Наложница Ночного замка (СИ)
Он тоже задирает голову, и, прищурившись, наблюдает за полетом дракона. За тем, как он делает круг, взмахивая крыльями, и скрывается за башнями, снижаясь. Одна из западных башен уже разрушена, полыхает, чадя в небо, и смотрит вверх острыми осколками.
— Он что, действительно рушит замок? — шепчу я пораженно.
— Да, — хрипловато усмехается ворон.
— А замок не отвечает?...
— Ты не чувствуешь? — ворон смотрит на меня, а я повожу плечами. Воздух звенит от напряжения, но больше ничего. В это короткое мгновение все вокруг освещает яркая оранжевая вспышка, и дракон взмывает над замком, поливая огнем одну из уцелевших башен. Задевает ее взмахом хвоста, и та кренится,, а потом с грохотом обрушивается вниз. Я ахаю, закрывая уши руками.
Рейнар пролетает над нами. Крылья дракона выглядят ужасно — будто он побывал в схватке с другим драконом. Потемневшие, обожженные, в угольно-черных пятнах и ранах. За ним стремительно пролетают горгульи, пытаясь ухватить его или цапнуть. Рейнар не обращает на них внимания, тяжело взмахнув крыльями и кренясь на бок.
— Падает, — комментирует Яр, и разворачивается, — пошли. Может, он еще выживет.
И, словно в подтверждение его слов дракон резко валится вниз. Земля под ногами вздрагивает. Горгульи, словно стая стервятников, пикируют за ним.
— Рейнар! — испуганно вскрикиваю я, и бегу вперед, не обращая внимания, что щербатые камни площади впиваются неприятно в ступни. Холод ночного воздуха обжигает легкие, и бросается в лицо, но чем ближе я становлюсь к дракону, тем больше он теплеет, будто Рей смог его нагреть.
Подбегаю я, когда огромный дракон исчезает в золотой дымке. На камнях пытается подняться лорд в человеческом обличье, но руки его плохо держат. Я игнорирую горгулий, которые окружают его, протискиваюсь через них, мимоходом задев плечом и ощутив жуткий, мертвый холод, и падаю на колени перед лордом.
Демон, кажется, ранения дракона отразились и на нем,человеке. Касаюсь его спины и отдергиваю руку. На пальцах липкая, теплая кровь.
— Рейнар, зачем?! — пораженно шепчу я, глядя в яркие, зеленые глаза, которые с ненавистью смотрят мне за спину, на горгулий. Не думаю даже о том, что сижу, отвернувшись от них, и если они набросится на лорда, то могут задеть и меня.
— Он не дал мне обратиться, — яростно рычит блондин, — просто наказывал за то, что я улетел далеко и не давал воззвать к дракону! Я не раб тебе, — по его рукам пробегает всполохом золотая чешуя, и исчезает. Лорд издает недовольное шипение, когда на том же месте вспыхивает темная дымка, оставляя ожог, и я в ужасе наблюдаю за ней, понимая, что это магия замка.
— Будешь сопротивляться —'потеряешь все, — холодно комментирует Яр, появившись позади меня, — смирись. Ты в шаге от того, чтобы потерять силу и дракона, и стать таким, как они. Вечным сторожем.
— Я разрушу это проклятое место…
— Ну да, — я слышу усмешку, — ты уже не можешь обратиться в дракона.
Лорд в ответ снова рычит, низко, как животное, и обращает руки в чешуйчатые лапы с длинными , острыми когтями.Раскрывет рваные крылья за спиной с громким хлопком, делает рывок в сторону, и бросается, как дикая кошка, на одного из горгулий.
Тот отшвыривает его одной лапой, полоснув по плечу, и расправляет крылья для прыжка.
— Нет! — я шарю по земле, пытаясь найти камень и остановить его. Понимаю, что вряд ли найду, если просто не выковыряю его из мостовой, и разворачиваюсь к Яру. Запускаю нагло руку в его карман, достаю тяжелый камень телепорта, и, размахнувшись, швыряю в горгулью. Тот отскакивает от его шкуры и с тихим стуком падает вниз.
Зато горгулья обращает внимание на меня. Мурашки дружно поднимаются ледяным потоком по спине, когда он поворачивается ко мне, оскалив острые зубы, и издавая низкий, вибрирующий рык.
Я медленно поднимаю руки.
— Тихо, — шепчу я, с ужасом скользя взглядом по его морде. По знакомой морде.
Замок не пощадил Эша, но даже сейчас он оказался вполне узнаваем. Темные длинные волосы бывшего лорда спутаны, а глаза пылают яростным огнем. Черты лица заостренные, как у мертвеца. Больше всего меня пугает его оскал. Все тридцать два зуба острые, как у зверя, и длинные. Такими голову можно откусить.
