинета.
— Фолиевая кислота, покой и жду тебя через две недели! — вопит мне вслед Настя.
  
Лия
 
Лия
Человек, который совершенно случайно стал отцом моего будущего ребенка, стоял передо мной.
Эмир.
Тот, кто сказал мне, что у него никогда не будет детей, и произнес тогда еще много неприятных вещей, а теперь я узнаю, что у него есть дочь. Губы начинают дрожать от обиды, и, к сожалению, эмоции, охватившие меня, насколько сильные, что это не скрывается от внимания бывшего друга детства. Я вижу, как у него приподнимается бровь, но в этот момент меня спасает хромой шкаф.
— Ты забыл сегодня. — произносит он и передает Эмиру ключи. Пока тот смотрит на них, я быстро стираю с лица все признаки волнения и напускаю равнодушную мину, поэтому, когда он снова бросает на меня взгляд, я уже выгляжу спокойной.
Мне не стоит об этом думать и продолжать обижаться. Никто из нас ничего не обещал друг другу, и не клялся в вечной любви.
— Садитесь назад. — Говорит он.
Я открываю дверь его машины и помогаю Арине забраться внутрь. Детского кресла в салоне нет, что вызывает у меня тревогу, поэтому я залезаю сама и кое-как пристегиваю маленькую Арину ремнем безопасности.
— У тебя вообще нет детского кресла? — спрашиваю я у Эмира, когда тот садится за руль.
— Нет.
— Тебе следует его купить. Если случится авария, то ребенок может вылететь из машины.
Он молча заводит автомобиль и выруливает на дорогу. Я рассматриваю приятного, бежевого цвета салон, дыша запахом какого-то интересного ароматизатора. Он пахнет под стать Эмиру - красиво и дорого. Но у меня отсутствует талант к распознаванию ароматов, поэтому я никак не могу понять, что в нем намешано.
— Красивая машина. — делаю я комплимент. Все, что я получаю в ответ - только быстрый взгляд темных глаз в зеркало заднего вида и в этот момент успеваю поймать ручку Арины, которая тянется к двери. — Заблокируй, пожалуйста, двери, а то она их откроет.
Раздается щелчок.
— Я хочу пить. — хныкает Арина, а я вздыхаю.
— Прости, Эмир ,у тебя есть вода?
Все так же сохраняя молчание, он передает мне бутылку с чистой водой и я пою девочку. Решив, что Эмир не хочет со мной разговаривать от слова “вообще”, я просто прячу бутылку в подлокотник и поглаживаю Арину, которая ерзает, пытаясь заглянуть в окно.
Я надеюсь, что она заснет и я смогу спокойно уйти, но у нее сна ни в одном глазу.
Так мы через двадцать минут въезжаем на территорию одного из самых дорогих жилых комплексов. Эмир останавливается на подземной парковке, и выходит первым, а я задерживаюсь, помогая Арине освободиться от ремня. Когда я открываю дверь и выхожу наружу, то, как всегда, бьюсь головой об потолок машины с ойканьем.
Но в этот раз почему-то выходит совершенно не больно.
Подняв удивленно взгляд, я вижу рядом Эмира, а над своей макушкой - вовремя подставленную ладонь. Он спас мою бедную голову, но вот его взгляд ни на грамм не потеплел.
 
— Спасибо.
— За что? — интересуется он. — Если разобьешь своей головой эту машину, я поставлю тебя на счетчик и заставлю платить с процентами.
— Моя голова не настолько твердая. — пожимаю я плечом, пока Арина вылезает из машины. После я беру ее за ручку. — Куда идти?
— Никуда. До свидания, Лия. Такси я тебе вызову.
Я со вздохом высвобождаю руку из захвата Арины и та тут же шлепается на попу прямо на грязный пол парковки и начинает реветь.
— Я бы могла ее проводить до двери. В родном доме она наверняка успокоится.
— Эй, Даниил. — Эмир совершенно игнорирует меня. Покосившись, я вижу, как он обращается к парню, который выходит из другой машины - по сравнению с Эмиром он невысокий и не такой широкий, но его морозный взгляд заставляет меня передернуться.  — Возьми её, — он кивает на вопящую Арину. — И займись ею, пока я не вернусь.
— Я не умею обращаться с детьми. Они меня боятся.
— Придется научиться. — Эмир кидает ему ключи, и парень ловит, с сомнением уставившись на девочку.
— Я могу помочь. — неуверенно произношу я и повисает тишина.
  
Лия
 
Лия
Две пары глаз впиваются в меня. Парень, которого назвали Даниилом, смотрит с надеждой, а Эмир так, словно не понимает, какого черта я еще говорю и дышу.
— Мама, моя мама... — заводит шарманку Арина, всхлипывая мне в руку. — Моя мама, не уходи... Я люблю маму...
Я чувствую ,как горлу стремительно подкатывает горячий ком и закашливаюсь. Дочь Эмира всхлипывает настолько жалобно, что едва не доводит меня до слез. Я не знаю почему ОН стоит с каменным лицом. Может, виноваты мои беременные гормоны, и на самом деле плачущая девочка выглядит не настолько жалко и трогательно?
— Эмир. — обращается Даниил к нему. — Я не хочу ломать психику ребенку. Если она думает, что эта девушка - ее мама, заплати ей, пусть за ней следит. Я могу за несколько минут узнать, кто она и чем занимается...
— В этом нет необходимости. — перебивает его Эмир. — Я ее знаю.
— Тогда тем более. Этот ребенок стал за день нашей головной болью. Я буду только рад от нее избавиться.
Мои глаза лезут на лоб после этих слов, а вот Эмир остается равнодушным.
— Свали. — бросает он. — Езжай к Егерю, ему нужна будет твоя помощь.
— ...Если она тебе не нравится - завтра найдем ей другую няню. Продержись день. — заканчивает Даниил, садясь обратно в свою машину.
Дорогая тачка, взвизгнув шинами, уезжает с парковки, подняв пыль, и мы остаемся с Эмиром один на один.
— В лифт, Лия. — роняет Эмир таким тоном, которым впору было бы произносить “на колени”. Потому что у меня было желание сделать именно это. Ох, он ужасно сильно изменился со школы. Интересно, кем он работает? Или какой бизнес ведет?
И где мама этой девочки, в конце концов? Эти вопросы мучают меня, пока мы едем в большом светлом лифте в полном молчании. Эмир будто бы специально держит между нами дистанцию - я с довольной и сияющей Ариной стою на одной стороне лифта, он - в противоположной.
Мне не хочется ехидничать даже мысленно на эту тему. Обеспеченные люди становятся жестче и теряют некоторые моральные качества, так что для них нет ничего странного в том, чтобы так относиться к девушке, с которой провели ночь. Я могу его только пожалеть: скорее всего, он неспособен доверять и любить. С одиночеством в душе трудно жить.
Мы останавливаемся возле единственной двери, которую я вижу на этаже. Прежде чем открыть ее, Эмир поворачивается ко мне и внезапно произносит:
— Переступишь порог этой квартиры - и обратно не выйдешь.
— Эмир! — вырывается у меня. — Не перегибай палку.
Несмотря на то, что он явно решил неудачно пошутить, у меня пробежали по спине мурашки от этой фразы.
— Я говорю серьезно.
— Я всего лишь провожу ее и всё. Как только она отвлечется на родной дом и игрушки, я сразу уйду.