Опасное материнство. Семья для сироты (СИ)

— Дай сюда мою внучку. 
— Я только приехал и ее взял на руки. Подержу - и дам. — усмехается Эмир, и папа только открывает рот, как его отпихивает в сторону мама. 
— Володь, хватит всем опять портить настроение! Эмирчик, солнышко, ты что, снова вырос? — начинает она ворковать, погладив его по плечу, а затем потрепав Верушу за щечку. — Я думала, Верунька такая большая девочка у нас, а на твоих руках просто младенцем смотрится. Как ты поживаешь? Все на работе хорошо? 
Я чувствую, как у папы, словно у кипящего чайника, вот-вот вырвется во все стороны пар, и скептически усмехаюсь, глядя на довольное лицо Эмира, принимающего похвалу от моей мамы. Правда, когда он бросает взгляд на моего отца, у него в глазах светится “ну что, съел?”. Блин, неужели он не может без этого? 
— Пап, чай будешь? — я пытаюсь как-то понизить градус напряжения в нем, а он сквозь зубы бормочет: 
— Уж лучше чего-нибудь покрепче, дочь. 
— Ох, я, пожалуй, пойду. — Насте, кажется, становится некомфортно здесь присутствовать, и она стреляет взглядом в Даню возле нее: — Слушай, ты не мог бы меня подвезти? У меня сел телефон, и я не могу вызвать такси. 
— Хм. — задумчиво выдает Даня. — Ладно. 
Они уходят, попрощавшись и под пристальным взглядом моего папы, и становится немного полегче дышать. До тех пор, пока Арина не появляется возле отца и не протягивает ему чашку с болтающимся в ней чайным пакетиком. 
— Деда, это тебе чай! — радостно произносит она, а ошарашенный взгляд отца опускается на бултыхающуюся в чашке бурду. 
— Какой я тебе дед?! 
— Володя! — почти что рычит мама и тут же подлетает к Арине, погладив ее по голове. — Какая ты молодечик, заботливый ребенок. Где ты взяла водичку? 
— Из-под крана налила. Мне же нельзя трогать чайник. 
— Умничка какая, но надо было попросить кого-нибудь из взрослых помочь. Чай с холодной водой невкусный. Давай заварим вкусный чай вместе. 
— Пап, хватить ворчать. — произношу отцу я, и он переводит недовольный взгляд на меня. — Присаживайся, я тебя угощу. Мы как раз с Настей заказали поесть из грузинского ресторана. Там есть твой любимый шашлык. 
— Как я могу не ворчать, если моя дочь умудрилась вляпаться в такое? Завела ребенка от человека, который даже на ней не женился. И у которого уже есть ребенок. — бормочет отец, присаживаясь за стол, а у меня брови ползут на лоб от его слов. — Если он попадется мне где-нибудь на улице, я его точно пристрелю. 
— Ты же сам был против, чтобы мы женились. — мило напоминаю я, ставя перед ним тарелки. Это ж надо так вывернуть ситуацию! 
— И я до сих пор против. Но ради приличия он мог хотя бы попробовать это сделать. 
Я кошусь на Эмира. Его взгляд в этот момент, направленный на отца, тоже многозначителен. Мама, которая помогает Арине заварить чай, закатывает глаза так, что их почти что не видно и поворачивается к нам. 
— Слушайте, дети, идите-ка, погуляйте. Мы с Володей посидим с Аришей и Верочкой, а вы хорошенько отдохните без его нравоучений. А то вы, наверное, света белого не видите. То с детьми, то на работе. 
— Пусть Лия останется, а он проваливает. — бормочет отец, а мама шипит. 
— Володь, ну помолчи уже! Ты как старик сидишь и бурчишь! Сил моих нет! 
— Мы правда пойдем, погуляем. — произносит Эмир. Он подходит к моему отцу, и, наклонившись, передает ему Верочку. Папа мрачно смотрит на него, а Эмир отвечает ему таким взглядом с такой усмешкой, что я мысленно радуюсь - хорошо, что у нас пока не дошло до свадьбы. Эмир, как зять, дал бы жару моему отцу. Он его совершенно не боится, в отличие от всех моих предыдущих мужчин. 
— Идешь, Лия? — обращается он ко мне, выпрямившись, а я целую Верушу напоследок и киваю. 
— Угу. Мам, пап, если что - звоните. 
Одевшись, мы покидаем дом. Когда мы садимся в машину, Эмир с тяжелым вздохом откидывается на спинку сиденья и смотрит куда-то вдаль. 
— По-моему, в детстве твой отец относился ко мне получше. 
— Сравнил. — фыркаю я. — Между детством и настоящим, у тебя был большой отрезок времени, за который он тебя не любит. 
 