Он делает шаг ко мне. Я смотрю на его когти на руках, и внутри все холодеет. Они блестят, как стальные.
Горгулья выбрасывает вперед руку, хватая меня за шею, и притягивая рывком ближе, и делает еще шаг.
В этот момент под его ногой… или лапой?... раздается хруст и нас дружно утягивает в портал.
Ой.
Часть 32
Может быть, это случилось вовремя, потому что стоит только нам вылететь из портала, как когтистая рука на моем горле разжимается, и горгулья падает, закатив глаза, вниз. На черный, как ночное небо, камень, едва мерцающий в темноте сотнями маленьких вкраплений.
Я растерянно осматриваюсь, пока страж замка лежит подле моих ног без чувств.
Темнота, правда, стоит такая, что хоть глаз выколи. Я только вижу наверху звёзды и темное небо, и очертания острых скал вокруг. Звезды сияют ярко и близко, совершенно незнакомые. Над моей деревней, и над замком не было таких зеленоватых всполохов.
Я делаю вдох, но воздух кажется странно пустым. Будто его лишили чего-то важного для моего тела, от чего обычно оно наполнялось энергией. А еще холодно, как зимой.
Куда мы попали?
Знаю, как работают камни телепортации — тот, кто их разламывает, и открывает портал, должен представить место, в которое хочет перенестись. Эш наступил на камень, раздавив. Что за место было в его мыслях?
Я смотрю задумчиво вниз и подавляю удивленный вздох.
— Эш?! — сажусь рядом с ним на колени и провожу ладонью по темным волосам. Мертвый облик горгульи словно растворяется в мерцании маленьких звездочек под нашими ногами. Слой за слоем слезает, и я начинаю узнавать прежнего дракона, который сомневался — стоит ли оставлять меня в замке. Дотрагиваюсь до кожи и не чувствую холода. От нее исходит легкое тепло. Она не твердая, а упругая, как у обычного человека.
А в следующий миг мир переворачивается, и я больно бьюсь затылком об камень. На шее вновь сжимаются крепкие пальцы, сдавливая ее до кругов перед глазами, и я с хрипом вдыхаю. Яростно горящий взгляд дракона впивается в меня, но теперь за ним я вижу чистые эмоции. Не безвольную марионетку замка, пропитанную подчинением до кончиков когтей, а живую личность.
Только какая мне уже разница, если он мне сейчас сломает просто шею? Или запястье, потому что вторая рука дракона сдавливает его на грани безумной боли, а колено упирается мне в живот, прижимая к земле.
«Не надо» — хочу произнести я, но вырывается только хрип. Взгляд дракона скользит по мне, и в нем неожиданно вспыхивает искра узнавания.
Он резко убирает руку.
— Александра?
Голос прежний. Властный, непререкаемый, глубокий. Я едва киваю, пока сердце рвет грудную клетку бешеным биением.
Эш поднимает руку и рассматривает ее. Сжимает пальцы и раскрывает их с таким изумлением во взгляде, будто не верит тому, что видит. Осматривается вокруг, и я слышу, как он произносит тихо «Драконий разлом».
— Что? — переспрашиваю я.
— Место силы черных драконов, — Эш поднимает голову вверх, — посреди самых высоких скал, у самого неба, где, по легенде, первый дракон принес себя в жертву.
— Зачем? — глупо спрашиваю я. Шея болит. Потираю ее, пытаясь снять ноющую боль, и не могу ни о чем думать, кроме как «спасибо, что хоть жива».
Эш переводит взгляд на меня.
— Чтобы его потомки могли стать свободными от власти богини Ночи.
Я растерянно смотрю на него.
— Он знал, что так получится с замком? Предвидел проклятие? Это тебя сейчас как-то спасло?
— Он знал, что богиня Ночи немного деспотична. И всего лишь желал немного свободы для своих потомков, — Эш проводит ладонью по рукам, и я только сейчас осознаю, что он полностью обнаженный, и щеки немного краснеют. Дракон замечает это и усмехается. Воздух вокруг его тела идет рябью и спустя мгновение на нем появляется одежда, — если богиня однажды решила бы подавить черных драконов своей властью и силой, у нас осталось бы это место, где мы смогли бы переждать бурю. Да, это меня спасло. Я мечтал оказаться здесь, и, наверное, это было единственной мыслью и желанием в голове твари, в которую меня превратил замок, — лорд морщится неприязненно, — он почти уничтожил Рейнара и лорда демонов. Остальные лорды невероятно слабы, за исключением вампира.