— Ладно, предположим. Куда ты хочешь поехать? 
— Хочу, наконец, поесть спокойно и что-нибудь выпить. — я расслабленно потягиваюсь. — Забыть обо всем и оторваться, как раньше. 
— Хм. — отзывается Эмир. — Я знаю одно хорошее место. 
  
Эпилог
 
Эпилог
— Боже. — я выдыхаю, вырвавшись из зала ресторана. Ветер пронизывает до костей, но я настолько расслаблена и чувствую себя отдохнувшей, что мне все равно. Пальто висит у меня на руке, пока я шагаю к машине Эмира, улыбаясь. — Наконец-то нормальный вечер! Похоже, стоит почаще оставлять Веру на папу и маму, раз она уже выросла и за весь день даже не пискнула с ними. 
Раскрыв дверь машины, я кидаю пальто внутрь и с размаху сажусь на сиденье. 
Эмир тоже садится следом. 
Я поворачиваюсь и вижу на его волосах белеющие снежинки, которые тают, оставаясь каплями, а затем протягиваю руку и зарываюсь пятерней в темные волосы. Эмир от этого приподнимает бровь и вопросительно смотрит на меня. 
— Что ты делаешь, Лия? 
— Оцениваю, действительно ли ты настолько красивый, чтобы рисковать работой, как та администраторша, которая без зазрения совести крутилась перед тобой и игнорировала других гостей. 
— Ну и как? — усмехается он. 
— Похоже, да, именно настолько. Я надеялась, что ты через год нашего общения начнешь стареть, но ты только лучше стал. Несправедливо. 
— Это чем это несправедливо? — Эмир снимает руку со своей головы, но не отпускает ее, и я фыркаю. 
— К тебе слишком много внимания. 
— Но мое-то внимание все принадлежит тебе. До сих пор жду, когда ты им воспользуешься. 
Я тяжело вздыхаю, а затем, подвинувшись, подаюсь вперед и обнимаю Эмира, прижавшись к его груди. Мне кажется, это вводить его в легкий ступор. 
— Я воспользуюсь. На самом деле я очень по тебе скучала. — с новым вздохом произношу я. — С тех пор, как мы разошлись в детстве. Ты был мне самым близким человеком. И мне было потом очень обидно из-за беременности и того, как ты поступил. Я правда не могла тебе больше доверять, но ты, если честно, оказался лучшим человеком, чем я предполагала. 
Я чувствую, как почему-то кофта становится мокрой и начинаю недоумевать. Во-первых, мы в машине, и тут нет дождя. Во-вторых, мокнут и мои брюки, портя всю романтичность ситуации дурацкими мыслями. Нет, в туалет я точно не хотела, да и намочить кофту при всем желании я не могла бы. 
Я задумчиво отстраняюсь от Эмира и ахаю. 
— Боже, мое винишко! 
— Зачем ты его взяла? — скептически спрашивает Эмир, поднимая бутылку, которая и пролилась на меня. Я в шоке смотрю на бежевые брюки и белую кофту. Класс. 
— Оно мне понравилось. Не оставлять же его там, мы почти и не выпили! Эмир, прости! 
— Забей. Тебе надо переодеться. Можем заехать ко мне - там остались какие-то из твоих вещей. 
— Давай. — уныло киваю я. Чертова бутылка. Испортила весь момент. Если бы я знала, я бы ее... оставила там. 
Спустя десять минут мы заходим в квартиру Эмира. Я здесь давненько не была, потому что с ребенком особо не помотаешься, и Эмир всегда проводил время у меня... то есть, в его доме. В котором я жила. 
Но здесь за это время почти ничего не изменилось. 
— И куда ты дел мои вещи? — интересуюсь я, разувшись и пытаясь пройти в гардероб. Но в этот момент внезапно мне дорогу преграждает рука Эмира и я недоуменно поднимаю на него взгляд. 
— Я тоже скучал, Лия. — произносит он внезапно, и у меня дергается глаз от того, как удачно он продолжил тот самый неудавшийся разговор. — Только я скучал сильнее, потому что наблюдал за тобой эти годы и, в отличие от тебя, быстрее разобрался в своих чувствах. 
Он опускает на меня взгляд. 
— Ты правда хочешь зайти только для того, чтобы переодеться?